Близнецы от бывшего мужа. Душа на разрыв - Виктория Вишневская

На последних словах сердце бьется чаще. Муж и жена. Столько воспоминаний вихрем проносится в голове, будоража эмоции. Счастливые дни…

Я бы скучала по ним, но мои мальчики не дают мне это делать. Жизнь с детьми гораздо красочнее, ценнее. И спроси меня, что бы я выбрала — их или вернуться обратно в брак с Демьяном, я бы без колебаний выбрала сыновей.

Они — продолжение меня. Частичка моей души.

— Но как лечащий врач… — продолжаю.

— Бывший, — напоминает мне.

— Пока ещё нет, — хмыкаю. — Только с завтрашнего дня. И нет, после твоей помощи я не передумаю. Не потому, что плохо отношусь к ребёнку, нет. Мне всё равно.

— Из-за меня?

— Из-за тебя.

Откровенный, мать его, разговор.

— Чувства проснулись?

— Нет, ты бросаешься на людей.

Опять тихий смешок, искренняя улыбка и ямочки на щеках.

— Ладно, не ёрничай, — бросает мне, явно забавляясь.

— А ты не меняй тему.

— Хорошо, — вздыхает, откинувшись на спинку кресла. — Один личный вопрос, и мы закрываем эту тему. Хорошо?

Киваю.

— Ты так хотел сына, но… Почему вы так отдалены друг от друга? Почему не живёте вместе?

— С чего ты взяла, что не живём?

— Адреса не совпадают. Да и вы не виделись эти дни. И так понять можно. Так почему? Разве это не то счастье, за которым ты гнался?

— Это другое, Слав, — вдруг мягко отзывается. Тянется ладонью к моей раскрасневшейся щеке, хватает пальцами выбившийся локон и убирает его мне за ухо. Язык немеет, прилипает к нёбу от этого жеста. Что он творит?.. — Наверное, потому что он не твой.

Резко сжимает руку в кулак. Отдёргивает ладонь так быстро, будто обжёгся о меня.

— Что? — выпаливаю.

Тут же вижу, как свет фар освещает Демьяна. Он поворачивает голову вбок, я за ним, всё ещё не зная, что сказать. В нашу сторону направляется мужчина. И судя по махине, которая стоит рядом с моей… это эвакуаторщик!

Демьян первый понимает это, выходя из машины.

— Сиди, разберусь.

Хлопает дверью, оставляя меня одну в салоне. Меня не интересует, почему эвакуатор приехал через полчаса, а не через четыре, как обещал.

В голове набатом всё ещё стучат его слова.

«Потому что он не твой».

И как мне это понимать?..

Глава 23

Демьян

Идиот.

Дебил.

Что я, нахрен, сказал?

Почему не могу следить за языком, когда нахожусь рядом с ней?

Славка для меня — как долбаный криптонит для Супермена. Стоит рядом оказаться — несу всякую чушь. Правдивую, но чушь.

— Быстро вы, — выпаливаю, пытаясь отвлечься на водителя эвакуатора. — Через четыре часа обещали.

— Знаю, — кивнув, лезет к пачке сигарет. Нет, компанию я ему не составлю. А вот жвачку в рот закидываю. — Друг позвонил, а я тут недалеко был. Дай, думаю, спасу даму в беде. Да опоздал, герой уже нашёлся.

Хохочет, а мне не до смеха.

Хочется стереть эту улыбку с лица.

К чему эти приступы ревности, Ярцев?

— Давайте к делу, — недовольно кидаю. — Пойду коробку разблокирую.

И не дожидаясь ответа, направляюсь к машине. Благо она открыта, Славка не поставила на сигнализацию. Да и вряд ли у неё это вышло бы — вся электроника сдохла.

Залезаю в салон и тут же вдыхаю аромат духов Пожарской.

Млять. Почему она так вкусно пахнет?!

Быстро нахожу кнопку, стараясь почти не дышать. Бред какой-то. Так и хочется остаться здесь на весь день, расслабившись на кресле. Но в моих интересах закончить раньше и уехать.

Да и ей.

Меня дома никто не ждёт. А её?

Невольно заглядываю на заднее сиденье. Если у неё дети, и это те близнецы, два кресла должны быть обязательно. Но их нет.

Те дети всё же не её. И от этой мысли испытываю смешанные чувства.

Выхожу из машины и всё же достаю одну сигарету, пока «Тойоту» загружают на эвакуатор.

— А хозяйка у вас в машине? — спрашивает дядька. — Меня сопровождать надо. Вдруг гайцы, документы показать надо, что я не угонщик.

— Следом поедем, — кручу в пальцах фильтр, но не поджигаю. Воля и терпение у меня есть — курить быстро брошу. Единственное, что сейчас меня сдерживает — Пожарская, которая не любит запах курева. А я сейчас вернусь. Она сморщит свой носик, пожалуется на вонь.

Тут я с ней согласен — сам такое раньше не переносил. А тут пыхчу как паровоз.

Кивнув, разбредаемся по машинам. Сажусь в салон, который уже пропитался запахом духов Славы.

— Что там? — подобравшись на кресле, вытягивается и невинно хлопает ресницами.

— Поедем за ним, — завожу мотор и стараюсь не смотреть на неё.

— Интересно, это надолго? Мне домой надо.

Так и хочется спросить — «зачем»?

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Но надо заполнить форму, сдать тачку. Думаю, сегодня ты поедешь домой на такси.

Громко вздыхает на мой предположительный вердикт.

— Поняла.

Нам везёт: дилерский центр находится неподалёку. Всего лишь час в пробках — и мы на месте. Слава заполняет документы, пока я говорю по телефону, решая дела компании. Благо всё разрулилось без меня. Да даже если бы и нет — хрен бы я смог проехать мимо бывшей жены.

— Сказали подождать, — возвращается ко мне Пожарская с поникшей головой, — пока делают диагностику.

— Подождём, — киваю, засунув руки в карманы брюк.

— Нет, ты езжай, — просит меня. — Ты и так со мной возился, хотя и не должен был. Спасибо огромное за помощь, но мне и правда не хочется больше задерживать тебя.

— Пожарская, — говорю строго, смотря на неё сверху вниз. Даже на каблуках такая маленькая, милая. У нас разница всего двадцать сантиметров, но она всегда казалась мне малышкой, которую хотелось оберегать, закрыть собой. — Ты же должна помнить, что я дело не забрасываю. Если начал — доведу до конца. И до дома тебя отвезу. Поэтому иди, усади свою очаровательную задницу на кресло и жди.

На миг её глаза сверкают злобой. Не любит, когда иду против неё. А меня это дико заводит. Выглядит как разъярённая кошка с распушившимся хвостом.

— Если ты делаешь это лишь для того, чтобы я не отказывалась от вас…

— Нет. Это просто по доброте душевной. Считай, не могу бросить жену в беде.

И, забыв уточнить, добавляю:

— Бывшую.

Она хмыкает, скрещивает руки на груди.

— Сам разберёшься, не маленький.

Не дождавшись моего ответа, направляется в зону ожидания. Садится на диванчик, достаёт телефон — кому-то звонит. Я тоже продолжаю разговор с помощником.

Через двадцать минут заканчиваю переговоры, и взгляд останавливается