Злодейка против попаданки - Екатерина Вострова

Я подошла ближе, игриво наматывая прядь волос на палец:

— Это же хорошо! Твоя девушка затмит всех.

— Иногда, — он поджал губы, — кажется, что моя девушка затмевает и меня.

— Что? Хочешь, чтобы на тебя тоже таращились парни? — фыркнула я, не понимая, к чему он клонит. Но, заметив, как он нахмурился, попыталась сгладить фразу:

— Перестань, ты же сын Дэниэла Дарвиля. У тебя и так есть всё внимание мира.

— Вот именно, — проворчал он. — Сын Дарвиля. Только и слышу это.

Я моргнула, растерявшись.

— Ты наследник огромного состояния, за тобой будущее, естественно, все говорят об этом и завидуют тебе. Даже я, — пошутила, стараясь разрядить обстановку, но он не улыбнулся.

— Завидуют не мне, Эвелин. Моему отцу и его власти, ты и сама знаешь.

Ох, ну вот что на него нашло? Да понятно же, что завидуют прежде всего Дарвилю-старшему, именно тот сейчас имеет вес и влияние в бизнесе. Но разве родиться в богатой семье — это плохо? Он же вытащил счастливый билет! Лучшие репетиторы, связи, любые возможности, да этим надо пользоваться, а не ныть о том, что у тебя дома собственный спортзал.

Я склонила голову набок, прищурилась и хмыкнула:

— Я знаю то, что ты лучший в учёбе и спорте. Во всей академии Аурус с тобой никто не сравнится. Так что перестань хандрить и лучше примерь свой наряд, хочу посмотреть, как он будет сочетаться с моим платьем!

— Конечно, — он чуть усмехнулся, — но, боюсь, изумруд мне идёт куда меньше, чем тебе. Как, впрочем, и всё остальное. Рядом с тобой любой мужчина будет смотреться статистом.

Он сказал это с улыбкой, даже добавил лёгкий смешок, будто шутил, и чуть приобнял меня за талию, словно флиртовал. Но укол я почувствовала отчётливо.

«Ну а кто тебе мешает не быть статистом? Хочешь, чтобы я шла за тобой, так веди!» — хотелось бросить в ответ. Но я прикусила язык и заставила себя промолчать.

К тому же статист у меня уже был, это Крис. Только в последние дни он вёл себя странно: безукоризненно вежливый, исполнительный, вся дерзость, которую он показывал еще недавно, куда-то испарилась. Вот только при этом он стал невыносимо холодным и каким-то замороженным.

От этой мысли захотелось, чтобы Люциан поскорее ушёл. Чтобы наступило завтра, и можно было пойти на пары, сесть на своё место и снова наблюдать за Крисом. Может, тогда я пойму, что с ним происходит?

Я тут же разозлилась на себя. С какой стати я вообще думаю о нём, когда рядом стоит Люциан? Неужели я действительно втянулась в роль, которую навязал этот усатый Заместитель? Дурацкий кот! Дуракций Крис! И я сама тоже полная дура!

Я тряхнула головой, отгоняя лишние мысли. Хватит! У меня впереди бал, и я намерена на нем сиять. Но для этого мне нужно было кое-что сделать.

На следующий день между парами я прошла в сторону рабочих, которые сновали повсюду в коридорах, развешивая приветственные баннеры, штандарты с гербом академии, расставляли цветочные композиции, и обратилась к их бригадиру:

— В туалете на первом этаже лампочка моргает, — бросила я с той ленивой интонацией, с какой делают замечания слугам. — Проверьте, пожалуйста, проводку.

Бригадир тут же что-то отметил в блокноте, пообещав исправить. Я отправилась на следующее занятие, чувствуя облегчение.

Слишком уж не давала мне покоя фраза заместителя, касательно следующей ключевой сцены: «По канону злодейка запирает героиню в туалете, дальше там происходит короткое замыкание и задымление, но Люциан её спасет.»

Мне не было жалко бедную сиротку, отнюдь. Но одно дело припугнуть её, поставить на место, заставить дрожать при одном моем взгляде. Совсем другое, устроить ловушку, где она могла бы пострадать всерьёз. Это слишком легко может обернуться против меня самой.

Марать руки ради того, чтобы потом любоваться картинкой «герой спасает невинную»? Да за кого этот блохастый котяра меня принимает? Пусть попаданка наслаждается своей сказкой, но не за мой счёт! Кстати, о сказке…

На прошлом занятии профессор Стефанис обмолвился, что сегодня собирается распределить нас по группам для общего проекта. И работать бок о бок с этой выскочкой я точно не собиралась.

Заместитель ведь не стал называть это ключевой сценой, значит, ничего судьбоносного тут нет. Думаю, сюжет от моих корректив не развалится.

В конце концов, Люциан не настолько туп, чтобы не видеть разницу: я рядом с Лили, как алмаз среди осколков бутылок. Для такого сравнения вовсе не нужны театральные постановки.

Поэтому перед парой я перехватила профессора у кафедры.

— Профессор Стефанис, можно вас на минуту? — он поднял глаза от бумаг, и я изобразила самую серьёзную озабоченность. — Можно пожалуйста вас попросить, не могли бы вы не ставить меня в одну группу с Адамс. Видите ли, я на физкультуре случайно попала ей мячом по голове. Я, конечно, извинилась, но, кажется, Лили затаила обиду. Не хотелось бы, чтобы личные недоразумения повлияли на качество выполнения задания, которое вы нам сегодня дадите.

Сказано было безупречно: вежливо, заботливо, даже почти благородно, я даже о собственных чувствах не упомянула.

— Я вас услышал, мисс Вейл, — произнёс он сухо, снова уткнувшись в бумаги. — Ценю вашу откровенность.

Я поблагодарила его и отправилась на занятие пытаясь понять, что именно он имел в виду. Надеюсь, все-таки прислушается, и мне не придется терпеть Лили рядом с собой.

В аудитории я заняла место за длинным столом посередине. Девчонки сразу расселись вокруг меня так, как это всегда бывало: Диана справа, Милана напротив, Вайолет слева, а Софи по диагонали. Я была центром, к которому они тянулись и под который подстраивались.

— Слушайте, — первой заговорила Милана, — моя сестра была недавно на вечеринке в клубе «Эвэ». Говорит, это просто бомба. Там такие люди бывают — политики, наследники крупнейших корпораций. Но никто не знает, кто хозяин. Только то, что это явно кто-то очень влиятельный.

— Я тоже слышала, — подхватила Софи. — Говорят, туда вообще невозможно попасть без приглашения.

— Может, отец Люциана владелец? — с заговорщицким видом спросила Диана, бросив взгляд в сторону парней. — Всё сходится: размах, деньги, связи…

Я недовольно поморщилась. «Эвэ». Слишком похоже на сокращение «Эви», которое я ненавидела всей душой.

— Да, Эвелин, Люциан тебе ничего не говорил? — вмешалась Вайолет. — Есть у тебя какие-нибудь инсайды про этот клуб?

— Первый раз про него слышу, — бросила я сухо.

Тишина повисла буквально на пару секунд — и все девчонки округлили глаза.

— Как это «первый раз»? — Софи