На берегу - Лора Павлов

— Ты горячая. Это не секрет. Только не делай из этого выводов.

Она пожала плечами:

— Кажется, это первый комплимент, который ты мне сделал.

— Да? Ну, не будем раздувать твою самооценку, — попытался я перевести всё в шутку.

— Не переживай, не подумаю лишнего. Ты тоже не в моём вкусе, — подняла бровь. — У меня есть жёсткое правило: никаких свиданий с профессиональными спортсменами.

Мы оба строили из себя неприступных, и при этом оба несли полную чушь.

Я хотел её.

Она хотела меня.

Но это было бы самым глупым решением, какое я только мог сейчас принять.

— Хорошо, что это даже не вариант. Сосредоточимся на работе и закончим статью, — сказал я.

Что-то промелькнуло у неё на лице — я не успел понять что, но она быстро взяла себя в руки.

— Именно так, Капитан.

Чёрт.

В другой жизни я бы придумал для Бринкли Рейнольдс совсем другой план.

11

Бринкли

Не обращайте на меня внимания. Просто села в частный самолёт — лечу в Нью-Йорк в рабочую поездку. #извиняюсьнет

Джорджия

Вот это да! Мэддокс в восторге от того, что ты наконец-то сняла запрет на ненависть к Линкольну Хендриксу.

Кейдж

Учитывая, что этот парень попытался вернуть тебе работу, а потом ещё и подкинул материал всей твоей жизни — думаю, можно честно сказать, что запрет официально снят.

Хью

А ещё он переживал, как ты доберёшься домой, а теперь вообще везёт тебя в поездку? Ну всё, парни… пора доставать наши майки с фамилией Хендрикс.

Финн

Ты собираешься поделиться с нами какой-нибудь инсайдерской инфой о том, где он будет играть?

Нет. Он на самом деле так и не сказал, где будет играть, так что, если захочет, ещё может подставить меня. Но он сам посоветовал мне написать в Football Live и Sports Today — два самых крупных спортивных журнала — и предупредить, что именно я буду публиковать этот материал. Теперь мне поступают самые разные предложения.

Кейдж

Простите. Мистер Вигглстайн умудрился покрыть корги Джейни Лоури — Луизу, а Лоури совсем не хотели разводить «порги». В общем, у нас тут полный бардак. Они считают, что решение должна была принимать она.

Джейни или сама собака?

Джорджия

Её тело. Её решение.

Кейдж

Ага. Мы всё это уже слышали. По её мнению, Луиза — двухлетняя корги, которая, к слову, ест своё дерьмо, — должна была высказаться, прежде чем мистер Вигглстайн взял и натворил дел в их заднем дворе. Вот такая у меня жизнь.

Ну, что сказать — это мир сук, а мы тут просто выживаем.

Хью

Джорджия

Чёртовски верно. ✊

Кейдж

Ну так что, Нью-Йорк — его главный вариант? Любопытствующие уши жаждут подробностей.

Если хоть один из вас проболтается, куда я еду, я сбрею вам брови и разрисую лицо маркером, пока вы спите. Это совершенно секретно. Ничто так быстро не рушит карьеру журналиста, как болтливые братья и сёстры.

Финн

Чёрт возьми, Бринкс, ты становишься по-настоящему страшной, когда начинаешь угрожать.

Хью

Потому что ты же знаешь — она точно доведёт дело до конца.

Джорджия

Вот именно. Я уже сказала Мэддоксу, что он не имеет права рассказывать ни души ни единого слова из того, что ты нам говоришь. А он, между прочим, уже хочет купить абонементы для всех нас — куда бы Линкольн ни перешёл.

Пока ничего не делайте. Я скажу вам прямо перед тем, как опубликую материал.

Кейдж

Какая щедрость. И что, ты собираешься предупредить нас аж за целых две минуты до того, как узнает весь мир? Ты серьёзно думаешь, что не можешь кинуть нам хотя бы косточку и рассказать, ну, скажем… за неделю до всех?

Хью

Ты правда на это решился? Смелый ты человек. Сначала ты борешься за права беременной корги, а теперь ещё и читаешь нотации Бринкс?

Спи с одним открытым глазом, доктор Паплавин. И держи языки за зубами.

Джорджия

Ахаха! Мои губы на замке.

Кейдж

Убавь пыл. Кому я вообще это расскажу? Я никого настолько не люблю, чтобы обсуждать с ними такие вещи, и, если честно, сегодня я даже не уверена, что люблю кого-то из вас. А Грейси футбол вообще до лампочки. Мистеру Вигглстайну тоже плевать, где будет играть Линкольн — ему бы только снова залезть в Луизу по самые яйца, а я тут вынуждена их разнимать, пока оба у своих хозяев, которые, между прочим, в полном нервном срыве.

Финн

Где ты?

Кейдж

Я у себя в офисе, пытаюсь хоть немного передохнуть. Там снаружи натуральное шоу Джерри Спрингера. А теперь ещё и сестра мне угрожает, хотя я всего лишь задал простой вопрос.

Пилот вышел к нам поговорить, а стюардесса сказала, что скоро принесёт нам пирожные и мимозу.

Извините, придётся отложить заговор против вас на потом. Мы взлетаем, и мне только что предложили мимозу. Никаких разговоров о том, куда я лечу. Люблю вас, ребята.

На экране замелькали эмодзи, но я выключила телефон и подняла глаза — Линкольн наблюдал за мной. Он сидел прямо напротив: кресла были расставлены рядами лицом друг к другу. Кроме нас, на борту находились только два пилота и стюардесса.

Последние несколько дней Линкольн держался отстранённо. После нашего долгого разговора у бухты мы сблизились, узнали друг друга чуть больше. Но наутро он стал сдержаннее.

Флирт в переписке прекратился.

Я должна была идти у него на поводу. Я хотела эту историю.

Нет. Я нуждалась в этой истории.

Так что он решал, сколько готов рассказать.

Мы провели последние дни, бегая, плавая и работая в спортзале. Я никогда не видела, чтобы кто-то тренировался так усердно. И я невероятно уважала это.

Много спортсменов полагаются на врождённый талант, но не утруждают себя работой.

Есть те, кто много трудится и по-настоящему предан делу.

А потом есть Линкольн Хендрикс.

Этот человек был на другом уровне.

Неудивительно, что его называли величайшим игроком в истории НФЛ.

Он действительно заслужил это звание, что бывает далеко не всегда в профессиональном спорте.

Не всегда побеждает тот, кто трудится больше всех. Но этот мужчина… он всё заслужил. Я пока не сказала ему об этом вслух, потому что большую часть времени он доводил меня до белого каления. Но с тех пор как мы начали работать вместе, я стала к нему мягче. Уже не так важно, что он ведёт себя то холодно, то горячо,