Злодейка против попаданки - Екатерина Вострова

как раз и интересны. Да, есть много мусора, но, если отсеять лишнее, видно тенденции. Какие отрасли растут, какие загибаются. Это куда интереснее, чем рисовать график ипотечных ставок.

— Зато реальные цифры, а не просто красивые слова, — не сдавалась Лили, а затем сделав драматическую паузу, повернулась к Люциану и певуче произнесла,

— Люциан, ты ведь главный в нашей команде. Тебе и решать.

Я едва не поперхнулась воздухом. Что? Главный? С каких это пор? Внутри у меня всё закипело. Эта выскочка смеет решать, кто у нас главный? В моей команде?!

Но Люциан… Люциан расправил плечи, и по выражению его лица было ясно: такие слова ему пришлись по вкусу. Его губы тронула едва заметная самодовольная улыбка.

Но не успела я открыть рот, как Крис вдруг лениво протянул:

— Конечно, пусть Люциан будет главным. Иначе Эвелин возьмёт бразды правления, а мы все будем строем маршировать по её приказу. Тобой ведь она раньше не командовала, а, Люциан?

Что он несет?

— В каком смысле «командовала»? — нахмурился мой парень.

— В прямом. В прошлый раз, когда я помогал ей, она заставила меня раздеться прямо в коридоре.

— Что?! — взорвалась я.

— Эвелин, что это значит?! — воскликнул Люциан.

— Да всего лишь проверка «дресс-кода», — невозмутимо добавил он. — Ты же знаешь, Люциан, твоя девушка любит… внимание к деталям.

Кровь бросилась мне в лицо. Казалось, даже кончики ушей горят. Я готова была провалиться сквозь землю и одновременно вцепиться Крису в горло.

— Эвелин! — в глазах Люциана вспыхнула ревнивая ярость.

— Это не то, что ты подумал! — вскинулась я.

— Но ведь это правда, — Крис состроил такое невинное лицо, что можно было бы ему поаплодировать за актерское мастерство, если бы только не хотелось одновременно с этим прибить его. — Ты обожаешь, когда тебя слушаются. Неужели твой парень не в курсе… о твоих предпочтениях?

Я чувствовала, как ногти впиваются в ладони. О, я ему такие «мои предпочтения» покажу, мало не покажется! Будет неделю сидеть в холодном поту и вспоминать, каково это — нарываться!

Тут вмешалась Лили:

— Эвелин, как ты можешь! — ее голос звенел нарочитым возмущением. — Как тебе не стыдно так вести себя?

Тоже мне! Хранительница морали! Хоть бы икнула от переигрывания.

Она потянулась взять Люциана под руку, но тот мгновенно стряхнул её пальцы и шагнул ко мне.

— Нам надо поговорить. Вдвоём.

— Ревнуешь? — прищурилась я. Вопрос вырвался слишком быстро и прозвучал почти как вызов.

— Мне неприятно, — коротко ответил он.

Я вскинула подбородок.

— А мне, может, тоже неприятно, что ты с Лили тут едва не в обнимку сидел. Но я же молчу.

Люциан нахмурился, окинул стол взглядом и, судя по выражению лица, кажется, действительно понял, что сидел к Лили слишком близко. Я заметила, как он неловко отстранился, мелочь, но я все равно ощутила удовлетворение, позволившее чуть успокоиться.

— Пожалуй, всё же пойду переодеться. — Все равно, похоже, сегодня ничего не решим.

— Я провожу тебя… — сказал Люциан, забирая свой планшет со стола, и вдруг нахмурился еще сильнее. — Не включается, — он провёл пальцем по корпусу, оставив мокрый след. — У меня на нем все выполненные задания и начатые курсовые…

Я изогнула губы в самой невинной улыбке:

— Ой, наверное, когда Лили облила меня, задело и твой планшет. Но ведь она извинилась, верно? Так что ничего страшного.

— Только не это… — выдохнул Люциан. — Дерьмо… Я ведь только-только восстановил все записи после того, как недавно кофе его залил. Сколько ночей потратил, чтобы перепечатать и пересобрать материалы! Я даже не помню, пересохранил ли последние файлы. И еще заметки с лекций, половина черновиков… — он нервно провёл рукой по волосам. — И планшет новый. Я купил его всего неделю назад!

— Люциан, прости пожалуйста. — пролепетала Лили.

— Да-да, — пропела я сладко, — Люциан, прости ее. Ну подумаешь, всего лишь второй раз за этот семестр ты теряешьдесятки часов работы. — внутри вдруг что-то кольнуло, когда я это произнесла.

Я ведь знала, что значит вкалывать ночами, корпеть над каждой строчкой, над каждым слайдом. Стало вдруг так неприятно, будто я не Люциана обманула, а сама себя.

— Ничего страшного. Главное, что она не специально, да? — закончила я, ставя точку, чтобы отзеркалить то, что сказал мне Люциан до этого. Со стороны, должно быть, звучало эффектно, вот только никакого удовлетворения я не ощутила.

Мне не было по-настоящему жаль Люциана; но я вдруг нелепо остро почувствовала, что мой поступок мне совсем не по душе. Это было не горькое сожаление, скорее просто какой-то внутренний раздрай.

Нужно было срочно отвлечься, поэтому я отодвинула стул и принялась смахивать вещи со стола в сумку.

— Эвелин… — снова позвал Люциан, но я даже не посмотрела на него.

— Не утруждай себя, — я закинула сумку на плечо и повернулась в сторону выхода, — Тебе лучше сейчас с планшетом разобраться. По проекту: я сама набросаю план по теме инноваций, а потом распределим, кто что возьмёт. Ты, как главный, «одобришь» готовый вариант.

Я зашагала к двери. За спиной слышался приглушённый шёпот: Лили снова начала своё привычное «прости, я не хотела».

Вышла в коридор.

— Эвелин!

Я ускорила шаг, услышав Криса, но он поспешил за мной.

— Что тебе? — я обернулась так резко, что он едва не врезался в меня.

— Ты, — он не отвёл взгляда, — слишком быстро ушла.

— Я тебя с собой не звала.

— Просто у тебя платье не только спереди промокло, — добавил он извиняющимся тоном, будто сам меня и облил, — И теперь сзади видно белье из-за того, что ткань прилипла к коже. Не хотел, чтобы ты смущалась из-за того, что ходишь так по коридорам.

«Если бы не сказал, я бы и не знала, и не смущалась!» — раздражённо мелькнуло у меня в голове. Я дернула плечом и попыталась оглянуться, чтобы понять, насколько все критично у меня с платьем, но так ничего и не увидела. Кажется, нужно зеркало.

Тут в коридоре послышались голоса студентов, кто-то шёл в сторону библиотеки. А уже в следующее мгновение Крис подхватил меня на руки, и шагнул вместе со мной к двери какой-то аудитории.

— Ты что делаешь?! Ну-ка отпусти меня. — Я попыталась отпихнуть его, но Крис даже внимания не обратил, дернул ручку двери, та оказалась не заперта.

— Нам повезло, — сказал он и юркнул вместе со мной внутрь.

— Поставь меня немедленно! — зашипела, упираясь ладонями ему в грудь.

Крис на удивление сразу же подчинился.

— Тебя могли увидеть в неопрятном виде, — его голос звучал совершенно спокойно. — А ты сама говоришь, что ненавидишь слухи.

— Ну и пусть бы увидели! — я