Спасая Грейс - Александра Бэнкс

Нога срывается и я с шумом падаю на задницу прямо в грязную лужу.

— Ах, чёрт!

Я пытаюсь подняться, но ноги разъезжаются. Мак оказывается рядом через секунду, и его глупое, красивое лицо озаряется смехом.

— Ничего смешного, Макинли. Это мои единственные другие джинсы.

Я хватаю его за руку. Он морщится.

Чёрт. Я тут же зажимаю рот ладонью. Боже, только не это. Зачем я это сделала?

— Извини, я так сожале…

Он берёт меня за руку, поддразнивающе, и пытается помочь встать. Но нога на скользкой земле срывается. Он начинает размахивать руками, теряя равновесие, и падает рядом со мной.

Он стонет и остаётся лежать. Влажная грязь просачивается в его волосы. Брызги покрывают рубашку. Я сажусь рядом, ожидая хоть какого-то сигнала, что я не причинила ему ещё большего вреда.

На лице расцветает улыбка, и вот уже его тёмно-синие глаза сузились, устремлённые прямо на меня. Он хватает меня за талию и тянет вниз:

— Ложись рядом, Грейси.

Мы лежим прямо на дороге, глядя в небо, по которому льёт дождь. Прохладная вода пропитывает рубашку, джинсы, нижнее бельё. Перед глазами — небо, дрожащее от падающих капель. Я лежу, заворожённая — и небом, и мужчиной, который лежит рядом в грязи.

— Ты в порядке? — наконец спрашиваю я.

— Лучше не бывает. Я живой.

— Ты давно живой.

Его рука скользит к моей. Я поворачиваю голову, он смотрит на меня.

— Я должен благодарить тебя за это.

Не совсем правда, но я понимаю, что он хочет сказать. Я снова поднимаю взгляд в небо.

— Просто делала свою работу.

— Конечно. — Его голос становится острее. Тысячи крохотных капель продолжают падать. Смотреть на них — почти как медитация. Серые тучи заслонили всё небо, и из них льётся дождь. Это заставляет почувствовать себя крошечной.

Мы лежим под дождём, пока молния не прогоняет нас на крыльцо. Промокшие, покрытые грязью, мы стоим, оба колеблясь.

— Не хочу тащить грязь в дом, — говорю я, глядя на всё ещё закрытую входную дверь.

— Я тоже. — Он тяжело дышит и проводит рукой по мокрым волосам. — Или… я могу всё убрать, если ты хочешь зайти. — Его взгляд опускается к моим губам.

Я не хочу уходить с этого места. Похоже, отчаянное, взвинченное выражение на его лице никак не связано ни с молнией, ни с болью. Я подхожу ближе и поднимаю голову. Он внимательно изучает моё лицо, потом проводит пальцами по концам моих волос у плеча. Я обхватываю его запястье — не хочу, чтобы он отошёл, когда осознает, как близко мы стоим.

— У тебя в волосах грязь, — хрипит он.

— Знаю. Мне нужен душ. И тебе тоже.

Его рука опускается. Он поворачивается, открывает дверь и жестом предлагает войти. Я киваю и прохожу. С каждым шагом к своей комнате я чувствую, как его взгляд жжёт мне спину. Будто что-то изменилось. И мы оба в оцепенении, как олени в свете фар.

Я крадусь в свою комнату, будто это как-то уменьшит количество грязи, которую я принесу с собой. Не утруждаясь закрывать дверь, дохожу до ванной и включаю воду в душе. Стягиваю с себя футболку, она липнет к коже, и звук этого чавканья вызывает у меня смешок. Абсурдно.

Сегодня я чувствую себя живой как никогда. И мне давно не было так весело.

Я расстёгиваю джинсы и начинаю их стягивать. Мокрые. Не поддаются. Чёрт. Натягивая их через трусики, я наваливаюсь на раковину и борюсь с ними. Руки напрягаются до побелевших костяшек, когда я пытаюсь отодрать одну штанину от ноги. Такое ощущение, будто я прилипла к ним, как липучкой.

— Чёрт возьми.

Пробую снова, мышцы напряжены, ладони сводит.

— Ради всего святого... — Я падаю на раковину с глухим стуком.

— Ты там в порядке, Грейс?

Блин. Я прыгаю на одной ноге и вдыхаю через зубы.

— Ага!

Нога срывается, и я врезаюсь в дверь. Та с грохотом ударяется о стену.

Святые небеса.

По комнате раздаются шаги. Прежде чем я успеваю прикрыть дверь или схватить полотенце, в проёме появляется Мак. Я судорожно стискиваю пояс джинсов.

— Они застряли.

И только тут до меня доходит, что я без футболки. На мне только чёрный кружевной бюстгальтер, сквозь который отчётливо видны затвердевшие соски. Я не уверена, от холода это… или от его взгляда. Он отступает на шаг, поднимая глаза к моему лицу.

— Прости, я...

К чёрту всё.

Оставив всякие сомнения на полу, я сокращаю расстояние между нами и обхватываю его лицо ладонями. Тяну его губы к своим. Он замирает и я понимаю, что совершила ошибку.

Я резко отстраняюсь и он чуть не теряет равновесие.

— Мне не стоило...

На его лице сначала растерянность, а в следующую секунду — отчаянное желание. Он ищет мой взгляд, брови сведены, губы приоткрыты. Ещё секунда и его руки в моих волосах, рот на моём. Он прижимается ко мне всем телом, жадно, но нежно целуя. Я сжимаю в пальцах его мокрую рубашку, и он тянется языком — просит впустить.

Я открываюсь.

Он подхватывает меня за бёдра, его руки напрягаются, когда мои ноги отрываются от пола. Но силы подводят и я с глухим звуком опускаюсь обратно. Он отрывает губы, цепляясь за дверной косяк, чтобы устоять. Вместо желания на его лице — отчаяние.

— Что случилось? — спрашиваю я, сбивчиво дыша.

— Не могу. — Он поворачивается и хромает к выходу.

Я хватаю его за запястье, останавливая.

— Сможешь. Ладно?

Он оборачивается. Сердце у него на лице. Та боль, которая гложет его, заставляя чувствовать себя никем.

Я говорю.

— Поможешь девушке снять джинсы?

Он опускает голову, и я уже уверена, что он откажется. Но он приближается и, встав на колени, начинает стягивать ткань. Я покачиваю бёдрами, и под его уверенным хватом джинсы сползают к ногам. Я не могу сдержаться и запускаю пальцы в его волосы.

Он поднимает глаза — тёмно-синие, ищущие.

— Всё будет хорошо, Мак. Ты вернёшь всё, что потерял. Я никуда не уйду, пока ты не вернёшь.

Мягкость исчезает. Он резко поднимается. Я даже не успеваю вдохнуть — как он уже выходит за дверь.

Через пару секунд в доме с грохотом захлопывается дверь.

Глава 12

Мак

Из всех последствий травмы больше всего ранит то, что я не могу обнять Грейс.

Мак — 0

Взрыв — 1

Я могу перечислить кучу всего, что потерял — что-то временно, что-то навсегда. Но никогда бы не подумал,