Ещё раз, и ты моя - Ксения Фави

больше от меня инициативы не требуется. Сильные руки подхватывают меня под ягодицы. Усаживают прямо на большую сверкающую тумбу. Мы не включали воду, и там никаких брызг.

Аксенов широко разводит мои колени и встает между ними. Ладонью ведет по бедру. Задерживается у белья.

Кусаю губы от нетерпения и страха. Даже шампанское уже не так храбрит, но назад дороги нет. Да и не хочу я никуда отступать. Только не сегодня, когда мы так близко.

Миша отодвигает мои гладкие, почти невесомые, трусики и пальцами ныряет между таких же гладких губ. Медленно, как будто проверяет. Что? Там все влажно давно. Вскрикиваю, когда большой палец надавливает на клитор.

Хорошо, но сейчас мне не хватит этого. Не хочу, чтобы он просто меня поласкал. Мне нужно почувствовать его в себе.

— Хочу тебя … — признаюсь сдавленно.

* * *

Михаил

Она завтра пожалеет? Не пьяная вдрызг, но хорошо осмелела после шампанского. И отпустила себя.

То, что хочет, я и без слов понимаю. Соски проступают через крошечный лифчик, мокрая — захлебнуться можно. Дышит, прижимается. С ума сойти…

И кто я такой, чтобы отказывать девушке? Тем более той, которую хочу больше жизни.

Есть только одно "но"... Вернее, нет.

— Нет презерватива, — констатирую факт.

Она хлопает ресницами, не может собраться.

— И у меня нет, — качает головой.

Ну еще бы.

— Я здоров, проверялся неделю назад. И у меня ни с кем не было.

Не вру. Пусть не в голове, но в жизни навел порядок. Окончательно порвал с Симой и полностью обследовался.

— У меня тоже всё… хорошо, — бормочет смущенно.

Поднимаю на себя ее подбородок, смотрю в лицо.

— Я прервусь.

Неловкий момент рассеивается сам собой. Звук ширинки тонет в наших вздохах.

Атласный подол скользит к женским бедрам. Трусики такие тонкие, что я просто сдвигаю их вбок. Головкой мажу по ее горячей промежности. Как бы раньше времени не кончить…

Двигаю ее ближе одной рукой, выгибаю себе навстречу. Медленно вхожу.

Самого трясет, но не хочу сделать больно. Хоть и понимаю почти сразу — все будет в норме. Она тугая, но принимает меня сразу и до глубины. Идеально.

— Миша… — шепчет.

— Моя хорошая заноза.

Улыбаюсь от того, как подскакивают ее брови. Даже сейчас нравится ее дразнить. Наверное, впервые для меня секс — не просто набор движений на пути к разрядке. Впервые я что-то чувствую.

Но желание шкалит. Задерживаюсь в ней, давая привыкнуть. Член в тесном, нежном раю.

Дина выдыхает ртом. Смотрит на меня с вопросом. Я ничего не говорю, наклоняюсь и прижимаюсь губами к ее шее. Ласкаю кожу языком, веду узор к ушку. Прикусываю мочку. Не даю ей даже шанса задуматься и оттолкнуть меня.

Это тоже впервые. Когда девушка не раздвигает мне навстречу ноги за какие-то финансовые блага. Когда ее легко спугнуть, и больше всего на свете я не хочу этого.

Толкаюсь… Темп наращиваю аккуратно, но быстро. Не надо забывать, где мы. Время ограничено, нам могут в любой момент помешать.

Дина прикрывает веки. Вот она точно забывает обо всем. Тихонько стонет, зовет меня по имени. Полностью раскрылась мне навстречу. И я вхожу на всю глубину, яйцами ударяясь о ее нежное гладкое тело. Она судорожно меня сжимает — такая мокрая, что выскальзываю. Но тут же снова вхожу и короткими толчками вибрирую в ней.

Мне кажется, мы оба не помним, где находимся. Когда-нибудь мы займемся сексом в спальне моего дома. Полностью обнаженные. Быстро и медленно. Всю ночь.

Попробовав ее, я не смогу отказаться. Есть мнение, что получив свое, мужчина сливается. Но я хочу сливаться только в одно целое с ней.

— Миш…

Мое имя с придыханием высекает искры из глаз.

— Моя сладкая.

Целую ее веки, губы, шею. Куда придется. Впервые в такой момент шепчу нежные слова. Я не засиживался в девственниках, а с восемнадцати лет постоянно встречался с девушками. Но сейчас как будто теряю невинность сразу во многих смыслах.

А Дина и физически явно не столь опытна, не раскована. Дрожит от страсти, но только отдается и крепко держится за меня.

И заводит куда больше всех профессионалок.

Да я не помню их. Мой диск переформатирован по полной. Все старые данные стираются.

— Миш, пожалуйста…

Малышка изнывает. Я тоже больше не могу терпеть и ускоряю темп.

Пока ее ноготки сильнее не впиваются в мои плечи.

Она распахивает темные глаза и вскрикивает, как будто попалась. В ту же секунду чувствую, как пульсирует в ней оргазм. Не выхожу, наслаждаюсь ее спазмами вокруг члена.

Но в конце успеваю разорвать контакт. Изливаюсь ей на бедро.

Оба дышим как марафонцы. Или лучше сказать, спринтеры? Но шли мы к этим минутам несколько недель, потому они такие яркие. По ощущениям заменят многочасовой секс.

— Аксенов… — говорит надломлено.

Ну хоть не господин, уже хорошо.

— Подожди немного.

Беру салфетки. Привожу в порядок себя и ее бедро. Свободной рукой ее придерживаю.

— Дай мне тоже… — сдавленно просит.

Но я качаю головой и нежно вытираю ее сам. Поправляю трусики.

Опускаю ее с тумбы на пол.

— Ты теперь обо мне думаешь…

— Дин, ради Бога!

Понимаю, она может смущаться и все такое. Но даже слушать не хочу этот бред. Как, впрочем, и говорить.

Мое отношение к этой девушке стало еще трепетнее. Однако я не готов это обсуждать пока даже с самим собой. Мне трудно это все разложить по полочкам.

— Давай выйдем порознь? — предлагает. — Мне нужно к девчонкам…

— Выйдем и пойдешь, — соглашаюсь, — но чуть позже я подойду к вам. Пообещай не сбегать.

Хмурится.

— Вообще-то я не собиралась!

Понемногу возвращается моя заноза.

— Супер. И ты должна меня слушаться, не забывай.

— Ты еще не выкинул это из головы?!

Закатывает глаза. Идет к двери, покачивая бедрами. Мой член бы не отказался от продолжения банкета.

Но пока я лишь иду за ней, а после в свою ВИП-зону. Шульгин посмеивается, завидев меня.

— Вот почему ты перенес встречу сюда…

— Почему? — хмурюсь, но улыбка сама проступает.

А друг семьи делается серьезным.

— Думал, что достоин знакомства с твоей девушкой.

Олег Шульгин заслуживает многого. Долго работал с отцом, помог мне, когда папы не стало. Он для меня как старший брат, которого у меня никогда не было. В отцы не годится — ему тридцать восемь. Да и по мышлению далеко не старик, не женат даже.

Но все же опытный, сдержанный. Только его я мог позвать с собой.

— Она только сегодня развелась, и у нас…

— Все сложно? — хмыкает.

Иронизирует, но знаю, не