Цветочная лавка попаданки на улице Теней - Юлия Правдина

Но я была слишком подавлена, чтобы строить планы. Мне нужно было время. Нужна была… поддержка. И я, сама того не осознавая, уже знала, где ее искать.

- Лора, спасибо, что предупредила, – сказала я, стараясь взять себя в руки. – Я… мне нужно подумать.

Я выпроводила подругу, пообещав, что все обдумаю, и закрыла лавку, повесив на дверь табличку «ЗАКРЫТО». Сердце бешено колотилось. Я не придумала ничего лучше, как пойти к Каю. Не как к магу или советчику, а просто как к… другу? Соседу? Единственному человеку здесь, чье мнение и трезвость ума я невольно начала ценить.

Я надеялась на дружеский совет и, возможно, на какую-нибудь легкую, отвлекающую книжку, чтобы утопить свое горе в чужом вымысле.

Я перешла улицу и толкнула тяжелую дверь «Пыльного Фолианта». Кай как раз подметал пол, и облако пыли танцевало в луче света из окна. Он поднял на меня взгляд и, увидев мое лицо, сразу нахмурился.

- Что случилось? – спросил он, отложив метлу. Его прямая, бесцеремонная манера сейчас была как бальзам на душу.

Я молча протянула ему злополучную газету. Он взял ее, пробежал глазами по статье, и его лицо стало каменным. Я видела, как скулы напряглись, а в глазах вспыхнул холодный, яростный огонь.

- Монтегю, – произнес он с таким презрением, что слово прозвучало как ругательство. – Предполагал, что он опустится до этого. Но не думал, что так быстро.

- Он уничтожит меня, Кай, – голос мой дрожал. – Эти обвинения… Колдовство… Кто поверит мне, простой цветочнице? Это просто мое слово против его.

Кай отшвырнул газету на ближайший стол, словно она была ядовитой змеей.

- Он не уничтожит, но попытается. Однако, у него ничего не выйдет.

- Как? – воскликнула я, чувствуя, как слезы подступают к глазам. – Как я могу с этим бороться? Бегать и всем доказывать, что я не ведьма?

Он подошел ко мне и взял за плечи. Его прикосновение было твердым, но не грубым. Он смотрел прямо в глаза, и его взгляд был таким же острым и ясным, как лезвие.

- Слушай меня, Вайда. Ты не будешь ничего доказывать. Ты не будешь оправдываться. Это его игра, и играть по его правилам – значит проиграть.

- Но что же делать? – прошептала я, теряясь в его уверенности.

- Мы поменяем правила, – сказал он, и в его голосе прозвучала сталь. – Он хочет представить тебя как угрозу? Мы представим тебя как… находку. Редкость. Уникум. Он кричит о колдовстве? А мы заговорим об утраченном искусстве. О магии, которая не сжигает, а лечит. Которая не вредит, а помогает.

Я смотрела на него, не понимая.

- Как?

- Оставь это мне, – сказал он, и в его глазах мелькнула тень того самого книжного червя, который знает все тайные ходы в лабиринте информации. – У меня есть… знакомый. Летописец. Человек, который обожает находить забытые страницы истории. Я просто… подкину ему одну старую книгу. А дальше все сделает любопытство и жажда сенсации, но уже с правильной, выгодной для тебя.

Он отпустил мои плечи, и его лицо смягчилось.

- А сейчас тебе не нужна книга. Тебе нужен чай. И крепкий. Иди на кухню, поставь воду. А я… я кое-что принесу.

Я послушно пошла в маленькую заднюю комнатку, служившую ему кухней, и стала суетиться с чайником. Руки все еще дрожали, но паника отступила, сменившись смутной, но крепнущей надеждой. Он не просто утешал меня. Он составил план. Он видел выход там, где я видела только стену.

Когда я вернулась с двумя дымящимися кружками, он уже сидел за столом, разглядывая какой-то потрепанный, без переплета, манускрипт.

- Вот, – он протянул мне не книгу, а тоненькую тетрадку в простом картонном переплете. – Это не Ван Гельдер. Это дневники одной старой травницы. Никакой магии, только рецепты чаев, настоек и советы по уходу за огородом. Думаю, это именно то, что тебе нужно сегодня. Простая, земная мудрость.

Я взяла тетрадку. Она была легкой, пахла сушеными травами и спокойствием. Он был прав. Это было именно то, что мне нужно было сейчас – отвлечься на что-то простое и реальное.

- Спасибо, Кай, – сказала я, и в этот раз мое «спасибо» означало гораздо больше, чем просто благодарность за книгу. Оно означало благодарность за то, что он есть. За его спокойную силу. За то, что он не дал мне упасть в отчаяние.

- Не за что, – отозвался он, отхлебывая чай. – Мы же соседи. А соседи должны помогать друг другу. Особенно когда на их улице появляется настоящий Сад. И особенно когда этот Сад кому-то очень мешает.

Он сказал это с такой простой, незыблемой уверенностью, что я наконец полностью успокоилась. Буря снаружи еще бушевала, но здесь, в этой пыльной, заваленной книгами лавке, за чашкой чая, с этим странным, молчаливым и невероятно надежным человеком, я была в безопасности. И я знала, что мы справимся. Вместе.

Глава 17

После того, как в одном из уважаемых (на этот раз) городских хроник вышла новая статья обо мне, посетителей в «Саду Вайды» прибавилось в разы. Статья, блестяще инспирированная Каем, представляла меня не как ведьму, а как хранительницу утраченного искусства «Магии Жизни». Меня называли «последним цветоводом старой школы», чьи растения несут «умиротворение и гармонию». Это звучало так таинственно, благородно и безопасно, что отбивало всякую охоту кричать о колдовстве. Вместо испуганных обывателей ко мне потянулись любопытные аристократы, богатые купцы, искавшие экзотики, и просто горожане, желавшие прикоснуться к чему-то особенному.

Лавка, еще недавно казавшаяся мне просторной, теперь в часы пик напоминала муравейник. Люди толпились, выбирая цветы, и мне стало тесно. Я всерьез задумалась о том, как расширить свое маленькое царство. Пристройку делать было нереально, но можно было передвинуть ящики, использовать пространство более рационально, чтобы вместить дополнительно хотя бы два-три новых ящика для сортов, о которых я мечтала. Я уже присмотрела у Ирмы черенки редкой белой сирени и кустик душистого табака.

Те самые ящики, сколоченные нашими с Каем руками, теперь выглядели куда презентабельнее. Я сшила из грубого, но благородного на вид льна чехлы, которые аккуратно прикрывали дерево. Да, их приходилось часто стирать – земля, брызги воды, – но игра стоила свеч. Лавка преобразилась, став еще