Спорный вопрос, лорд-дракон! - Норика

А виноват во всем этом безобразии Сторнбрейк!

Теперь я просто обязана заставить мистера Фейна воспылать ко мне страстными чувствами, чтобы он сделал мне предложение. А Гэб проиграл и был вынужден принять участие в регате. Даже если этот самый мистер «маменька сказала» успел надоесть мне до смерти!..

В порыве раздражения накрылась одеялом с головой. Не помогло! Успокоиться не получилось...

Наоборот, перед моим мысленным взором молнией пронеслись воспоминания о вчерашнем вечере… И поцелуе, перевернувшем мой мир с ног на голову.

Снова и снова, они крутились, не давая ни минуты покоя!

Резко откинула одеяло. Тяжко вздохнула.

Потом кончиками пальцев невольно коснулась губ — они еще хранили трепетное тепло, будто поцелуй Сторнбрейка отпечатался на них невидимым клеймом. В памяти ожила беседка, увитая плетистыми розами, их увесистые бутоны мягко покачивались на легком утреннем ветру, источая густой, сладкий аромат.

Полумрак, пронизанный золотистыми лучами рассветного солнца, дрожал на стенах потемневшего от времени дерева, а воздух был таким густым и терпким, что казалось, его можно коснуться рукой.

Лицо Габриэля так близко — непозволительно близко. И все так волнительно, слишком волнительно!

- Беатрис… - звук моего имени, сорвавшийся с его губ, слышится как обещание чего-то неизведанного.

И этот поцелуй… Такой невесомый, но таящий в себе глубину и силу.

Глухой стон привел меня в чувство. И как раз вовремя, пока в голове салюты не начали взрываться от беспощадного чувства полного и безграничного счастья.

Боги, как же я могла пасть так низко?!

Это же надо такому случиться! Столько благословенных лет я жила без всех этих глупых эмоций. Но, видимо, лимит исчерпан, кончено. Грядет катастрофа гормонального масштаба!

Где там проявляющиеся на ранней стадии первые симптомы?

Дурацкие грезы — на месте. Бессмысленные мечтания — уже треплют нервы. Сбившееся дыхание — уверена не заставит себя ждать вблизи ныне запретного мужского объекта под номером два. Самовыдвиженец, так сказать! Выдвинулся, откуда не ждали, чтоб тебя Габриэль!

Ничего. Я буду не я, если позволю такой мелочи, как внезапные чувства сбить меня в намеченного курса и провалить важный научный эксперимент.

И тут меня осенило...

Вот ведь какая растяпа! Поверила, повелась, как последняя чувствительная барышня!.. Растяпа два раза и бестолочь — один раз!

Я подскочила с кровати, как ошпаренная, и заметалась по комнате, прикидывая в уме варианты развития событий и мысленно выискивая доказательства в пользу своей догадки.

- Ах, ты хитрый интриган! - не удержалась и пару раз топнула ногой в сердцах. - Он играл со мной, как кошка с мышкой все это время!

Я метнулась к туалетному столику, плюхнулась на мягкий пуфик, решительно оперлась ладонями о полированный край и пристально уставилась на свое взлохмаченное отражение.

Золотистые локоны торчали во все стороны, отдельные завитки прилипли к щекам и шее, а на макушке образовался настоящий вихрь из непослушных кудрей. Бледная фарфоровая кожа сильно раскраснелась. На левой щеке отчетливо виднелся едва заметный след от складок наволочки.

Легкая ночная сорочка из тонкого батиста сбилась на бок, обнажая одно плечо, а кружевная отделка рукава перекрутилась на запястье.

В целом вид был настолько далек от безупречного образа дебютантки высшего света, что я невольно фыркнула. Представить, что эта взъерошенная особа через несколько недель будет блистать на балу дебютанток, было практически невозможно.

Зато большие зелено-карие глаза, еще несколько затуманенные после сна, уже горели огнем решимости. Решимости сделать ответный ход и переломить исход спора раз и навсегда.

«Ну что ж, - мысленно обратилась я к своему отражению, - пора приводить в порядок не только волосы, но и мысли. Бал, как и спор, не отменятся сами собой, как бы мне этого ни хотелось».

Ну, Габриэль, берегись! Грязно играешь, партнер!.. А еще я удивлялась, почему они хитро переглядываются. Захотел сбить меня в толку? Не получится! Хотя твой институтский приятель — Альдар Мелони — всячески и пытался «вбить клин» между мной и мистером Фейном. Не вышло!

Но ты решил действовать наверняка, а потому сам выступил в роли соблазнителя наивной девушки! Не на ту напал!

Я нервно поправила манжету домашнего платья и решительно подмигнула своему отражению.

В стенах Института благородных девиц действовать Мелони оказалось не с руки. Да и шанса я ему не предоставила. Поэтому их главная ставка была на светский вечер. Уверена, я права!

В голове одна за другой проносились сцены прошедшего праздника Весеннего Равноденствия. Случайные «встречи», когда Мелони, как бы невзначай, оказывался там, где я была в одиночестве. Его загадочные и очаровательные улыбки такого весельчака и простачка, когда на самом деле — это был чистый и хитрый расчет.

Достаточно вспомнить, как Альдар с притворным сочувствием рассказывал мне о «невероятных успехах Габриэля» на политическом и светском поприще, которым он якобы чрезвычайно завидует. С его слов выходило, что «этот Сторнбрейк» просто вихрь обаяния! А я — наивная дура! - еще кивала, не замечая, как ловко собеседник подводил разговор к тому, что мистер Фейн, мол, слишком серьезен и скучен для такой очаровательной юной леди, как я.

Хитро, не могла не признать я, поразмыслив на свежую голову несколько минут. Даже очень хитро. Сначала натравить друга, чтобы тот посеял сомнения. А потом самому явиться на белом коне — обаятельным, внимательным, чуть ли не идеальным.

И поцелуй в павильоне — кульминация всего спектакля?

О, как это должно было быть эффектно! Я теряю голову, забываю про мистера Фейна, бросаюсь в объятия коварного соблазнителя…

Губы сами собой скривились в усмешке.

- Не выйдет, господа стратеги, - прошептала я, сжимая кулаки. - Я не пешка в вашей игре. И уж точно не трофей, который можно выиграть с помощью дешевых трюков.

Раз ты решил все усложнить, Габриэль, не желая доверить честь лучшей подруги сестры какому-то неизвестному джентльмену, с тобой мы и продолжим играть. Только теперь ты выступишь настоящим объектом моего исследования! А мистер Фейн станет моим запасным вариантом, прикрытием моих истинных намерений.

Никому я не позволю потешаться на свой счет!

В голове уже начал складываться контрплан. Раз уж Габриэль решил, что может манипулировать мной, как марионеткой, потому что знает меня с детских лет. Мне есть чем тебя удивить, Сторнбрейк!

Я расправила плечи и подняла подбородок.

- Думал, я не замечу твоих ходов? Ошибаешься! Теперь игра пойдет по моим правилам. И посмотрим, кто в итоге окажется в выигрыше.

О, да, теперь самое время показать, что скучный будущий ученый умеет не только классифицировать свитки, но и распутывать чужие интриги.

Особенно,