Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня - Тахира Мафи

– Я сам позабочусь о Кенте. А ты оставайся здесь и постарайся навести порядок в той неразберихе, которую ты тут устроила, – говорит он, многозначительно поглядывая в сторону Уорнера.

Я шумно сглатываю, но ничего ему не отвечаю.

И только когда Кенджи исчезает за дверью, я поворачиваюсь к остальным членам нашего маленького общества. И пока я подбираю правильные слова, чтобы обратиться к своим друзьям, внезапно в тишине раздается голос, который я сейчас меньше всего ожидала услышать.

– А, это вы, мисс Феррарс, – произносит Касл. – Это хорошо, что вы вернулись. С вами всегда было как-то намного веселее.

Иан смотрит на него и вдруг начинает открыто рыдать от счастья.

Глава 22

Все мгновенно собираются вокруг Касла. Джеймс тут же набрасывается на него, чуть не вышибая несчастного с кресла. Иан отталкивает их всех по очереди, чтобы не подходили слишком близко. Касл улыбается и даже посмеивается немного. Наконец-то он становится похож на того человека, которого я знала раньше.

– Я в порядке, – говорит он, но слова произносит с трудом, как будто для этого ему требуется приложить огромные усилия. – Огромное спасибо вам за вашу заботу. Но я скоро поправлюсь. Мне просто требуется для этого еще немного времени, вот и все.

Я встречаюсь с ним взглядом, но приближаться мне почему-то страшновато.

– Пожалуйста, – обращается Касл к Алии и Уинстону, поскольку они стоят ближе всего. – Помогите мне подняться. Мне хочется поприветствовать нашего последнего гостя.

Но сейчас он имеет в виду не меня.

Касл поднимается на ноги, испытывая при этом определенные трудности, даже несмотря на то что сейчас каждый из присутствующих пытается хоть как-то помочь ему. Все в комнате начинают чувствовать себя по-другому, и от этого в комнате становится светлее и легче. Я и предположить не могла, как болезнь Касла сказывается на самочувствии каждого из моих друзей. Причем в буквальном смысле.

– Мистер Уорнер, – произносит Касл, устремляя взгляд на визитера через всю комнату. – Как мило с вашей стороны присоединиться к нам.

– Но я не собираюсь присоединяться ни к кому из…

– Я всегда чувствовал, что так оно и получится, – не слушает его Касл и улыбается. – И мне это очень приятно.

Уорнер сдерживается, чтобы не закатить в отчаянии глаза к потолку.

– Вы уже можете опустить пистолеты, – говорит ему Касл. – Обещаю, что буду строго присматривать за ними в ваше отсутствие.

Мы все поднимаем глаза к потолку. Я слышу, как вздыхает Уорнер. И уже в следующее мгновение все пистолеты плавно опускаются вниз и аккуратно укладываются один за другим на ковер.

– Очень хорошо, – удовлетворенно констатирует Касл. – А теперь прошу извинить меня, но я чувствую, что мне необходимо принять душ. Надеюсь, вы не сочтете за грубость мое поведение, но мне нужно вас покинуть, – добавляет он. – К тому же у меня сложилось впечатление, что в ближайшее время мы с вами будем часто видеться.

Уорнеру приходится только стиснуть зубы вместо ответа.

Касл улыбается.

Уинстон и Брендан помогают Каслу дойти до ванной, а Иан радостно выкрикивает им вслед, что сейчас же подыщет свежий комплект белья. В комнате остаемся только я, Уорнер, Джеймс, Алия и Лили.

– Джульетта? – Уорнер вопросительно смотрит на меня.

Я устремляю взгляд на него.

– Можно поговорить с тобой наедине? С глазу на глаз?

Я колеблюсь.

– Вы можете поговорить в моей комнате, – вмешивается Джеймс. – Я не против.

Я смотрю на него и понимаю, что он в очередной раз сильно удивляет меня. Этот мальчик предоставляет свое личное пространство с такой легкостью для таких, как я и Уорнер! Особенно это странно, если учесть, как только что вел себя его старший брат.

– С Адамом будет все в порядке, – говорит мне Джеймс, и у меня снова создается такое впечатление, будто он читает мои мысли. – Он просто здорово напряжен. Постоянно беспокоится, волнуется, и ему есть о чем. Он же понимает, что очень скоро у нас кончится еда и все остальное, что требуется для нормальной жизни.

– Джеймс…

– Да все нормально, – отмахивается мальчик. – А я пока побуду тут с Алией и Лили.

Я смотрю на девушек, но по их лицам ничего понять не возможно. Алия чуть заметно и сочувственно улыбается мне. Лили внимательно смотрит на Уорнера, словно измеряя его взглядом.

Я вздыхаю и наконец уступаю.

Затем я следую за Уорнером в небольшое помещение, одновременно являющееся комнатой Джеймса и складом провизии, и закрываю за собой дверь.

Он не хочет терять времени и сразу начинает:

– Почему ты призываешь своих друзей присоединиться к нам? Я же сказал, что не хочу с ними сотрудничать.

– Но как ты вообще меня нашел? – отвечаю я ему вопросом на вопрос. – Я даже не нажимала на кнопку пейджера, который ты мне передал.

Уорнер внимательно изучает меня, его зеленые глаза словно впиваются в меня, как будто он хочет прочитать все то, о чем я сейчас думаю. Но его взгляд сильнее меня, очень скоро я просто отвожу глаза в сторону, и при этом чувствую себя почему-то более свободной.

– Это простая дедукция, – наконец объясняет он. – Кент из вашей группы был единственным, обладающим жильем вне «Омеги пойнт». Значит, только здесь они и могли остановиться, чтобы не вызвать подозрений. Ну, вот поэтому я первым делом и отправился сюда. – Он чуть заметно покачал головой. – В противоположность твоим мыслям, любовь моя, я отнюдь не идиот.

– Я никогда не считала тебя идиотом, – удивленно произношу я. – Я думала, что ты сумасшедший. Но только не идиот. – Я еще колеблюсь, потом признаюсь: – Я вообще-то считала, что ты гениален, и всегда мечтала уметь рассуждать, как ты. – Я отвожу взгляд в сторону, потом снова смотрю на него, думая о том, что надо бы сначала научиться почаще держать рот закрытым.

Лицо Уорнера проясняется. Он улыбается, и вокруг его глаз образуются крохотные морщинки, как будто сейчас он решил развлечься. При этом он заявляет мне:

– Я не хочу, чтобы твои друзья были в моей команде. Они мне не нравятся.

– А мне все равно.

– Но они будут только тормозить наш процесс.

– Они дадут нам преимущество, – настаиваю я. – Я знаю, что ты думаешь, будто в «Омеге пойнт» они занимались совсем не тем, чем было нужно, но зато они умеют выживать. И у каждого из них есть уникальный талант.

– Они полностью сломлены.

– У них случилось большое горе, – напоминаю я, начиная раздражаться. – Не