Искупление 6-го - Хлоя Уолш

Воссоединение 2.0

Джоуи

Когда я поднялся сегодня вечером из окна Моллой я меньше всего ожидал увидеть, как у нее начались полномасштабные роды, но именно это и произошло.

Сражение с ее матерью, когда мы добрались до больницы, было еще одним событием, которого я не ожидал. Честно говоря, я не винил Триш за то, что она хотела быть со своей дочерью.

Это был жаркий спор, в результате которого я победил, когда вмешалась Моллой и сказала акушерке, что я тот, кого она хочет видеть с собой.

Прошло несколько часов с тех пор, как нас отвезли на роды, и пока она расширялась и достигла семи сантиметров в соответствии с ее последним внутренним состоянием, казалось, что это тянется вечно.

Вдыхая газ и воздух, как будто это выходило из моды, моя девушка балансировала на родильном шаре, покачивая бедрами, когда из нее вырывались самые ужасные звуки, которые я когда-либо слышал в своей жизни.

Я хотел спасти ее.

Я хотел положить конец ее страданиям, черт возьми.

Но я был совершенно беспомощен.

Корчась от боли, когда ее тело пыталось изгнать ребенка, которого я туда поместил, я никогда в жизни не чувствовал себя таким чертовски виноватым.

Даже сейчас, когда она прислонилась ко мне в своей родильной палате, в муках очередной схватки, все, что я хотел сделать, это извиниться.

Иисус Христос.

– Мне нужно в туалет, - заявила она, поворачиваясь боком на мяче, чтобы схватить меня за плечи. – Джо, мне нужно идти прямо сейчас.

– Хорошо, - ответил я, пытаясь сохранять спокойствие, когда ее лицо приобрело глубокий оттенок красного. – Я помогу тебе.

– Что такое? – спросила акушерка, которая задержалась поблизости, когда я направился в смежную ванную, а моя девушка тяжело прислонилась ко мне.

– Ей нужно в туалет, - объяснил я. – Я просто забираю ее сейчас.

– Нет, нет, нет, - ответила акушерка, вместо этого подводя нас к кровати. – Залезай, Ифа, и дай мне осмотреть тебя.

– Нет, ты не понимаешь, - простонала Моллой, забираясь на кровать, а затем корчась от боли, когда медсестра наступила ей между ног. – Если ты сию же секунду не позволишь мне сходить в туалет, я обосру тебя!

– Как я и думала.У тебя полное расширение,Ифа, - заявила акушерка. – Ты готова к освобождению.

– Какашки?

– Нет, ребенка.

– О, Иисус, Джо.- Вскрикнув, она схватила меня за руку и притянула к себе. – Если я сру перед тобой, пожалуйста, не держи на меня зла.

– Моллой, - уговаривал я, убирая волосы с ее липкого лица. – Ты можешь делать все, что захочешь, передо мной, хорошо?

– Это утешает, Джо, - воскликнула она, обвивая рукой мою шею и захватывая меня в захват на голове, которым Кав гордился бы. – Потому что я думаю, ты скоро увидишь, как я выгляжу изнутри.

***

Что-то было не так.

Я мог чувствовать это.

Моллой рожала больше часа, и ничего не происходило.

Обеспокоенного взгляда в глазах акушерки было достаточно, чтобы у меня участилось сердцебиение, но именно пронзительный звук колокола вселил в меня страх Божий.

– Ты в порядке, - уговаривал я, держа ее за руку мертвой хваткой, пока ее зеленые глаза в панике смотрели на меня с больничной койки, когда палата заполнилась врачами и медсестрами. – Это все нормально, Моллой.

Это было не так.

Этого не могло быть.

Я был со своей матерью, когда она принимала роды у Шона.

Это было настолько далеко от нормы, насколько вы могли себе представить.

– Хорошо, мама, малыш начинает очень уставать, милая, поэтому мы поможем тебе принять роды, хорошо? – сказала нам акушерка, которая была с нами с момента поступления. – Сейчас мы собираемся отвести тебя в операционную.

Операционную.

Иисус Христос.

– Джо, - закричала Моллой, когда меня оттолкнули в сторону, чтобы они увезли ее.– Джо!

– Все в порядке, - крикнул я, чувствуя себя беспомощным, наблюдая, как они забирают ее у меня. – Все хорошо, Моллой, я обещаю!

– Папа последует за тобой, - сказала медсестра, державшая ее за руку, когда они исчезли за дверями с моей девушкой. – Ему просто нужно сначала одеться.

– Что происходит?- Я задохнулся, чувствуя, что вот-вот упаду в обморок, когда другая медсестра помогла мне надеть синий операционный халат и сетку для волос. – Что с ней не так?

– У ребенка проявляются признаки плечевой дистоции, - спокойно объяснила она.– Маме нужно вмешательство, чтобы родить.

– Что вы имеете в виду под дистоцией плеча? – Потребовал я, следуя за ней к раковине и оттирая руки до сырости, прежде чем вытереть их насухо бумажными полотенцами и замаскировать. – Нужна ли Ифе операция кесарева сечения?

– Головка ребенка вылезла, но плечи ребенка застряли в родовых путях, - объяснила она, ведя меня по длинному коридору в сторону театра. – Не волнуйся, папа. Мама и малыш в надежных руках.

***

– Джо,- Моллой плакала, когда меня наконец впустили. Я мог видеть ее на операционном столе, в окружении хирургической бригады, когда ее рука дико металась, ища мою.

– Я прямо здесь, Моллой, - крикнул я, переходя к действию, когда я двинулся прямо к ней, только чтобы быть загнанным в верхний конец стола одним из хирургической бригады. – Я здесь, детка.

– Джо, - всхлипнула она, схватив мою руку в свою, когда она закричала от боли. – Джо, это так больно.

– Вы можеье дать ей что-нибудь? – Потребовал я, чувствуя, как меня закручивает, когда я наблюдал, как они грубо обращаются с ней, как будто у нее не было чувств. – Иисус Христос, вы не можете сделать это с ней без эпидуральной анестезии.

– Сейчас нет времени на это, папа.

– Джо…

– Ты в порядке, малышка.

– Тужься,