У тебя только девять жизней - Элизабет Прайс

Исида колебалась секунду, прежде чем взмахнула ресницами и издала писклявый высокий голос.

— Я хотела сделать мир лучше.

Его губы дёрнулись.

— Я спросил, почему ты выбрала свою нынешнюю карьеру, а не жюри выступления на «Мисс мира».

«Хм-м».

— Хорошо, Раффи, давай послушаем, почему ты стал копом.

Было ли неправильно, что она почувствовала веселье, когда он поморщился от имени Раффи? Может быть, то крушение поезда женщины Джорджии было больным местом. Хм-м-м, может, он переспал с ней, а она вела себя очень навязчиво. Её тигрица яростно зарычала. Нет, ей совсем не нравилась эта мысль.

— Семейная традиция, — торжественно ответил Раф. — Мой отец был копом, но он больше не работает… не после того, что случилось.

Лицо Рафаэля напряглось, и он взял газировку.

«О нет».

— Что случилось?

— Он ушёл на пенсию, — серьёзно сказал он ей.

— Идиот.

Раф задрожал от смеха.

— Он проводит большую часть своих дней, играя в гольф и вмешиваясь в то, как моя сестра воспитывает своих детей. Не думаю, что когда-либо хотел быть кем-то ещё — не то, чтобы у меня был выбор. Мой отец был полицейским, его отец был полицейским, отец его отца был полицейским и...

Исида снисходительно махнула рукой.

— Его отец изобрел копов. Я поняла.

— А ты?

— Ну, это удерживает меня от улиц.

— Серьёзно?

Раф по-прежнему был дружелюбен, но глаза его немного ожесточились. Он не просто был вежливым, ему было интересно — в самом деле!

— На самом деле, я стараюсь не говорить об этом, — пробормотала она, желая сменить тему.

Это не было тем, о чём она говорила с друзьями, не говоря уже о полицейских, которых она только что встретила и думала о том, чтобы их восхитить.

А тут Раф выпалил нечто совершенно неожиданное.

— Боишься подпустить кого-нибудь достаточно близко пологая, что, если они узнают, что ты не такая крутая, как притворяешься?

Исида чуть не подавилась куриным наггетсом.

— Бля! Похоже на книжку самопомощи для глупых женщин.

Не то, чтобы она хоть раз читала их, но её мама читала. Да, посмотрите, как это сработало.

Раф покачал головой и усмехнулся, заметив, что в клинику вошла ещё одна пара. Исида сообщила ему, что они оба похожи на зебр-перевёртышей, и он поблагодарил её.

— Я не удивлен, — проговорил он, возвращаясь к беседе, а именно к той чуши, которую только что извергнул. — Моя бывшая девушка писала их. Что ж, она всё ещё пишет их, но, к счастью, её больше нет рядом, чтобы опробовать свой материал на мне.

— Похоже на еле спасшегося.

Да, ему не нужны были такие женщины, ему нужны были сильные, резкие и кокетливые леди, которые время от времени превращались в тигриц. Мисс Китти согласилась. «Это был совершенно тот тип женщины, в которой он нуждался».

— О, так и было. Некоторое время мне грозила серьёзная опасность отрастить там влагалище.

— Что за чу-у-удесный образ! — застонала Исида и игриво хлопнула Рафаэля по руке, лишь слегка задерживаясь на его тёплой коже, так что это не показалось странным.

Ей придётся найти другой повод, чтобы потом дать ему пощёчину.

— Ну и?

Его глаза выжидающе метнулись к ней, лишь на мгновение оторвав их от входа в клинику, но достаточно, чтобы дать ей понять, что он ожидал, что она чем-то поделится взамен.

Что-то внутри неё оборвалось. Была ли это потребность поделиться с ним, желание ничего не скрывать от него или просто её разочарование из-за того, что ей приходилось сдерживать это, регулярно общаясь с мамой, она не знала. «Но когда шлюзы открываются…»

— Ух, хорошо, я присоединился к АСР после того, как моя мама была убита. Агент, который вёл её дело, предложил это, и он был в некотором роде моим наставником. Сейчас он на пенсии, живёт во Флориде и арендует гидроциклы. Он перевёртыш ламантин. Счастлив? Это сейчас совершенно неудобно!

Исида вздрогнула, когда пальцы Рафа коснулись её щеки. Её тигрица захныкала, и она позволила себе утешить себя этим незнакомцем. Лёгкое прикосновение его пальцев послало через неё импульсы приятного электричества. Это не было сексуальным, хотя она не могла не испытывать к нему непрерывного возбуждения, но это успокаивало. Помогая ей облегчить боль. И он не был чужим, он был её парой, поправил внутренний зверь.

— Мне жаль твою маму.

— Она с ума сходила по котам-перевёртышам. Однажды она встретила мужчину, который относился к ней слишком собственнически, и когда она попыталась уйти от него, он убил её.

Когда Исида это сказала, это звучало так просто, так окончательно. Вероятно, ей пока не стоит упоминать о призраке своей мамы — об этом она даже не сообщила в АСР. А обо всех появлениях призраков должно было быть сообщено.

Он опустил пальцы, и Исида заёрзала на своём сиденье.

— Это странно, теперь, когда мы поделились интимными подробностями о себе.

— Я думал, ты откровенна во всём.

— О чепухе, конечно.

«То, что не имело значения». То, что имело значение, принадлежало ей и только ей одной. Мисс Китти зарычала. Хорошо, это принадлежало им и только им.

— Итак, тебе нравится шокировать людей, открыто рассказывая о некоторых вещах, скрывая при этом самые личные детали, — размышлял Раф.

Исида нахмурилась.

— Хорошо, дай мне адрес твоей бывшей, я дам ей по лицу.

Раф громко рассмеялся, дрожа плечами.

— Я бы не стал беспокоиться, она просто объяснила бы это какой-то фальшивой болтовней о том, что ты не получала достаточно объятий, когда была моложе.

— Пф-ф! Моя мама чуть не заобнимала меня до смерти, когда я была маленькой. Обнимала меня каждый день, даже когда я умоляла её не делать этого. Такой уж она была.

— Похоже, она милая женщина, — тихо сказал Раф.

— Да, она была такой.

Несмотря на её раздражающие склонности, Исида могла видеть, что она была супер-леди — всё ещё была в форме призрака. Хотя Исида переживала за неё, она была единственной, кому было позволено.

— На самом деле она была человеком, ну, экстрасенсом. А как насчёт твоей мамы?

— Также человек.

— Я поняла это. Она тоже коп?

— Нет, мой отец хотел, чтобы она была домохозяйкой, поэтому она и стала ей.

Мускулы на челюсти Рафаэля слегка задёргались.

— Похоже, тебе это не слишком нравится.

— Это не моё дело, но она училась в колледже и хотела быть учителем, но мой отец хотел, чтобы она оставалась дома и поддерживала его карьеру.

— Отстой.

Мисс Китти громко согласилась. Хотя она не возражала против небольшого игривого доминирования в спальне — да, она могла быть извращённой