Невинный союз - Айви Дэвис

Он усмехается, снимая пиджак. — Как пожелаешь. — Вскоре он стоит передо мной в чёрных трусах, не оставляющих простора для воображения. Выпуклость на трусах говорит о его возбуждении.

— Ты действительно находишь меня привлекательной? — спрашиваю я.

Киллиан наклоняется ко мне, его великолепное тело почти касается моего. — Правда, правда. — Он снова крепко целует меня.

Я хватаюсь за его плечи, ища поддержки. Когда Киллиан снимает с меня бюстгальтер, я понимаю, что это конец. Чем больше мы будем заниматься сексом, тем меньше вероятность, что остановимся. Возможно, я буду нервничать, когда все начнется, но я хочу впервые испытать секс, и я знаю, что хочу сделать это с Киллианом.

Он целует меня, спускаясь по груди, и отбрасывает мой бюстгальтер. Я задыхаюсь, когда его губы касаются моего соска. Мои ноги сжимаются, чтобы остудить пламя, но внутри меня уже бушует настоящий ад. Не думаю, что что-либо сможет его остудить.

Киллиан садится, касаясь края моего нижнего белья. — Готова?

— Да, — выдавливаю я из себя.

Он снимает с меня нижнее бельё, и всё. Он видит меня всю. Больше никаких скрытностей. Больше никаких комплексов.

Его пальцы покалывают, когда он касается внешней стороны моих бёдер. — Можно?

— А что, если тебе не понравится, как я там выгляжу?

Он чмокает меня в губы. — Поверь мне. Мне понравится.

Сделав глубокий вдох, я позволила ему раздвинуть мои ноги шире. Киллиан, не отрывая от меня взгляда, скользнул пальцем между моих ног, касаясь того места, где я чувствую себя сильнее всего. Где я вся горю.

Мои бёдра инстинктивно дернулись, когда он нежно погладил меня пальцем. Я уже немного экспериментировала с собственными руками, но это совсем не то. Мои собственные прикосновения были ничтожны. Прикосновение Киллиана ощущалось как всё.

Он гладит меня быстрее, его большой палец теперь касается моего клитора. Всё это время он не отрывает от меня взгляда. Это мощно и всепоглощающе.

— Киллиан, — выдыхаю я, когда его указательный палец касается моего входа.

— Слишком много? — спрашивает он.

— Нет. Просто... — Я даже не могу договорить.

Киллиан улыбается, словно понимает, и гладит меня сильнее.

Словно внутри меня происходит взрыв, напряжение, нарастающее внутри меня, рассеивается, и я свободна.

Я на секунду затаила дыхание от того, насколько это потрясающее чувство. Как только я полностью отпускаю его, сдерживаться уже некуда.

Киллиан продолжает трогать меня, пока я опускаюсь. — Готова к большему?

— Это был оргазм? — Я и раньше пыталась кончить, но всегда получалось так вяло. С Киллианом это было словно взорвавшаяся бомба, в лучшем смысле этого слова.

— Да.

Мой взгляд скользит вниз, к его талии, где его эрекция стала ещё сильнее. — Я готова.

Он скидывает нижнее бельё, и я наконец могу разглядеть его целиком. Стоя передо мной обнаженным, Киллиан ещё красивее.

Он опускается на меня, прижимаясь своей эрекцией к моему входу. Мы так близки, почти как одно целое.

Затем Киллиан толкает бедра вперед и входит в меня.

Я чувствую легкий укол боли, но он исчезает через несколько секунд. Моё тело привыкает к его длине внутри меня, и я инстинктивно обхватываю его талию ногами.

Киллиан прижимает меня к себе, нежно целует и позволяет моему телу привыкнуть к новым ощущениям.

— Ты можешь двигаться, — шепчу я ему в губы, двигая бедрами.

Киллиан тихонько рычит, начиная двигаться. Сначала он медлителен и нежен. Наши взгляды не угасают, пока Киллиан переплетает наши руки. Я никогда не чувствовала себя прекраснее, чем сейчас, судя по тому, как он на меня смотрит.

Мое тело откликается на его ласку естественным образом. Я этого не ожидала. Я отдаюсь Киллиану. Нет смысла сдерживаться. Он знает о моих проблемах. Я знаю о его маме и брате. Между нами больше нет секретов.

Киллиан сжимает мои бедра и ускоряет темп. Наши губы сплетаются в таком страстном поцелуе, что у меня перехватывает дыхание. Наши руки сплетаются.

Это настолько близко к совершенству, насколько я могу себе представить жизнь.

И вскоре все это заканчивается.

Его эрекция задевает сладкое место внутри меня, и тот взрыв, что был раньше, снова накатывает на меня. Киллиан двигается с бешеной скоростью, прежде чем наконец дать волю чувствам.

Я чувствую его освобождение внутри себя и шепчу его имя, а он шепчет мое.

Мы остаемся так надолго, и никто из нас не хочет отпускать.

После вечера с Киллианом я поняла, что не могу вечно оставаться в прошлом. Я стала женщиной. Я вышла замуж. Я больше не живу с мамой.

Все это означает, что мне действительно нужно подумать о том, чтобы помириться с Сесилией.

Я не могу всю оставшуюся жизнь таить в себе злобу по отношению к ней.

Я звоню ей. Киллиан принимает душ, пока я одна в спальне. Сердце колотится, пока я жду, когда она возьмет трубку.

— Миа? — Ее голос кристально чист, когда она отвечает.

— Нам нужно встретиться и поговорить, — выпалила я, прежде чем потеряла самообладание.

— Хорошо. Где и когда?

— Сегодня? В кафе возле дома мамы?

— Я думала теперь, когда ты замужем, тебе захочется провести день с Киллианом.

Да. Конечно, я бы предпочла провести этот день с ним, чем с сестрой, но мне нужно это сделать. Я не могу больше ждать.

— Я просто хочу загладить свою вину, — говорю я.

— Ну, тогда увидимся там.

— Увидимся там. — Я вешаю трубку, прежде чем сказать что-то, о чем могу пожалеть.

Объяснив Киллиану, что встречаюсь с сестрой, я направилась в кафе. Он отнесся ко мне с пониманием, и от этого моё сердце стало ещё теплее.

Я сажусь за столик в переполненном кафе и жду появления Сесилии.

Пока я жду, мои уши улавливают всё больше характерных разговоров вокруг. Я слышу, как одна женщина жалуется мужу по телефону на то, что он никогда не моет посуду. Мама с маленькой дочкой обсуждают, какой чай они хотят.

А группа мужчин, четверо из них, говорят о женщинах.

— Ты её видел? Не могу поверить, что кто-то вообще на ней женится.

Я хмурюсь, слушая их разговор. Как мужчины могут так небрежно и отвратительно говорить о женщинах?

— Я знаю, — говорит другой мужчина. — Киллиан пожалеет о своем решении, поверь мне.

Я ахнула. Они… обо мне говорят?

Я бросаю на них взгляд, и они смотрят прямо на меня. Они все отворачиваются, когда я замечаю, что они смотрят на меня.

— Ага, — говорит один из них, хотя я всё ещё смотрю на него. — Никому не нужны подержанные вещи. После того, что сделала её сестра,