Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Я не хочу об этом говорить. Давай сменим тему и не будем говорить об этом, по крайней мере, сейчас.

— Хочешь, чтобы я начал сомневаться в твоей искренности и подумал, что ты опять лжешь?

— Если ты так хочешь знать, то просто вспомни себя в то время, когда ты мог расстаться с Ракель. Все то же самое. Тебе нет смысла спрашивать меня об этом, потому что ты знаешь, какого это все.

— Блять, да почему ты так боишься признаться, что все еще любишь Наталию? Тебя же никто не собирается осуждать за то, что ты любишь кого-то!

— Ты-то точно будешь, — без эмоций на лице хмыкает Эдвард, бросив хмурый взгляд на окно.

— Ох, ладно, парень, хорош уже драматизировать и как девчонка пытаться обратить на себя внимание. Как будто тебе нравится , когда за тобой бегают. Когда тебя умоляют и уговаривают.

— Хватит, МакКлайф…

— Я понимаю, что ты у нас слишком сентиментальный и впечатлительный. Но будь, черт возьми, мужиком! Честно и уверенно скажи, что любишь Наталию и делаешь все это не только ради того, чтобы искупить перед ней вину, но еще и ради любви к ней, которая все еще жива.

Эдвард пару секунд ничего не говорит, уставив свой пустой взгляд куда-то вниз, но потом все-таки сдается под давлением Терренса и резко выдыхает со словами:

— Хорошо, раз ты хочешь это услышать, то пожалуйста. Да, я люблю Наталию. Люблю ее так же сильно, как ты любишь Ракель. И всегда буду любить.

— Ну вот! — с легкой улыбкой восклицает Терренс. — Видишь, как просто это оказалось! Всего-то надо было сказать несколько слов!

— Просто ты бы не слез с моей шеи, если бы я не признался в этом. Но теперь я надеюсь, что ты останешься довольным моим ответом.

— Ну раз на то пошло, то назови все причины, по которым ты помогаешь ей и хочешь спасти ее от Майкла.

— Я хочу помочь ей, потому что чувствую себя виноватым перед ней и хочу искупить свою вину за то, что все это время незаслуженно оскорблял и унижал ее и настраивал всех против нее. — Эдвард крепко сцепляет пальцы рук. — Ну и потому, что безумно люблю ее и не могу оставаться равнодушным к тому, что с ней происходит. Я не прощу себя, если Наталия пострадает или тем более погибнет по вине дяди Майкла или его дружков.

— Это точно твое искреннее желание? Не попытка обелить себя в глазах других?

— Я хочу стать лучше для всех и искупить свою вину за все свои поступки. Не важно, как дорого мне придется заплатить, но я готов к этому. Наталии приходилось страдать не только по моей вине, но и по вине дяди и той суки Уэйнрайта. И я хочу сделать все, чтобы позволить ей жить спокойной жизнью. Ради своей любви к ней, которая все еще живет в моем сердце.

— Это то, что я и хотел услышать, — с легкой улыбкой кивает Терренс. — Тот ответ, которого я от тебя и добивался.

— Тогда поздравляю, ты победил , — пожимает плечами Эдвард. — Не знаю, с чего вдруг ты захотел поговорить о том, что не касается ситуации с дядей, но все же вот…

— Теперь-то ты наконец-то говоришь правду и не пытаешься вывернуться. — Терренс улыбается немного шире и на секунду переводит взгляд на Эдварда. — Я рад, что ты пытаешься исправиться и решил не прятать голову в песок. И очень хорошо, что ты делаешь все возможное ради спасения Наталии. Думаю, она высоко оценит твой поступок, даже если тебе мало что удастся сделать.

— Может быть, она оценит, — тихо вздыхает Эдвард. — Но эта девушка уже точно никогда не сможет простить меня за то, что я с ней сделал.

— Думаешь, ситуация безнадежная?

— Подобные оскорбления будет очень трудно забыть. Наталия слишком ранимая и впечатлительная. Ее сильно задело все, что я наговорил в порыве злости.

— Наталия не очень обидчивая. Она не умеет долго злиться. Может, подуется немного, а потом успокоится. Так было в ситуации с Ракель. Сначала Рочестер и видеть ее не хотела и ненавидела за то, что та так поступила с ней. Но вскоре она оттаяла и начала осознавать, что ей не хватает ее подруги.

— А так по секрету… — Эдвард неуверенно переводит взгляд на Терренса. — Она что-нибудь говорила обо мне? О наших отношениях?

— М-м-м, возможно… — загадочно улыбается Терренс.

— Что именно?

— Хоть Наталия и злилась, она понимала, что была сама виновата в вашем скандале. Поскольку ты не знал правду о тех фотках, то Блонди прекрасно поняла твою реакцию. Ей было обидно, но она всегда говорила, что произошедшее – ее вина.

— Я пойму ее, если она не найдет в себе силы простить меня. Только лишь спасу ее от дяди Майкла и позволю ей жить так, как она захочет.

— Чувак, а ты вспомни мою ситуацию. В нашем с Ракель случае все было ничуть не лучше. Я и сам так оскорблял и унижал ее, что сейчас стыдно вспоминать об этом. Да я не только кричал и оскорблял, но еще и поднимал на нее руку. Из-за веры в то, что она предала меня. Правда, тогда у меня была причина верить, ибо тогда эта девушка была очень холодна со мной и перестала проявлять любовь и заботу. А вот Наталия не давала тебе никаких поводов усомниться в ее чувствах.

— Если честно, мне всегда казалось, что она была какой-то зажатой и не показывала всех своих чувств. Бывали случаи, когда Наталия даже отталкивала меня. Тогда я думал, что она не очень-то меня любит и встречалась со мной потому, что не хотела оставаться одна. Но сейчас я понимаю, что мешало ей раскрепоститься и расслабиться.

— Это правда. — Терренс переключает скорость с помощью коробки передач. — Она сама подтвердила, что причина была в этом.

— Наверное, мне нужно было проявить чуть больше жесткости и настоять на том, чтобы она рассказала мне, что с ней произошло. Я