Попаданка требует развода. И Дракона в мужья - Эмили Гунн

Кинула короткий взгляд на Торина и встретила там такое буйство эмоций, что мои собственные отошли на задний план. Моего знакомого Дракона неприкрыто штормило. От удивления, раздражения, испуга… Да, точно. Никакая это не ревность, как мне померещилось сначала. Он просто испугался, что его ценную добычу, коей я была, сейчас растерзают на месте, не дав толком использовать для обмена.

Торин разом побледнел и, как-то неестественно изогнувшись, дернулся в нашу с раптусами сторону.

Те в ответ хором зашипели, вызвав волну холодного озноба по всему моему телу, и пугающе зло уставились на медленно приближающегося Дракона.

— Тихо-тихо, — не повышая голоса, заговорил он. — Нина, — дернулся его кадык, когда Торин, тяжело сглотнув, протянул мне раскрытую ладонь, — не делай резких движений. Просто… дотронься до моей ладони. Они должны увидеть, что ты мо… со мной.

И я, естественно, боялась ощерившихся рептилий, показательно клацающих зубками по бокам от меня. Но вот то, как вытянулись зрачки Торина и накалился вокруг нас воздух, зарядившийся угрозой, пугало, на удивление, сильнее.

Глава 17

Время застыло, словно решив не шевелиться лишний раз. Оно не остановилось полностью. Но будто превратилось в нечто осязаемое. Что можно потрогать руками и заставить замедлиться.

Я вяло провела взглядом по окружающим и убедилась, что они чувствуют то же, что и я. Так же, как и скукожившиеся вдруг раптусы. И я их неплохо понимала, потому что мне и самой захотелось стряхнуть с себя давящую волну силы, которой повеяло от Торина.

Я и не знала, что Драконы так умеют. Превращать пространство в вибрирующую патоку, требующую подчиниться сильнейшему.

Находилась я, безусловно, в несколько неадекватном состоянии из-за применения незнакомой мне энергии и ввиду близости клыкастых рептилий. Однако насколько я могла судить, сослуживцы Торина не были потрясены его необычным даром. Они лишь сжали челюсти и напряглись всем телом, наверное, стремясь максимально сохранить самообладание при этой демонстрации астрального дара.

Так что вывод напрашивался сам собой, они были приучены переносить подобные удары своего командира.

Только на выдержке Бальтазара всплеск магии никак не отразился. Он продолжал сохранять расслабленную позу. И даже ухитрился вопросительно приподнять рыжую бровь. Да вот только пульсирующая венка на его шее откровенно подсказывала мне, что и для Рыжего Дракона эта «заморозка» времени и пространства не проходит бесследно.

Наконец, я смогла пересилить слабость в суставах и принять руку Торина. Он сжал ее, в ту же секунду резко притянув меня к себе. Так молниеносно, что от неожиданности я не успела вовремя притормозить и буквально впечаталась в его каменный корпус.

И время сдвинулось с мертвой точки.

— Не разобрались с принципами воздействия «десницы власти», говоришь? — резанул холодом тембр Бальтазара. Повернув лицо в направлении которого, я была поймана в проницательный плен его глаз.

Конечно, я тут же отстранилась от Торина. Но, боюсь, от Рыжего командора, не укрылось, как нехотя убрал руки мой знакомый Дракон. И как до того комфортно, без малейшего стеснения билось моё сердце в нескольких сантиметрах от его.

— Мои способности никоим образом не связаны с артефактом Древних, — ответил Бальтазару низкий раскатистый голос Торина. — Я полагал, Вы собираете полную информацию о спец.отрядах, направленных в тыл врага. Поразительно, что данные о моем даре, открывшемся еще в годы учебы в Академии, остались Вами не замеченными.

Это был еще один камушек в огород Рыжего, «брошенный» Торином с абсолютно неподвижной мимикой. Будто он делал скучный доклад, а не кромсал самолюбие старшего по званию.

Но Бальтазар тоже был не промах. Его умению владеть собой реально можно было лишь позавидовать. Рыжий командор стиснул челюсти и всего на короткий миг свел брови на переносице. Но эта реакция исчезла, едва проявившись. Как вдруг черты его лица разгладились. Так, словно Бальтазар что-то неожиданно понял.

— Тем более, что артефакта больше и нет в лагере, не так ли? — внезапно хохотнул он, покачав головой с огненной шевелюрой. — А я всё думал, почему в воздухе не пахнет переизбытком магии! И внутренние силы не колышет от помех. Есть всего два варианта ответа на этот вопрос, — стал взор Бальтазара по-настоящему хищным, когда он охватил им сразу нас обоих. — Либо «десница власти» достаточно далеко, и поэтому ты, командор Торин, легко используешь свой дар, не опасаясь фейерверка избыточной энергии. Либо кто-то этот артефакт уже подчинил своей воле. И остальным остерегаться нечего. Разве что того, что этот некто, — пронзил он меня своими колючими очами, — решит вдруг присвоить себе корону Амареза и перекроить историю.

«Вполне себе в духе Алатара», — передернуло меня от спазмов в желудке, когда я представила себе мужа, заполучившего столько неограниченной мощи.

— Она тут ни при чем, — едва заметное движение вперед, и я вновь очутилась за массивным разворотом плеч Торина. — Как мы все читали в той выцветшей от времени рукописи, «десница власти» дает неисчерпаемую силу лишь тому, в чьих жилах течет кровь Феникса. Мы же не будем страдать чушью, вроде той, будто вымершие создания ожили. А Эльфы, способствовавшие их истреблению, обзавелись союзником-фениксом? — заставили слова Дракон призадуматься всех, включая Рыжего.

— В этих рассуждениях есть смысл, — скривился Бальтазар. — Однако ты так и не представил нам свою очаровательную спутницу, — уперся он в меня глазами.

Торин отчего-то не торопился нас знакомить. И я перехватила инициативу:

— Я Нина, жена Светлого лорда Алатара. Сбежавшая жена, — горько усмехнулась, продолжив говорить: — И уверена, что смогу быть Вам полезной, — ответила я, пытаясь расположить к себе начальника разведки.

Даже имя Алатара выдала без всяких просьб и давления. Хотя, чего скрывать, я наслаждалась тем, что можно так легко осуществлять пускай и маленькую,но месть — везде и всем называя тайное имя Светлого лорда. Да я всему Амарезу его растрезвоню, если буду уверена, что так ослаблю бывшего!

Торин был зол. Я прям кожей ощущала, что в нем полыхает гнев. Глаза сузились, ноздри оттопырились, а на скулах заиграли желваки. Он даже на Рыжего смотрел с меньшей яростью, чем на меня сейчас.

«А что такого? Я просто познакомилась с твоим начальником, — мысленно адресовала я Торину, хотя он не мог меня слышать. — Не понравилось, что твоя добыча голос подала без разрешения? Ну, так привыкай. Я под тебя прогибаться не