Рубиновое сердце для светлого принца драконов - Ирина Эльба

— Иди в Морэон! — выругалась я и решила игнорировать эссу.

— Ладно, сама подберу нам обновки. Все равно у меня вкус лучше!

Я проигнорировала это высказывания, прокручивая в голове состав средства от выпадения волос. А затем для укрепления костей. И от ревматизма.

— Ну и пожалуйста , — фыркнула сущность. — Ну и не очень-то хотелось общаться!

Она обиженно затихла, а я вернулась в реальный мир. Туда, где нас встречали многочисленные любопытные взгляды. Всем было интересно, как мы перенесли нападение на барьер. А после — как выжили в мертвой деревне.

В основном любопытствовали парни. Им было крайне важно знать, как девчонки отреагировали на появление мертвяков и потенциальную угрозу жизни. Не праздное любопытство, к слову. Именно здесь, в стенах академии, зарождались будущие ячейки общества. Боевики присматривали себе невест с разных факультетов, выбирая не столько по родословной и состоянию, сколько по наличию магии. Сильная супруга была гарантом появления одаренных детей, что в древних родах считалось высшим благословением.

Обычные маги смотрели на женитьбу более практично, отдавая предпочтение девушкам с крепкой нервной системой. Многие брали жен на границу, вместе с ними отрабатывая заключенный с академией контракт. Контракт, кстати, заключали лишь с мужчинами и студентками с боевого факультета. Остальные после окончания учебы были вольны выбирать свой жизненный путь, будь то замужество или работа.

Я очень рассчитывала на работу. Хотелось осесть в каком-нибудь южном городе, недалеко от моря. Гулять по берегу, собирая ракушки. Есть сладкие фрукты и свежую рыбу. Вдыхать соленый воздух и наслаждаться покоем.

В отличие от старших братьев, я никогда не грезила войной. Не мечтала о подвигах, что увековечат меня в истории. Я была тихоней, что целыми днями просиживала в библиотеке. Листала справочники. Рассматривала живые картинки с разными растениями.

И никто не мог предположить, что во время нападения драконов на наш дом, сбежать сумею только я. Сумею выжить. Добраться до академии. Скрыть свое существование от всех.

Кроме пирожочка, что сейчас угрожал раскрытию моей тайны.

42

— Да не угрожает он! — вспылила эсса, зло пыхтя. — Сколько раз мне еще повторить об этом? Магистр один из немногих, кто действительно способен тебе помочь!

— Почему?

— Потому что не так прост, как кажется. И тоже скрывает свою личность.

— А вот с этого места поподробнее!

— Это его тайна, Элька. Захочет — расскажет. Вернее, он-то хочет, но ты сопротивляешься.

— Вряд ли магистр Дан сможет защитить меня от драконов, если те прознают, где скрывается наследница рода.

— Ты удивишься, — фыркнула сущность. — Я не просто так прошу согласиться. Это в наших с тобой интересах. Во многих смыслах.

— Эсса, мне не нравятся секреты между нами. Если ты что-то знаешь…

— То все равно не расскажу, пока не придет время. Мы с тобой уже давно вместе. Я знаю твои мысли, порывы и тайные желания. И именно поэтому предпочитаю умалчивать о некоторых вещах, к которым ты просто не готова.

— Даже если незнание может поставить под угрозу мою жизнь?

— Безопасность твоей жизни обеспечиваю я, так что не пытайся давить на совесть. Тем более у меня ее все равно нет.

— Оно и заметно, — пробурчала недовольно.

— В общем, я настаиваю, чтобы ты согласилась на предложение пирожочка. Это выгодно. Это интересно. И действительно нужно.

— Ты ведь знаешь, как сейчас раздражаешь?

— Более того — чувствую. Но что поделать, если в некоторых вопросах ты крайне упряма и можешь наделать глупостей? А так будет подстраховка в лице шикарного мужчины.

— А вот теперь ты меня пугаешь.

— Не переживай, все будет хорошо. Я ведь с тобой!

— От этого еще страшнее!

Но зерно сомнения уже было посеяно в благодатную почву. Если магистр действительно сможет защитить меня от драконов, то это решало одну из основных проблем — активацию Рубинового сердца.

Один из живых артефактов, созданных много столетий назад. Главная драгоценность моего народа, хранящая память предков, частичку их силы и пламя. Пламя что могло не просто уничтожать восставших, а разрывать их связь с создателем и освобождать души.

Этот артефакт всегда хранился у стража Рубинового сердца — сильнейшего мага, наделенного особыми талантами. Первым стражем был Дагон Черная Кровь. Один из правящих близнецов. Сильнейший маг своего времени. Он дал начало нашему роду, передавая из поколения в поколение не только артефакт, но и силу.

Предыдущим стражем был мой отец, а следующим должен был стать брат, но… Осталась только я. И чудом уцелевший артефакт, что сам появился в моих руках. Сильно сомневаюсь, что он почувствовал сильнейшего мага рода. Скорее — последнего. Или курьера, что должен был передать Сердце более достойному магу.

В любом случае, я была уверена, за ним охотятся. И стоит мне активировать артефакт, чтобы передать новому Стражу, как явятся драконы. А хранить Сердце вечно я не имела морального права. Оно должно было служить на благо невинных и защищать их от зла. Этого хотело само Сердце, и я не могла ему отказать.

43

— Эсса, если вдруг магистр нас предаст…

— Не предаст!

— Если вдруг, — повторила с нажимом, — у тебя есть план побега?

— Оглушим пирожочка, свяжем и возьмем с собой. Влезем в плетение артефакта иллюзий. Сменим личину. Свалим в ближайший город, а оттуда — в любое княжество .

— И зачем нам твой «пирожочек», если он нас предаст?

— Нельзя разбрасываться едой! — наставительно произнесла сущность. — Но Элька, серьезно, не переживай об этом. Он не предаст.

— Меня пугает твоя уверенность и одержимость этим мужчиной.

— Подожди немного. Сейчас он возьмётся за соблазнение, и будешь такой же!

— Пусть пробует, сколько хочет. Меня с ним связывает лишь пропитание и обещание защиты. Все остальное — не интересует.

— Верь в это , — фыркнула сущность.

Переубеждать эссу — занятие бесполезное и крайне неблагодарное. Ну верит она в таланты своего пирожочка, пусть верит. Я себя знаю лучше и не собираюсь становиться жертвой чужого обаяния. И смешивать работу с личным — тоже!

Родное общежитие встретило девичьим щебетанием и скользящими под потолком домовыми духами. Словно и не было этой практики.