В пятьдесят первая любовь вернулась врагом - Андрей Левинский

— Только не начинай, что сама виновата, — сказала она мне в ухо. — Не хочу с тобой сегодня ещё и ругаться.

Я кивнула ей в плечо.

Потом мы вместе проводили Елену. Та забрала копии, вернула мне исходные листы и пообещала утром связаться с юристом группы.

Даша укладывала Семёна. Полина устроила зайца на соседней подушке и попросила книжку. Я всё-таки сходила за ней сразу, пока опять не забыла.

Когда вернулась, внучка подвинулась.

— Почитаешь?

Я села на край кровати. Книга была про космос, и на третьей странице я запнулась на названии спутника.

— Тут можно пропускать, — подсказала Полина. — Я тоже пропускаю.

— Очень удобно.

— А ты читай, что он делает.

Мы прочитали про спутники, потом про Марс. Семён из своей кровати сообщил, что на Марсе он жить не будет: там негде купаться. Даша прикрыла рот ладонью и отвернулась, чтобы он не заметил улыбки.

Я дочитала до конца страницы.

Никто не спросил про Алексея.

Утром Оксана пришла на десять минут раньше. Встала в дверях кухни, дождалась, пока я сниму с плиты кашу.

— Марина Львовна, можно спросить?

— Конечно.

— Мы в августе работаем?

Я хотела сразу сказать: работаем. Уже открыла рот. Оксана стояла передо мной, держала сумку на плече, хотя обычно убирала её в шкаф с порога.

— Пока да. Но что дальше будет с домом, я ещё не знаю.

— Мне в другой гостинице место предлагают. Знакомая уходит. Я сказала, подумаю.

Я взялась за крышку кастрюли. Она была горячей, пришлось положить обратно.

— Ты хочешь уйти?

— Я хочу понимать, чем кредит платить.

— Зарплату я не задерживала.

— Знаю. Поэтому и пришла к вам сначала.

Я посмотрела на неё. Оксана не оправдывалась, только пальцами перебирала ремень сумки.

— Прости, — сказала я. — Не так ответила.

Она пожала плечами.

Мы сели в комнате администратора. Я достала записи смен, открыла список предстоящих заездов. Впервые за эти дни считала не чужие миллионы, а то, что понадобится до конца недели: зарплата, продукты, прачечная, два возврата гостям.

— Сегодня свяжусь с бухгалтером, — сказала я. — Надо понять по платежам и счёту. К вечеру скажу, что могу обещать точно. И за вчерашние часы у меня записано.

— Я видела.

— Если решишь уйти, я понимаю. Только предупреди, ладно? Чтобы мы постояльцев не бросили.

Оксана сняла сумку с плеча и поставила под стол.

— Я же не сегодня собралась. Давайте сначала неделю разберём.

Я едва не обняла её. Вместо этого подвинула календарь, и мы начали с заезда в пятницу.

Даша заглянула минут через двадцать.

— Вам чай принести?

— Лучше посиди с нами, — попросила я. — Если можешь.

Она насторожилась.

— Что делать?

— Гостям ответить. Я вчера обещала перезвонить и так и не перезвонила. Только не говори за меня, что всё прекрасно. Давай сначала вместе решим, что объяснять.

Даша села на свободный стул.

— Давай.

Мы составили короткий текст. Объявление размещено без согласия хозяйки и снято. Дом принимает гостей. По каждой брони можно связаться со мной и обсудить вопросы. Про отсутствие любых рисков писать я не стала — сама бы такому обещанию сейчас не поверила.

Оксана прочитала, поправила часы, когда мне удобнее звонить, и занялась завтраком.

Даша осталась со мной.

Первая женщина сказала, что они уже нашли другое место. Я извинилась за хлопоты, записала вопрос о возврате и не стала уговаривать. Со вторым гостем разговаривала Даша. Он долго спрашивал про парковку, хотя звонили мы из-за продажи.

— Да, машина поместится, — терпеливо повторила дочь. — Скажите, пожалуйста, какая модель?

Я слушала и вдруг вспомнила её школьницей: как она звонила заказывать отцу запчасти, потому что он ненавидел ждать на линии. Тогда мы смеялись, что в семье появился секретарь.

Даша закончила разговор.

— Они пока не отменяют. Приедут, если ничего не изменится. Он просит сообщить заранее.

— Запиши, пожалуйста.

Она занесла пометку и отодвинула ноутбук.

— Мам, я могу помочь до обеда. Потом мне надо свои записи закончить для адвоката.

Я уже собиралась перечислить ей ещё три дела.

— Хорошо. До обеда.

Даша удивлённо посмотрела на меня и снова придвинула ноутбук.

Ирина Павловна из Тулы спустилась с чемоданом без четверти двенадцать. На ручке болталась бирка с выцветшим рисунком самолёта, колёсико стучало на каждом стыке плитки.

Я сразу напряглась.

— Вы тоже решили уехать?

— Так у меня поезд сегодня. Я вам ещё при заселении говорила.

Я закрыла глаза на секунду.

— Простите. Совсем всё перепутала.

— Бывает.

Она достала ключ, положила на стойку и стала искать в сумочке очки, хотя они висели у неё на цепочке. Я показала на них. Ирина Павловна хмыкнула.

— Вот и у меня бывает. Чек приготовили?

Оксана подала конверт.

Пока муж Оксаны, согласившийся подвезти гостью к вокзалу, укладывал чемодан в машину, мы постояли на крыльце.

— Завтраки у вас хорошие, — сказала Ирина Павловна. — Только котлеты утром не надо. Тяжело.

— Учту.

— А сырники оставьте.

Я улыбнулась.

— Постараюсь.

Она оглянулась на дом.

— Про шею я вам зря тогда сказала. На дне рождения. Привычка дурацкая — всё советовать.

Я даже не сразу вспомнила.

— Да ладно вам.

— Нет, нехорошо вышло. У меня дочь потом весь вечер выслушивала, как я опять чужую женщину воспитывала.

Ирина Павловна поправила цепочку от очков.

— Дочка сказала: «Мам, ты сама когда последний раз отдыхала, чтобы к людям не придираться?» Вот я и думаю — надо ещё приехать.

— Приезжайте.

Я сказала это без усилия и только потом испугалась. Но Ирина Павловна уже шла к машине, просила поставить сумку не в багажник, а рядом с ней: там бутерброд.

Когда они уехали, я вернулась к календарю. У выезда из третьего номера поставила галочку.

За утро мы не заработали ничего сверх обычного. Отменённые брони не вернулись, Оксана всё ещё думала о другой работе. И всё-таки номер надо было убрать, бельё отправить в стирку, новым гостям оставить воду. Я знала, как это делается.

Я поднялась наверх и открыла окно в освободившейся комнате.

Елена позвонила после обеда.

— Мы можем завтра встретиться с юристом группы. У него в офисе. Несколько вкладчиков тоже придут. Я попросила женщин, которым возвращали деньги, принести свои экземпляры апрельских бумаг.

— Они согласились?

— Миронова да. Малахова пока не ответила. Марина, там будет неприятный разговор.

Я села на край чистой кровати.

— А у нас другие бывают?

Елена не поддержала шутку.

— Они рассчитывали на продажу. Не все, но часть людей. Им объяснили, что это самый быстрый способ получить хоть что-то.

— Кто объяснил?

— Завтра спросим. Сейчас важно, чтобы вы не шли туда с ожиданием, что все