Отец подруги. Мой ад и рай - Леди Найт

горло. Зафиксировал мою голову, ухватившись пятернёй за волосы. Сейчас я почувствовала себя униженной. Слёзы потекли по щекам, но вода, льющаяся сверху на нас с Егором, сразу уносила их с собой.

Через несколько минут Романов приказал мне подняться. И, подхватив меня под попу, поднял в воздух. Я инстинктивно обвила его шею руками, а ногами опоясала талию. Прижав меня спиной к холодной стене, вонзился в меня до самых яиц.

Я ахнула от резкого толчка внутри себя и спазма, скрутившего низ живота. Боли в этот раз я не почувствовала. Я была ещё влажной после первого раза, так что Егор вошёл в моё лоно не причиняя дискомфорта.

Он поймал мои губы, впился жадно, как зверь, вылизывая мой рот изнутри языком, одновременно натягивая меня на себя снова и снова.

Мне не нравится ТАКОЙ Романов, — мысленно повторяла я. Мне вообще никакой Романов не нравится. И секс с ним отвратителен!

Чем сильнее в моём сердце разгоралась ненависть к Романову, тем слаще становились его толчки. Я плавилась в руках Егора, сгорала от желания, пока он вгонял в меня свой каменный член снова и снова.

Это было похоже на изощрённую пытку. Я потеряла контроль над своим телом, ненавидя за это теперь уже себя.

Когда я кончила, прикусив плечо Егора, он снова излился глубоко в меня.

Я так вымоталась, что мне было всё равно. После яркого, ошеломительного, почти болезненного оргазма ноги меня не держали, поэтому Романов нёс меня до кровати на руках.

Мы больше не разговаривали, да и не о чем было.

Егор опустил меня на прохладную простыню и укрыл одеялом. Это всё? Или он ещё раз на меня залезет? Решил оторваться напоследок?

Я закрыла глаза, думая о том, какой же всё-таки Романов урод, и отрубилась. Просто провалилась в глубокий, тяжёлый сон.

Кажется, я проспала вечность. Проснулась, почувствовав на своём теле горячие мужские руки. Егор осторожно прижал меня спиной к своей груди, нежно погладив мой животик и промежность, закинул мою ногу себе на бедро, чтобы открыть себе доступ к моим складочкам, и принялся лениво их поглаживать, забирая у меня остатки сна.

Я выспалась, поэтому не была в претензии, что меня разбудили. Злилась я совершенно по другому поводу. Бесила моя реакция на это сладкое и неторопливое пробуждение.

Оттолкнуть его не смела. Долго лежала, притворяясь бревном, пытаясь казаться безучастной к происходящему, но это было невозможно. Егор знал, как ласкать девушку, чтобы ей было хорошо, и делал это умело.

Я текла, как последняя шлюха. Припухшие после вчерашнего складочки были невероятно чувствительными и отзывчивыми, делая меня податливой в опытных руках Романова.

Утренний секс был чувственным и неторопливым. Егор брал меня так долго и медленно, как будто у нас вся жизнь впереди. Шептал мне в затылок ласковые слова, говоря о том, какая я потрясающая. Я кончила дважды, утопая в этой неге, сходя с ума от его члена, двигающегося внутри меня.

Перед вылетом Романов ещё раз трахнул меня загнув раком. Задрал платье, порвал трусики, терзая языком мою киску и анус, а потом намотал мои волосы на кулак и отымел, отхлестав по заднице.

В самолёте заставил меня скакать на нём, а потом кончил мне в рот.

Самолёт приземлился, и на этом моё сексуальное рабство закончилось. Романов так меня измотал, что я мечтала только об одном — принять душ и поскорее завалиться спать.

В аэропорту нас встретит Борис с букетом роз для меня. Настроение было таким паршивым, что меня уже ничего не радовало.

Я должна была прыгать от радости, что всё закончилось, что я дома, свободная ото всяких обязательств, но в душе была какая-то мерзкая пустота.

Мы заехали за Томми в приют, Борис помог донести до моей квартиры чемоданы. Уезжала я с одним, а вернулась с тремя. Водитель занёс мои вещи в квартиру и оставил нас с Егором наедине. Настало время прощаться с Романовым, и мне стало от этого не по себе.

— Пригласишь на кофе? — с надеждой спросил он.

Теперь ему требовалось приглашение? Я была рада, что он больше не ведёт себя по-хозяйски в моей квартире.

— Я очень устала, прости, Егор. Тебе пора!

— У меня подарок для тебя.

Он вытащил из внутреннего кармана пиджака плоский бархатный футляр и протянул его мне. Я догадалась, что это ювелирное украшение, но всё равно открыла коробочку из любопытства. Внутри обнаружила довольно увесистую золотую цепочку с кулончиком из настоящей ракушки. От красоты украшения дух захватило.

— Очень красиво! — искренне восхитилась я.

— Я сам нашёл эту ракушку, — похвастался Егор.

Не ожидала от Романова подобного. Нет, ювелирка — вполне предсказуемо, но вот ракушка...

До чего же мило и романтично! У меня слёзы навернулись на глаза и что-то ёкнуло в груди.

— Возьмёшь? — недоверчиво спросил Егор, видя, что я зависла на украшении.

— Да, — ответила я и захлопнула футляр. — Сдам в ломбард, если денег снова не будет.

— Женя! Зачем ты так? — осуждающе покачал головой Романов. — Если у тебя будут какие-то проблемы, ты можешь смело обращаться ко мне за помощью. Неважно какие, я помогу!

— Уходи! — поторопила я его.

— Женя!

Он шагнул ко мне, чтобы обнять или поцеловать, но я не позволила, отшатнувшись от него.

— Спасибо тебе за всё, Егор, но теперь уйди! Просто уйди! — настойчивей повторила я.

Романов ничего не сказал, даже не попрощался. Сделал каменную мину и вышел в подъезд. Несмотря на то, что Егор пытался держать лицо, выглядел он обиженным. Я заперла дверь за ним и с облегчением вздохнула. Я не должна его жалеть. Я больше ничего ему не должна!

— Вот и всё, Томми! — поймала своего котейку и прижала к себе, соскучившись по нему до умопомрачения. — Вот и всё!

23. Евгения

— Привет, Женька! — поздоровалась со мной Маша, когда мы встретились в коридоре академии.

Я столько пропустила, что теперь не представляла, как буду нагонять материал.

— Привет, Маш, — поздоровалась в ответ, чувствуя её любопытный взгляд на себе.

Обычно я ходила на учёбу в одном и том же, а сегодня надела одну из кофточек, что купил мне Егор и новые туфли, так что было на что поглазеть. Не удержалась чисто по-женски, да и надоело шифроваться, если честно. Устала от бесконечного вранья.

— Это ты у родителей так загорела? — с подколкой спросила подруга, и я сразу поняла, к чему она клонит. — А давно у вас в деревне магазин "Шанель" открыли?

Я и так была вся на нервах, так