Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой - Ирина Чеботарь

Директриса тряхнула звонкой связкой ключей. Настороженно посмотрела на меня.

- Доступ туда только у меня имеется. Там подотчётные бланки хранятся.

- Ясно.

- Давай Галю твою навестим. – Я послушно поплелась за Пенелопой Витальевной, свернувшей направо в длинный коридор.

Следующая на приличном расстоянии от директорского кабинета дверь оказалась входом в отдел искусств.

Начиналась непосредственно библиотека. Я обнаружила, что сгораю от нетерпения ознакомиться с книгами и обстановкой залов. А ещё мне хотелось поскорее увидеть Ванечку.

Пенелопа Витальевна, чувствуя моё нарастающее напряжение, нарочно задержалась у двери, впилась глазами в моё лицо.

- Теперь я вижу, что ты настоящий библиотекарь. Наверное, температура поднялась? А? – Рука с толстыми коротенькими пальчиками плюхнулась на мой лоб. -Переживаешь?

- С чего бы это? – Моим ногам захотелось что-нибудь сплясать, ожидание становилось невыносимым.

- А с того, дорогая, – она буквально запела, – что там… – Её палец воткнулся в дверь, - ты встретишь такие книги…

Минутная пауза заставила меня задрожать всем телом.

- …их неоспоримая уникальность шокирует тебя. Так что готовься. Такого больше нигде не встретишь.

Ноги мои уже подгибались от нетерпения.

Мы вошли. Яркий свет, льющийся в окна, поначалу ослепил меня. Но скоро я различила моего Ванечку и Галю, сидящих с двух сторон единственного в отделе большого канцелярского стола. Галя, прямая, как доска, облачённая в халат, скроенный наподобие мантии, держала в руках какой-то странный, угрожающих форм предмет (я бы сказала, гибрид меду ножом и кухонной лопаткой) и целенаправленно тыкала им в бок книги. Ваня зачарованно, слегка приоткрыв ротик, глядел на это нелепое и глупое действо. Я ожидала, что Пенелопа Витальевна немедленно потребует от Гали объяснений, или, по крайней мере, заставит её прекратить издеваться над книгой. Но не тут то было. Директриса и ухом не повела.

- Вот он наш отдел искусств. – Благословенным голосом пропела Пенелопа Витальевна. – Гордость библиотеки. Как и его сотрудница.

Галя в это время с таким размахом резанула по книге, что у меня сердце зашлось в бешенном ритме. Одна из обещанных «неоспоримо уникальных» книг гибла на моих глазах от руки библиотекаря.

- Смотри, что мы тут имеем. – Пенелопа Витальевна приглашала меня ознакомиться с достопримечательностями отдела искусств.

Я оторвала напряжённый взор от Гали. Да, здесь было на что посмотреть. Почти половину помещения занимали очень аккуратные, вырезанные из дерева книжные стеллажи. На каждом темнели инкрустации, по которым можно было с лёгкостью определить, какие именно книги обитают на данных полках. Скрипичный знак определял музыку, кисти на палитре - живопись, две маски, комичная и трагичная, – театр и драматургию.

- Как здорово! – Не удержалась я от восклицания.

Пенелопа Витальевна довольно причмокнула.

- То ли ещё будет. Ты Галя, сейчас с чем работаешь?

- Скульптура. Античность заканчиваю. – Моя соседка снова врезала по книге, страницы отозвались громким шелестом.

Мне стало не по себе.

– Думала, завтра возьмусь за ранее средневековье, но девочки ещё пять книг по Древней Греции подкинули. Так что…

- Да, этот год богат на урожай. Мельчают люди, не то пишут, не то читают. Гибнут настоящие сокровища. Пропадают бесследно.

Я, совершенно не понимая, о чём идёт речь, сделала озабоченное лицо и согласно закивала. Глаза мои рыскали по полкам, странная штука, ни один корешок, ни одно название мне не показались знакомыми.

- Что, Любушка, - Пенелопа Витальевна заметила моё замешательство, - ищешь своих приятельниц из домашней библиотеки?

Я снова закивала головой.

- Не трать время. Их тут нет. Я же сказала, что у нас собрание уникальных изданий. Таких даже в Питерской Публичке не сыскать.

Я не поверила ни единому её слову, однако и не обиделась. Все библиотекари любят хвастаться своими сокровищами. Дело понятное.

Дальнейшее изучение отдела искусств, всколыхнуло во мне такое примитивное чувство, как зависть. Нет, не по поводу шкафов, набитых пластинками. Такого добра и в моей библиотеке навалом. А что тут делают магнитофонные бобины вообще не понятно, мы их списали ещё в прошлом десятилетии. Но вот один из углов зала, в котором гордо красовались тумбочки с аппаратурой для просмотра и прослушивания аудиовизуальных носителей, сразил меня наповал. Но ещё больше потряс экран, белеющий на противоположной тумбочкам стене.

Это ж надо!

Два на три! Настоящий кинозал!

С очевидной закономерностью мой взгляд перекочевал на окна, щедро заливаемые золотыми нитями солнечных лучей. Вверху рам имелись белые трубки, если потянуть за колечко, тёмная материя отсечёт солнце и погрузит отдел в кромешную тьму. В моей родной библиотеке такое оборудование тоже имелось. А где же телевизор? Такового не обнаружилось. Оно и понятно. Наверное, в этой глуши даже вышка ростом с Останкинскую башню не поймает ни одной мало-мальски приличной телеволны.

- А радио у вас есть? – Я была уверенна в положительном ответе. Ну, должно же у них быть хотя бы это.

- Нет. – Без тени смущения ответила Пенелопа Витальевна. – Здесь такое место, что никакие радиоволны не поступают. Даже если антенну до космоса дотянуть.

Опять враньё. И зачем я спросила? Лучше молча созерцать и делать выводы, опираясь лишь на собственные наблюдения. Конечно магнитофоны, кинопроекторы и проигрыватели — предметы потрясающе интересные и бросающиеся в глаза в самую первую очередь. Но было здесь ещё кое-что, чего я не могла не заметить: цветы самые разнообразные, огромные и малюсенькие, оживляли пространство отдела искусств, делали его не просто пригодным для жизни, но и желанным райским уголком. Сочная, цветущая палитра детей природы, их ненавязчивый аромат благотворно настраивали на доброе расположение духа.

Жаль, что, уезжая, я не смогу взять ростки от каждого, уж слишком их тут много. Постараюсь выклянчить, хотя бы те, что больше всего приглянулись. Со светло-коричневых панельных стен с масштабных постеров нам улыбались счастливые звёзды кино и эстрады.

Я задержала взгляд на Харатьяне. Даже если вы самый синий из всех ныне живущих синих чулок, вы всё равно вздрогнете, увидев этого потрясающего мужчину. Уж слишком он хорош собой, но не это главное. Ведь, в чём больше всего нуждается женщина? Кто она такая? Нам необходимы любовь и защита, и в то же время наше главное предназначение — материнство. Мы с рождения матери. А в Харатьяне удивительным образом сплелись и мальчишка, и мужчина. Два самых необходимых компонента в лице одного человека.

- Это для придания интерьеру