Развод с ледяным драконом. Гостиница беременной попаданки - Юлия Сергеевна Ханевская

Глава 15

Когда я впервые показываюсь после стрижки и покраски, Медея ахает так громко, что даже Кай обращает на это внимание.

— Леди Анара! Как вы могли! Такие волосы! — она чуть не плачет. — Я бы их берегла, как зеницу ока!

На секунду я теряюсь, не зная, как на это реагировать, но тут вмешивается Кай:

— Иногда на кону стоит гораздо больше, чем красота, — говорит он тихо, глядя не на нее, а на меня.

И добавляет после паузы:

— К тому же есть красота, которую ничем не испортишь.

Я чувствую, как внутри что-то вздрагивает, и щеки предательски теплеют.

— В любом случае, теперь я шатенка, — коротко улыбаюсь я, глядя на Медею. —Придется тебе привыкать.

Следующая неделя проходит максимально продуктивно.

Каждое утро я просыпаюсь с ощущением, что этот день может быть последним и использую время по максимуму. Ведь на рынке могли узнать меня, проследить за каретой, выяснить, где живу.

Рано или поздно так и случится. Хорошо, если это будут люди Дейрана, а не те, кто жаждет моей смерти.

Ну а пока мне остается только положиться на судьбу и просто жить.

Мы работаем с рассвета до заката.

Кай почти не отдыхает — сначала он закончил сад, подрезал кусты, выровнял дорожки, а потом занялся территорией у пруда. Земля мягкая после недавних дождей, и он спешил закончить, пока погода не испортилась.

Медея с утра хлопочет рядом со мной, мы вместе разрабатываем меню для будущей гостиницы.

— Не будем усложнять, — говорю я, замешивая тесто. — Простые, домашние блюда.

— Как в монастыре? — уточняет она.

— Нет, — улыбаюсь, — вкуснее.

Я показываю ей, как делать сырники, и Медея таращит глаза:

— Так это же… жареное тесто из творога?!

— Именно, — смеюсь я. — Попробуешь — поймешь.

На следующий день готовим запеканку, и аромат детства окутывает кухню.

Я давно не чувствовала себя так спокойно.

Будто я и не Анара вовсе, а снова Нонна из маленькой квартиры, где пахнет ванилью, выпечкой и кофе.

Ближе к выходным Кай снова отправляется в город, на этот раз с Медеей.

Возвращаются они загруженные пакетами с припасами и материалами для будущей вывески.

Я наблюдаю, как он вечером во дворе сколачивает указатель — аккуратно, сосредоточенно, будто создает что-то гораздо более важное, чем просто деревянная табличка.

К утру на дороге появляется вывеска с выжженной надписью:

Гостиница «Дом у озера». Приют для путников.

Я понимаю, что уже завтра на пороге могут появиться первые гости, и иду наверх, последний раз проверить подготовленные номера.

Комнаты на третьем этаже теперь выглядят совсем иначе. Я не ожидала, что смогу так преобразить это пространство за столь короткий срок.

Светлые стены, которые раньше были тускло-серыми, теперь выглядят теплее и чище. Новые занавески на окнах мягко колышутся от ветра, пропуская в комнаты свежий воздух и солнечные полосы.

В каждой спальне стоит кровать: простая, но добротная, с вычищенными спинками и свежим бельем. На прикроватных столиках глиняные лампы, а у окон небольшие кресла и низкие столики, где гости смогут пить чай или писать заметки в дневник.

Я расставила вазы с осенними цветами, добавила скатерти и вышитые наволочки на подушки.

Комнаты ожили.

Теперь здесь пахнет не пылью, а уютным домом из моей прошлой жизни.

Я медленно прохожу от одной комнаты к другой, поправляю покрывала, расправляю складки на занавесках.

И вдруг, то самое чувство.

Легкий ток под кожей, и воздух вокруг слегка дрожит.

Дом... дышит.

Я замираю, прислушиваюсь.

Тишина вроде бы обычная, но за ней есть что-то еще, словно шепот или вздох, едва уловимый.

Он недоволен.

Я ощущаю это внезапно, отчетливо, всем телом:

Дом не хочет гостей.

Он признал меня хозяйкой, принял тех, кто приехал сюда со мной, но сама идея впустить сюда чужих тревожит его.

В груди холодком отзывается беспокойство.

— Ну пожалуйста, — шепчу я, неуверенно касаясь дверного косяка. — Они будут ненадолго. Всего лишь путники, уставшие с дороги…

Ответа нет, но напряжение не уходит.

Лишь в воздухе что-то колышется, будто легкий ветер промчал по коридору.

Я выдыхаю, стараясь не поддаваться тревоге.

Кто знает, на что способен волшебный дом?

Если он решит, что гости — угроза, все может пойти не так, как я планирую. Надо придумать, что с этим сделать… Или просто ждать и надеяться на лучшее.

Я спускаюсь по лестнице, и руку тянет положить на живот. Он все еще незаметный под одеждой, но я чувствую там жизнь. Тихое присутствие, крошечная искра, которая теплее любого солнца.

И от этого тепла внутри рождается волнение: будто это дитя не просто часть тела, а источник чего-то большего.

Иногда, когда я слишком устаю, воздух рядом со мной становится плотнее, а в ладонях рождается прохлада.

Магия.

Она идет не от меня, а от него. От ребенка.

А еще, я все чаще чувствую, как просыпается она — настоящая Анара. Иногда это просто мысли, вспышками, отблесками чужих эмоций. Иногда — внутренний голос.

Желание связаться с Дейраном, дать весточку дочерям.

Позвать, объяснить, сказать, что жива.

Я ощущаю эти порывы, будто чьи-то руки тянутся изнутри. Не со злым умыслом, а от непреодолимой тоски.

И мне больно вместе с ней.

Она горюет по тем, кого любит, а я вынуждена держать ее в узде и не позволять вырваться наружу.

Ведь если она это сделает — погубит нас обеих.

Следующие два дня выдаются спокойным, почти ленивым.

Теплый ветер шевелит занавески, в воздухе стоит запах прелых листьев и дыма от костров, что затеял Кай у озера.

Я сижу на диванчике в гостиной, пересматриваю записи в блокноте, когда с улицы слышится скрип колес.

Повозка.

Я поднимаю голову, смотрю в окно и застываю.

Неужели?.. Первые гости!

Сквозь натертое до блеска стекло вижу, как Кай выходит к воротам. Несколько слов, короткий кивок, и кованые створки начинают открываться. Повозка въезжает во двор.

Лошади усталые, серые от дорожной пыли. На скамье сидят двое мужчин. Путники, похоже. Обычные. И все же… внутри зарождается легкое, вязкое беспокойство.

Один из них высокий, широкоплечий, с густой бородой и открытой улыбкой. Он оживленно что-то говорит Каю, смеется, жестикулирует. Второй молчаливый, сидит чуть в стороне, опершись локтем на колено. Он выглядит значительно моложе своего товарища, хотя запущенная рыжеватая щетина не придает ему свежести. Его внимательный взгляд скользит по окнам особняка и на миг кажется, что он сразу попадает в