Измена. Попаданка в положении - Елена Белильщикова

Филипп заметил, что Элион немного напряглась на имя. Будто вспомнила о чем-то, о ком-то. Но он не придал этому значения. Особенно когда Элион фыркнула:

— С таким-то братом!

— Я про плен! И вообще, если никто помогать не собирается, я пойду один! — надуто сообщил Филипп.

Забрав из рук Александра инструменты, он демонстративно направился за дом. Нужно было все-таки найти чертову лестницу, не по дереву же наверх лезть. Филипп хотел показаться Элион заботливым мужем, а не мальчишкой с ветром в голове, который обносит соседский яблоневый сад.

Александр и Элион переглянулись, когда этот гордый идиот направился за дом один. Судя по всему, искать лестницу. Вот черт!

— Филипп, подожди! — закричал Александр.

Не выдержала душа поэта, не смог он быть таким же несгибаемым, как Филипп. И бросился следом за ним.

— Что такое, Алекс? — Элион, как в детстве, погналась за нами.

Несмотря на то, что была беременна, она бегала очень даже неплохо.

— Да этот придурок сейчас полезет на крышу один. И обязательно сверзится оттуда! — со вздохом на бегу ответил Александр.

Догнав Филиппа, он ухватил его за рукав рубашки, потянул на себя.

— Эй, прекращай дуться. За все, что мы делаем, мы отвечаем вместе. Мы бригада. Так моя Клэр говорит вечно, у нее фразочки на все случаи жизни… Так что и не думай улизнуть и чинить крышу один! Я помогу тебе, как обещал. Сбрасывай рубашку, так сподручнее будет. И полезем вместе! Я тебя подстрахую, Филипп. Можешь на меня надеяться.

Александр залихвастски подмигнул Элион. Хотя взгляд его был коварен. Не для примирения ли двух сердец был затеян бесплатный стриптиз?

Филипп лукаво посмотрел на Элион. И еще до того, как подняться по лестнице, снял рубашку. Отложив ее на стоящую неподалеку скамейку, он расправил плечи, будто невзначай поиграв сильными мышцами. Хотя чего там его жена могла не видеть? Но уж слишком раздразнил ее взгляд на него.

Филипп подхватил инструменты и полез вверх по лестнице. Искренне надеясь, что они сообразят, как все это делается. Ведь аристократам привычнее нанимать работников, а не самим лазить по крышам! Но ему хотелось показать, что он может позаботиться об Элион! Вон, даже сено для ее коня привез, целый фургон… Лестница скрипела с такой силой, что Филипп испугался, вдруг она не выдержит двух здоровых мужчин. Ступенька под ногой хрустнула, он выругался.

— Алекс, почему у вас в особняке нет нормальной лестницы?! — рыкнул Филипп, забираясь наверх.

— Во-первых, не у меня, а у нас, мой милый родственничек! — ядовито бросил Александр с милой улыбочкой, и Филипп нервно дернулся. — Что ж это ты, муж, не обеспечиваешь жену и все ее наследство должным уходом и заботой?

Александр продолжил измываться, пока лез следом за Филиппом. Лестница скрипела все громче. Филипп тихо ругался под нос, поминая почему-то маму Маккалистеров. Александр потянулся и дернул его за штанину. В шутку, конечно! Но тоже знал, что Филипп на самом деле дернется и сверзится с верхней ступеньки?!

— Держись, зараза! А то и меня скинешь! — заорал Александр, мысленно вытирая льющийся со лба градом пот.

— Ты что, Филипп, высоты боишься? — прокричала снизу Элион.

Филипп обернулся и посмотрел зло. А еще печально. И Александр понял, что Элион права.

— Хватайся за ступеньку и возвращай ногу, — зашипел недовольно Александр. — Я не готов собирать твои кости по всему саду!

Филипп с горем пополам влез на крышу и сразу сел подышать. Может, если бы у него была трубка, он бы занялся чем-то другим. Но ее не было. Александр сел рядом, хлопнул его по спине, проворчал:

— Вот какого черта ты устроил? Нельзя было меня предупредить? Гордый сильно, да?

Филипп уставился большими глазами несчастного котика. От хлопка по спине в голове сразу нарисовались картинки, как он, сверзившись с крыши, остается лежать внизу, весь переломанный и истекающий кровью. Пока его фантазия не пририсовала Элион траурные одежды, он ухватился за руку Александра.

— Н-ничего я не боюсь! Просто не хотелось рухнуть с этого гнилья и остаться калекой! — вякнул Филипп, но все-таки попытался отползти подальше от края. — Провести жизнь в постели у Элион — это, конечно, звучит соблазнительно. Но не когда не можешь шевельнуться!

Александр тяжело вздохнул и поправил сидящего, как фарфоровая кукла, выпрямив спину, Филиппа. Сам ведь обожал высоту. Так же, как Элион. Помнил, как родители водили их на море, и они бегали по скалам, залазили так высоко, что кружилась голова. Он помнил, как весело смеялась Элион, когда кидал в нее мелкие камушки, когда стояли с ней на самом краю, словно на вершине мира. Не слыша испуганных криков родителей, что волновались за детвору. Но кажется, сейчас стоило волноваться за Филиппа?

— Подыши, старина, тебе станет лучше, — погладил Александр неловко Филиппа по плечу.

Солнце золотило их спины и начинало припекать. Филипп встряхнулся и встал, бросив только гордо:

— Я в порядке! Давай начинать работу!

Они принялись за дело. Хорошо, что в детстве оба были подвижными мальчишками, которые часто крутились среди взрослых, в том числе и среди слуг. Потому многое видели. А не только умели танцевать полонез и позировать для парадного портрета с фамильным оружием.

— Может, Элион нам хоть водички принесет? — спустя полчаса Филипп выглянул с края крыши. — Э… а где она?

Филипп разочарованно нахмурился. Элион и след простыл. Представление в ее честь провалилось. Он тут как бы стоял, обнаженный до пояса, в лучах солнца, геройствовал и рисковал жизнью на высоте, а она… На плече защекотало, Филипп прихлопнул комара и коротко ойкнул, пошатнувшись от этого на самом краю крыши.

Элион на деле отошла в кусты по необходимости. А когда вернулась, то увидела шатающуюся Пизанскую башню. То есть падающего Филиппа. Как истинная женщина, она заорала:

— Филипп, осторожно!

Филипп обернулся и посмотрел на нее умоляюще. И взмахнул руками, словно собирался взлететь. Элион испугалась за него. Всерьез испугалась.

— Алекс, помоги ему! — заорала Элион, что есть мочи.

Александр выглянул из-под черепицы и вовремя взглянул на Филиппа. И ринулся к нему. Но им не повезло. Филипп был крупнее и мощнее, чем Александр. Крепко схватившись друг за друга, оба прокатились вниз. К счастью, как раз под крышей стоял открытый фургон со стогом сена. И оба мужчины сверзились прямо туда, все так же трогательно обнявшись.

— Филипп! Алекс! — с рыданием Элион бросилась к ним.

Оба оказались живы. И с кряхтением выбирались из фургона. Александр вполголоса ругал Филиппа. Тот баюкал руку и выглядел очень хмурым и недовольным.

— Я в порядке! — выдал он свое фирменное.