У тебя только девять жизней - Элизабет Прайс

Раф пожал плечами и натянуто улыбнулся.

— Что есть, то есть.

— Ух, эта толстая беременная пингвиниха, и её уродливое детище выходят из клиники.

Это было бессмысленно, всё, что они видели, — это люди, скачущие из здания и входящие в него. Это все словно кричало: чёрт возьми!

— Как, чёрт возьми, давно мы этим занимаемся? — раздраженно спросила Исида. — Два часа? Три?

Он посмотрел на свои часы.

— Девятнадцать минут, — отвтеил Раф ей бесстрастно. — Ты не занимаешься наблюдением, не так ли?

— Мой Директор сказал, что я не создана для этого.

«Что бы это ни значило, чёрт возьми!»

Раф потёр лицо рукой и сердито вздохнул.

— Хорошо, как насчёт того, чтобы попробовать другой подход.

Глава 9

— Ну, разве вы не самая симпатичная пара?

— Мы такие! — оскалилась Исида.

Её щёки болели от такой широкой улыбки, но она была полна решимости выглядеть солнечной молодой женщиной, влюблённой в кусок, за который она цеплялась. Вместо язвительной юной тигрицы, которая была в глубокой похоти к твёрдому телу, прижимавшемуся к ней.

— Я Рафаэль, а это моя жена Исси, — представил Раф.

Он взглянул на бейджик с именем.

— Приятно познакомиться, Бекки.

Да, они собирались притвориться молодой супружеской парой, отчаянно пытающейся завести ребенка. Исида попыталась не выглядеть слишком радостной, когда Раф предложил это. Притворяться замужней? Ладно, было немного грустно, что она так обрадовалась, но в этом не было ничего плохого, просто было множество предлогов, чтобы стиснуть его в объятиях. «О, от него пахло божественно».

— Нам не назначено, — сказала Исида, мило надувшись.

Мисс Китти чуть не подавилась её умилительностью.

— Но мы слышали, что вы, ребята, лучшие, и мы пытаемся завести ребёнка.

Бекки, хорёк-перевёртыш, лучезарно улыбнулась им.

— Я уверена, что мы сможем втиснуть вас, двух неразлучников.

Исида глубже прижалась к груди Рафа, и его рука крепче обняла её. Это. Было. Потрясающие.

Бекки передала им пару папок с анкетами.

— Если можете заполнить их, я посмотрю, что могу сделать.

— Спасибо, Бекки, — пробормотал Раф своим великолепным бархатным голосом, беря обе папки.

Исида и её тигрица подавили желание зарычать на хорька, когда крохотная крошечная полоска возбуждения примешалась к её естественному запаху. «Грёбаный хорёк».

— Я не хочу быть напористой, — начала Исида плаксивым голосом, накручивая прядь волос вокруг пальца. — Но я слышала, что Аманда — лучшее, что у вас есть. Мы были бы очень счастливы, если бы могли её увидеть.

Бекки закусила губу.

— У Аманды довольно солидные заказы, и все наши консультанты в равной степени…

— Пожалуйста, Бекки, — сказал Раф, нахмурив брови несчастным щенячьим видом.

Хорёк-перевёртыш растаяла.

— Я посмотрю, что могу сделать.

Они поблагодарили и пошли в зону ожидания, чтобы заполнить анкеты. Они были единственными там людьми. Предположительно все люди, которых они видели во время своего девятнадцатиминутного наблюдения, находились в комнатах для встреч.

— Видишь, разве это не лучше, чем слежка? — самодовольно прошептала она Рафу.

Он приподнял бровь.

— Как только они поймут, что мы полицейские, нам уже будет не до шуток, или того хуже. Этот парень Бонго уже неоднократно арестовывался за нападения, за исключением того, что ни одно из дел не было передано в суд, потому что его жертвы таинственным образом снимали обвинения в последнюю минуту. Судя по сведениям, он не особо снисходительный знахарь.

— Риск того стоит.

Она просмотрела вопросы.

— Что мы ставим для предлагаемого вида малыша?

— Полагаю тигр-перевёртыш. Что случилось с простым желанием иметь здорового ребёнка? Один из вопросов здесь касается размера полового члена ребёнка мужского пола, когда он полностью вырастет!

Исида покачала головой в ответ на возмущение Рафа. Не то чтобы она думала, что он был неправ.

— На самом деле убирают загадку из жизни, верно? Мы, вероятно, должны сказать, что хотим, чтобы он был такого же размера, как у отца, так каким он будет?

Конечно, Исида только интересовалась из-за дела. Не то чтобы она была какой-то извращенкой, пытавшейся придумать, как именно Раф будет выглядеть обнажённым, чтобы добавить подлинности её сексуальным мечтам. Нет, определённо нет.

Раф поджал губы, сдерживая хихиканье.

— Скажем так, мы хотим девочку. Допустим, мы хотим, чтобы она была ростом пять футов десять дюймов, с рыжими волосами, а, поскольку они задают нам отвратительный вопрос, с пышной фигурой. Действительно беспокоит то, что людям разрешено выбирать тип телосложения своего ребёнка. Я заметил, что здесь нет никаких вопросов по поводу интеллекта.

— Но тогда зачем тебе это, если ты можешь указать, что хочешь у дочери огромную грудь?

— Большая грудь переоценена.

Несмотря на это, щёки Исиды залились румянцем, и мисс Китти заурчала от удовольствия. К счастью, прежде чем она поддалась желанию задать ему отвратительно глупый вопрос о том, какую женщину он ищет, Бекки подскочила к ним.

— Как у нас дела?

— Великолепно! — просиял Раф.

— Супер! — воскликнула Исида.

«Ух, она заболеет диабетом из-за собственной сладости».

— Вам повезло, — взволнованно завизжала Бекки. — Аманда может принять вас на консультацию.

Исида прижала руку Рафа к своей груди.

— Это прекрасные новости, не правда ли, дорогой?

Раф застонал в ответ. «Определённо, большая грудь переоценена».

Бекки взяла их заполненные анкеты.

— Следуйте за мной.

Хорёк-перевёртыш провела их по коридорам. Каждый из них с энтузиазмом рассматривал каждую деталь, какую только мог. Исида взглянула на одну из них и увидела в конце большую стальную дверь. Это выглядело зловеще волнующим. Она указала на неё головой, и Раф кивнул ей в ответ.

— Мы пришли.

Бекки ввела их в большую комнату, стены были покрыты крупными завитками, а на полу преобладали три кресла-подушки, расположенные вокруг небольшого котла на бамбуковой циновке.

— Устраивайтесь поудобнее.

Исида посмотрела на кресла-подушки. «Вряд ли такое возможно на них».

— Могу я угостить кого-нибудь из вас выпивкой?

И Раф, и Исида отказались, и Бекки вышла, оставив их с мерцающей улыбкой.

— Мои щёки убивают меня от такой улыбки, — проворчала Исида. — Я не могу поверить, что кто-то из влюблённых когда-либо был так счастлив.

Раф устроился на одной из отвратильных кресле-подушке, как будто это было самой естественной вещью в мире, и это не были приспособления для пыток, маскирующиеся под мебель. Черт возьми, этот проклятый полицейский мог сделать возврат к семидесятым годам сексуально. Затем он будет раскачивать клеш и туфли на платформе. Он бы их тоже снял.

— Нам нужно лишь немного притвориться.

Верно, но это не совсем утешало. Почему это заставило её сердце сжаться, а тигрицу мяукать?

Без слов Исида опустилась на кресло-подушку рядом с ним.

— Когда она войдет, я попрошусь