Упс! Я призвала Лидерка - Реджин Абель

В наши первые разы она была такой нерешительной, сомневалась в своей способности доставить мне удовольствие. Глупая. Она не понимала, насколько я зависим от всего, что связано с ней. Но видеть, как она становится увереннее, смелее и напористее, было лучшим возбудителем. Корал сбрасывала оковы, прогоняла сомнения и наконец-то принимала свою истинную сущность. Мне нравилось видеть, как она дает волю той невероятной женщине, что всегда таилась внутри, ожидая момента, чтобы предстать во всем блеске.

Она сильно прикусила мою мочку, балансируя на грани боли. Сладострастный стон, который она из меня вырвала, заставил её самодовольно хмыкнуть, отчего мой член стал еще тверже. Корал спустилась губами к моей шее, посасывая пульсирующую вену, прежде чем продолжить путь на юг. Она задержалась на моих сосках, резко ущипнув их, а затем успокоила жжение языком. Она выписывала круги вокруг ареол так порочно, что это раздувало пламя лавы, клокочущей у меня в животе.

Если раньше она медлила, прежде чем спуститься к моему паху, то теперь у моей женщины не осталось и тени сомнений. Впрочем, она быстро усвоила: если уж она берет контроль на себя, ей нужно действовать быстро, пока моё жгучее желание захватить инициативу не взяло верх. Даже сейчас я знал, что долго не продержусь. У меня буквально текли слюнки от предвкушения. Это был голод, который не утолить и за десять жизней.

Мой живот напрягся, когда она опустилась передо мной на колени. Её язык оставил огненный след на моих мышцах пресса, прошел мимо пупка и устремился прямиком к паху. Я судорожно выдохнул, когда Корал обхватила рукой основание моего члена. Она сделала пару движений, а затем облизнула губы с таким голодным видом, что я чуть было не кончил прямо там.

По её словам, на вкус я был как персиковый коблер. И судя по эмоциям, исходившим от неё каждый раз, когда она брала меня в рот, ей это безумно нравилось. Хуже того, эта несносная девчонка пару раз заявлялась в мастерскую с порцией персикового коблера и демонстративно ела его, медленно облизывая ложку так, что воображению не оставалось места. Разумеется, она делала это именно тогда, когда я был занят работой, которую нельзя было прервать, не испортив деталь.

Стоит ли говорить, что позже я заставил её за это расплатиться.

Дикий рык вырвался из моей груди, когда она взяла меня в рот и тут же задала бешеный темп. С каждым движением Корал изгибала кисть именно так, как нужно, крепко сжимая основание. Но именно то, как она посасывала головку, дразнила её языком и задевала зубами рельеф моего ствола, сводило меня с ума от наслаждения.

Запустив пальцы обеих рук глубоко в её тугие кудри, я стиснул зубы, чтобы сдержаться и не начать грубо входить ей в рот. Удовольствие было слишком острым. Если бы я поддался, то рискнул бы причинить ей боль. А затем она начала вонзать ногти в ложбинки моего рельефа правой рукой, одновременно сжимая мои яйца левой. Как только она поняла, сколько восторга приносят мне оба этих действия, она уже не упускала случая их повторить.

Меня поражало, насколько внимательной Корал всегда была к моим реакциям, вечно ища новые способы порадовать меня, а не просто принимая то, что я предлагал. Та глупая вина снова попыталась поднять голову, но я раздавил её. Это был страннейший парадокс: чтобы сделать её счастливой, мне просто нужно было позволить ей дарить радость мне.

Но все эти благостные мысли вылетели в трубу, когда она заглотила меня глубоко и начала напевать. Эта вибрация заставила бы меня кончить в мгновение ока, что было абсолютно неприемлемо. Моя женщина выкрикнет моё имя еще много раз, прежде чем я позволю себе разрядку.

Не раздумывая, я призвал свой огонь и хлестнул огненным щупальцем, обернув его вокруг её шеи. Оно сжалось достаточно крепко, чтобы она ахнула, остановилась и посмотрела на меня снизу вверх со смесью шока и возмущения. Разумеется, я контролировал жар пламени так, чтобы оно не обжигало, а лишь работало как веревка. Но я намеревался поиграть с этим чуть позже.

Не отрывая взгляда от её глаз, я дернул за огненный поводок, заставляя её подняться на ноги. Яркий свет, озаривший её лицо, говорил о том, что мои глаза сияют, пока я питаюсь её эмоциями. Прежде чем она успела издать хоть малейшее возражение, я смял её губы своими, мой язык ворвался в её рот, как наступающая армия. Она растаяла в моих руках, хотя её ладонь тут же вернулась к моему члену.

Я позволил ей сделать еще пару движений, прежде чем прервать поцелуй и ответить ей той же монетой. Я лизал и покусывал её соски, щипая их именно так, как она любила. Однако, как бы сильно моей женщине ни нравились ласки груди, больше всего она жаждала внимания к своему клитору. И я полностью намеревался удовлетворить этот запрос.

Я с поцелуями спустился к её животу, подразнил её пупок, а затем опустился перед ней на колени, чтобы полюбоваться своей добычей.

— Я еще не закончила доставлять тебе удовольствие, — пробормотала Корал с притворным недовольством, когда я наклонился, чтобы лизнуть её набухшую жемчужину.

Я взглянул на неё без тени раскаяния, пока мои пальцы ласкали её ложбинку, уже блестевшую от возбуждения.

— Продолжишь позже. Сама виновата, что ты такая чертовски вкусная. А я голоден. Мне нужен пир, — заявил я без капли стыда.

Я закинул её левую ногу себе на плечо и зарылся лицом между её бедер. Руки Корал тут же вцепились в мои рога. Я чертовски обожал, когда она так делала. Я лизал и сосал её клитор, её восхитительные стоны наполняли мои уши, а её наслаждение накрывало меня ровным потоком, который я жадно поглощал.

Как кто-то может быть таким невероятно вкусным на ощупь? Как простые эмоции могут насыщать меня сильнее, чем высасывание жизненной силы? И всё же, с каждым интимным моментом вкус моей женщины становился всё более божественным.

Я пожирал её с неукротимым голодом, мои пальцы входили в неё и выходили, пока она не подошла к самому краю. Я резко поднял её правую ногу и положил на второе плечо. Корал ахнула между стонами, её пальцы в панике сжали мои рога. Она вскрикнула, когда я поднялся на ноги, и мой язык заменил пальцы внутри неё, входя и