(не) прощу тебя, предатель - Ари Дале

— Как ты тут оказалась? — жесткий голос мужа врывается в мои мысли.

Саша одним резким движением снимает руки матери со своей шеи, делает шаг назад. Я не вижу его лица, но практически уверена, что в глазах мужа пляшет ледяное пламя. Из-за него даже у меня в кровь стынет в жилах.

— Ой, как хорошо, что ты в порядке, — Лидия Степановна поднимает руку, хочет дотронуться до щеки сына, но тот отшатывается.

Пальцы женщины так и остаются висеть в воздухе, но ненадолго. Она быстро сжимает их в кулак, после чего до меня доносится тяжелый вздох.

— Я задал вопрос, — чеканит Саша.

— Да я заехала в офис, хотела повидаться, но тебя там не оказалось, — лепечет женщина. — По дороге встретила Анечку, вот она мне и рассказала, что ты в больнице. Я сразу же сюда примчалась.

Анечку? Какое знакомое имя. Хмурюсь, вспоминая, где я его слышала. Секунда, две… и осознание бьет меня по голове сильнее недоверия мужа.

Саша познакомил маму со своей любовницей? Серьезно?

Я встретилась с Лидией Степановной только на свадьбе. Да и за годы брака мы с ней виделись всего пару раз. Саша говорил, что у них с матерью не самые лучшие отношения. Держал меня от нее подальше. А когда я спрашивала, что между ними произошло, просто отвечал: “У меня на это есть причины”. Сколько бы я ни старалась, у меня не получалось вывести Сашу на разговор. Эта тема оставалась под запретом. Саша жестко пресекал каждую мою попытку пооткровенничать. В итоге, мне пришлось сдаться, чтобы “не разрушить” нашу семью.

Но “Анечка”, видимо, для него важнее, раз они с Лидией Степановной в хороших отношениях. Причем настолько, что любовница рассказала матери мужа, что тот в больнице.

Стоп. А откуда она знает, где Саша находится? И в какой именно больнице?

— Я в порядке. Уходи, — со сталью в голосе заявляет муж.

— А что ты тут тогда делаешь, если в порядке? — любопытство наполняет каждое слово свекрови. — Подожди, это же гинекологическое отделение, — с придыханием произносит. — Диана?

Не проходит и мгновения, как метеор в красном юркает между плечом мужа и дверным косяком. Стук каблуков отдается стрелами боли в голове. Но я не отвожу взгляда от блондинки, с затянутыми в пучок волосами, красными губами и удивительно гладким лицом, по которому совсем не определить возраст. Она во мгновение ока оказывается рядом со мной, садится близко-близко. Скользит взглядом по лицу, заглядывает мне в глаза и вздыхает.

— Девочка моя, что с тобой? — она гладит меня по голове. — Господи, ты такая бледная, — кладет ладонь на мою щеку. Хочу отшатнуться, как недавно сделал Саша, но не могу пошевелиться. — Что случилось-то? — проходится кончиками пальцев по скуле. Где-то на краю сознания до меня доносятся тяжелые шаги, но я на них не обращаю внимания, потому что не могу отвести взгляда от глаз свекрови… Мне кажется, или там плещется удовлетворение? Хотя на лице отражается вселенская печаль. — Я же говорила тебе, что ты какая-то бледненькая. Нужно поберечь себя, а еще лучше проверится. Ты не послушалась, и вот результат, — тяжело вздыхает.

Все внутри переворачивается. Не было такого…

— Так вы общаетесь?! — рык мужа заставляет меня вздрогнуть. Перевожу взгляд на Сашу, стоящего за спиной матери. Холодок пробегает по коже, когда я вижу его заостренные черты лица и суженные глаза. — Вы вместе все провернули, да? — жестко усмехается.

Глава 28

Я теряю дар речи, а Саша, видимо, собирается высказаться по полной, учитывая яростный блеск, который отражается в его глазах.

— Я, дурак, повелся! — смотрит на меня с презрением. Но не проходит и мгновения, как муж переводит жесткий взгляд на свою мать. — Ты же все заранее продумала, да? — рычит так, что даже у меня холодок бежит по позвоночнику.

Лидия Степановна, которая все еще держит ладонь у меня на щеке, застывает. Кажется, перестает дышать. Но стоит мне встретиться с ней глазами, замечаю в них то, что выбило бы у меня почвы под ногами, если бы я стояла. Взгляд свекрови из шокированного превращаются в растерянный, а потом в нем мелькает что-то нечитаемое, отдаленно напоминающее… удовлетворение.

— Что ты такое говоришь? — в следующее мгновение глаза Лидии Степановны резко наполняют слезы.

У меня же брови ползут на лоб от такой резкой перемены. Всего секунду женщина была вполне собранной, а сейчас готова разрыдаться навзрыд — у нее даже нижняя губа подрагивает.

Вот только я быстро забываю о переменах в настроении свекрови, потому что Лидия Степановна, вместо того, чтобы подняться на ноги и разобраться со своим сыном, где-нибудь подальше от моей палаты, снова касается моих волос — на этот раз заправляет их мне за ухо. Теряю дыхание от настолько “интимного” жеста. Не сомневаюсь, он должен показать Саше, настолько мы с его матерью близки. Но, на самом деле, это не так.

Мы с Лидией Степановной встретились случайно чуть больше полугода назад. Я как раз делала дизайн-проект загородного дома для фирмы Лены. И по счастливой или нет случайности, заказчица оказалась подругой моей свекрови. Они вдвоем прибыли на утверждение проекта, после чего Лидия Степановна пригласила меня поужинать. Отказать было бы некультурно. Тем более, я не видела ничего такого в том, чтобы поесть со свекровью хотя бы раз. Мы весь вечер говорили о Саше, его детстве, нашей семье. Жаль только, что на мой главный вопрос: «Почему у них с сыном настолько натянутые отношения, женщина так и не ответила». После этого мы виделись всего пару раз, и то, по инициативе Лидии Степановны. Я хотела рассказать мужу о наших встречах, но стоило мне заговорить о его матери, Саша тут же отмахивался. Поэтому я не прекратила попытки. Встречи со свекровью тоже свела к минимуму, что считаю подвиг, ведь Лидия Степановна в последний месяц звонила мне часто… очень часто.

— Ты думал, мы с Дианочкой не сможем найти общий язык? — произносит Лидия Степановна елейным голоском, подтверждая мои подозрения по поводу того, что она хочет показать Саше то, чего не было.

Вот только я не собираюсь потыкать никому. Ни свекрови. Ни мужу.

Мне надоели их разборки. Надоело все!

Единственное, чего я хочу — отдохнуть и… выздороветь.

— Уходите, — убираю ладонь Лидии Степановны от своего лица.

— Что? — глаза свекрови округляются.

— Уходите, — повторяю твердо. — Оба! — бросаю прищуренный взгляд на мужа. — И не возвращайтесь.

Саша пару секунд стоит неподвижно, после чего хмыкает.

— Ну уж нет, — уголок его губ