Я тебя не любил... - Даша Коэн

добираясь до крохотного, истощенного тельца, которое содрогалась в рвотных спазмах. На вид — месяца четыре, не больше. Сибирский клубок пуха с усами.

Видимо, от мамки отбился и попал в переплет.

— Рассказывайте, — скомандовала я, когда в кабинете появилась та самая девушка.

— Да блин, еду я себе, никого не трогаю. музыку слушаю. Ночь, Питер, красота. Но, кажется, словно бы писк какой-то слышно. Выкручу радио — тихо, врублю снова — и будто бы опять кто-то жалобно плачет. А потом поняла, что не кажется мне.

Открыла капот, а там вот это чудо сидит. Видимо, забрался в поисках тепла, но едва не задохнулся!

— Понятно, — быстро принялась я за неотложную помощь.

Поставила маску с кислородом. Взяла необходимые анализы.

— Он будет жить? — заломила руки девушка.

— Будет, — кивнула я, скупо улыбаясь. — Явных переломов, вывихов и сильных ожогов я не наблюдаю. Но, в любом случае, сейчас сделаем биохимию, затем рентген и электрокардиограмму, На остаток ночи подключим инфузионную терапию.

К утру уже можно будет делать прогноз, как скоро мурлыка вернется в строй и начнет снова гонять голубей.

— Я все оплачу.

— Разумеется, — кивнула я.

— Он бездомный, да?

— Не волнуйтесь. Мы обязательно его проглистогоним и обработаем от паразитов.

— Я не поэтому спросила, — нервно дернула плечом девушка. — Я забрать его себе хочу. Он же ко мне прибился, а значит, я теперь за него в ответе.

— Как скажете, — улыбнулась я и снова погрузилась в работу, четко и слаженно делая то, что было необходимо.

На все про все у меня ушло чуть больше часа. А когда животное отошло от края неминуемой смерти и теперь мирно спало в специальном боксе, получая терапию, я наконец-то сняла перчатки. И с удивлением обнаружила, что та самая автолюбительница нервно вышагивала по холлу, хмуро поглядывая на администратора.

Я же поспешила заверить ее, что волноваться более нет причин.

— Поезжайте домой. Утром мы сообщим вам, как обстоят дела.

Девушка кивнула. Оплатила лечение. А затем подошла ко мне и порывисто меня обняла, благодарно выпаливая:

— Спасибо вам!

— Да не за что, — пожала я плечами, — это ведь моя работа.

И только распрощавшись с посетительницей, я наконец-то вернулась в свой кабинет, переоделась и направилась домой. Простилась до утра с дежурным персоналом, да вышла на крыльцо клиники, полными легкими вдыхая морозный воздух. Но тут же ежась под колкой атакой мелкой снежной крупы.

Торопливо припустила в сторону своей машины. А там уж домой.

Но, какого же было мое удивление, когда на подземной парковке я почти нос к носу столкнулась с той самой девушкой, с которой совсем недавно распрощалась в своей клинике.

Зашли синхронно в лифт. Кивнули друг другу.

— Я Вита, — протянули мне руку, а я улыбнулась, почему-то так и думая, что у подобных роскошных персон и имена соответствующие.

На обычную Маньку или Аньку она точно не тянет.

— Анна, — приняла я рукопожатие.

Остаток пути до моего этажа поднимались молча. Затем я лишь кивнула и вышла, поражаясь подобному стечению обстоятельств, но тут же выбрасывая его за скобки своего внимания.

Через несколько дней котенок окончательно поправился. Начал принимать пищу и громко кричать, требуя ласки. Вита все-таки его забрала, объявляя, что отныне это теперь не обычный дворовый кот, а домашний мурлыка по кличке Щербет.

И все бы так и завершилось, если бы уже через пару дней после выписки незадачливого пациента, любящего погреться под капотом, в моей квартире не раздалась трель дверного звонка.

Вечер субботы. На часах почти девять. И я никого не жду.

Но все же открыла, а там и замерла ошарашенно. Потому что на пороге стояла та самая Вита. И не одна, а с двумя коробками пиццы и бутылкой вина. Глянула на меня, улыбнулась и без приветствия спросила:

— Напьемся?

Глава 12 — Синявки

Аня

Какова была моя первая реакция?

Испуг. И протест.

Человек ко мне сунулся, хочет от меня общения. А зачем? Каким местом я ему приглянулась? Пусть лучше идет себе, куда шел, а меня оставит в покое. Я и люди — вещи, вообще, не монтируемые вместе. И это уже давно доказанный факт.

Мой первый парень, Толя Меркулов, прицепился ко мне, как энцефалитный клещ лишь только потому, что я ему показалась самой легкой добычей. Он не видел ничего во мне, кроме того места, до которого хотел поскорее добраться и наконец-то им попользоваться. Ему были совершенно неинтересны, ни мой внутренний мир, ни мои увлечения, ни тем более я сама.

Моя лучшая и единственная подруга, Инга Зуева, паразитировала на мне точно так же. Потому что я одна согласилась терпеть ее завистливую, тлетворную компанию.

Она же отблагодарила меня за все тем, что раздвинула ноги перед моим будущим мужем.

А этот самый муж, Игнат Лисс, хоть и не объелся груш, что меня очень печалило, но все же оставил в моей душе самые глубокие раны, посыпал их солью и ушился дальше искать ту идеальную женщину, у которой будет большой рабочий рот и маленький нерабочий мозг.

Что ж…

Очередного «близкого» человека в своей жизни я определенно не вывезла бы.

Поэтому я лишь натянуто улыбнулась девушке и, уже закрывая дверь, поставила ее на место:

— Не сегодня, Вита. Очень устала.

Но эта странная особа тоже не планировала так просто сдаваться, а потому совершенно наглым образом притормозила меня и четко дала понять, что она уже пришла и не собирается никуда уходить.

— Я тоже, ты не поверишь, — потеснила она меня от двери, перешагивая все-таки порог и вручая мне ароматные коробки, набитые пиццей, и бутылку. — А все почему?

Я склонила голову набок, изображая вопросительное выражение лица.

— А все потому, что у меня руки растут из задницы!

— Да, вроде бы, нет — оглядела я у нее то место, где верхние конечности крепились к туловищу, а затем ставилась в улыбающиеся глаза нежданной гостье и не сдержалась.

Губы сами собой растянулись, а спустя пару мгновений мы обе уже хихикали, как две глупые школьницы.

— Покажешь хоромы? — указала мне в сторону гостиной Вита, а я все же после секундного колебания кивнула ей.

— Особо показывать нечего. Квартира у меня небольшая. Вот тут зал с кухней, там спальня. Есть еще балкон и два санузла.

— А у меня двухуровневая, — поиграла бровями Вита, — почти двести квадратов.

Мяу!

— Банк ограбила? — фыркнула я.

— Бывшего мужа развела, — рассмеялась девушка, хлопая в ладоши, а я вдруг резко ее зауважала.

Нимб над головой Виты не засиял лишь по одной