Попаданка требует развода. И Дракона в мужья - Эмили Гунн

— А где веревки? — вопросительно изогнул бровь Бальтазар.

И тут его внимание привлек мой заговоренный, эльфийский браслет. Огненные брови сошлись на переносице, а между ними пролегла глубокая морщинка.

— Я не могу его снять, — подняла руку, на которой красовался браслет. — Но на время удалось приглушить его энергию.

А кроме того, в последнее время я прям чувствую, как меняюсь в обратную сторону. Становлюсь самой собой. Простой девчонкой с Земли. Будто спадает напускное чужеродное спокойствие, и проявляется мой настоящий, долгое время приглушаемый характер.

«Только вот не хочется мне связывать эти ощущения с тем, после чего они начались, — покосилась я на Торина. — Не может же и в самом деле быть, что встреча с этим Драконищем откинула меня назад и помогла выбраться из Алатарского дурмана! Или всё-таки может?..»

Однако командора мой ответ не удовлетворил. Бесцеремонно обхватив моё запястье своей здоровенной ладонью, он стал рассматривать мерзопакостное украшение со всех сторон.

И вдруг ка-а-ак ЦАП!

Его собственная рука оказалась пойманной в стальной захват Торина. Так и стоим "жучка за внучку, внучка за бабку..."

То есть Бальтазар держит моё предплечье, Торин — Бальтазаровское...

М-да-а, ситуация...

— Что ты делаешь? — расширились глаза Бальтазара, уставившегося на сжатые пальцы Торина вокруг своего запястья.

— А ты?

— Я?!

— Отпусти. Её. — отчеканил Торин. — Сейчас.

Рыжий замер. Чуть склонил голову на бок. А затем его распахнутые глаза начали сужаться. И он медленно, не прерывая зрительного контакта с Торином, разжал пальцы. Еще и застыл так, с оттопыренными пальцами, показушно демонстрируя, что отпустил меня.

— Определенно, это не просто так… эта штуковина непростая, — сказал он, и мне послышалось, что Рыжий Дракон не только браслет имеет в виду.

Он не мог не заметить странного поведения Торина. Признаться, я и сама гадала, что происходит в голове моего знакомца. Потому что уже порядком подустала от его противоречивых действий.

— Есть в этой дыре хоть кто-то, разбирающийся в заговоренных безделушках? — рыкнул Бальтазар, ощутимо раздражаясь оттого, что перед ним нечто подозрительное с непредсказуемым эффектом.

— Ардор мог бы на нее взглянуть, — буквально физически почувствовала я, как наконец, расслабился Торин.

Может ли быть, что его отпустило из-за того, что внимание Рыжего переключилось с меня на эльфийское украшение?

— Пусть явится к кострам и поскорее, — скомандовал Бальтазар и зашагал туда, где крошечная полянка расползалась звездочкой, чтобы своими зелеными уголочками пролезть меж палаток.

Центральный пункт лагеря. Потухший костер посередине. Видимо, здесь воины собираются на ужин. И здесь же происходят важные собрания.

«Нужно будет поймать момент, когда Торин будет в более уравновешенном расположении духа, и расспросить его об этих вспышках параноидального собственничества по отношению ко мне. Если у него вообще бывают стабильные состояния. А-а, вспомнила, когда это Жракон становится относительно вменяемым! После обеда!» — размышляла я в ожидании Ардора.

Торин куда-то отошел, но периодически маячил в поле моего зрения.

Меня же его люди усадили на одну из самодельных скамеек, которые, по сути, представляли собой обтесанные бревна. И предложили выпить.

— Прости, крошка, эля Светлых у нас нет, — под туповатый гогот приятелей протянул мне какой-то здоровяк оловянную кружку. — Но думаю, в твоем положении любое пойло успокоит!

— Не побрезгуешь белопенкой, леди? — давясь смехом, спросил другой.

А я смотрела на окруживших меня увальней и не могла взять в толк, что их так рассмешило. Ну, подумаешь богатенькая мадам сидит на их кривоватых скамьях. Или это так неправдоподобно и прикольно в их глазах?

Пить хотелось до смерти, и абсолютно всё равно — какую бурду. Но из роли выходить было еще более смертельно.

— Горячий кофе или хотя бы чай вполне сойдут. Спасибо, — выдержанно улыбнулась я.

Торин, который как раз вновь появился поблизости, хмуро скосил на меня взгляд, но подходить не стал. Тем лучше. А то я уже и сама начинала подозревать, что мы с ним чуть ли не тайные любовники, неумело косившие под пленницу и похитителя. Настолько нелепо он реагировал в некоторых ситуациях.

Выглядело всё как, если бы он считал, что я его заноза, и только он имеет право меня задирать. Остальные же — руки прочь!

Пока я дожидалась Ардора, который, как стало известно из разговоров драконов, был дипломированным колдуном, прошла будто вечность.

Я всё надеялась, что процедура дознания и изучения браслета не отнимет много времени, и меня еще до того, как сядет первое солнце Амареза, проводят в одну из построек. Или на худой конец — в шалаш. Потому что, если меня не накормят ко времени захода второго солнца Амареза, я точно начну кусаться! И поагрессивнее скалящихся на меня сейчас человеко-рептилий!

В общем, чего бы я ни ожидала от драконов, была уверена, что мне удастся тут поесть и даже немного отдохнуть, когда допрос и дискуссии вокруг моей персоны завершатся.

Не знаю, в какую минуту он подошел, но, в конце концов, я поняла, что Ардор уже тут. Проследив за взглядами обсуждавших меня за глаза мужланов, я отметила появление нового дракона. Высокий и худощавый паренек, чей внешний вид никак не вязался с его чином.

«Это и есть их колдун? Продолжаю убеждаться, что Бальтазар прав, и на Амарез отобрали и сослали худших из худших адептов Драконьей Империи, — промелькнуло в уме. — По крайней мере, Торин иногда бывает полным отобранцем!»

Завидев меня, колдун, до того улыбавшийся мальчишеской улыбкой во все тридцать два, напустил на себя серьезный вид и приблизился. Присел напротив и, окинув с ног до головы взглядом умудренного опытом старца, принялся сканировать меня вдоль и поперек неприятной колючей энергетикой, что вытекала из его тощих рук.

Сцепив зубы, прикрыла глаза. Ничего страшного, побуду немного редким экспонатом. Всё лучше, чем всеобщей наложницей.

И мои надежды оправдались. Ну-у, как бы оправдались. Через пять минут, остановив сосредоточенный взор на браслете, Ардор выдал с видом знатока:

— Это не простая штуковина.

Чуть не прыснула я колючим смехом!

— Вы, несомненно, гениальны, уважаемый колдун! — не сдержала я сарказма.

Хорошо, что в этот миг запястье больно кольнуло, и смех застрял в горле, так и не вырвавшись наружу. Иначе я б имела неудовольствие выяснить, на что конкретно способны тутошние маги. И являются ли они приспешниками зла.

А еще Ардор оказался довольно наивным. Либо страдал запущенной формой нарциссизма. Потому что нисколько не обиделся,