Облик неизбежности - Виктория Павлова

эссе, военные хроники, биографии и беллетристика. Я не могла прожить без магии слов ни дня. Мы разбирали героев по косточкам, спорили и даже ругались. До последних событий я считала эти моменты самыми захватывающими приключениями в своей жизни. Предвкушение от знакомства с новой книгой защекотало в животе, по спине забегали мурашки. Я окидывала взглядом бумажные сокровища на полках и счастливо вздыхала. Представляла, как беру новый мир в руки, аккуратно раскрывая на первой странице и вдыхая чарующий аромат тайн.

Я читала «В поисках утраченного времени» Пруста, когда Грета напугала неожиданным появлением в дверях и дежурным:

— Мисс, завтрак готов.

Завтракать в одиночестве было и привычно, и странно. Частенько я ела одна, но день с отцом сдвинул приоритеты, и мне не хватало его внимательных глаз напротив. Пару часов после завтрака я провела, изучая книги и выбирая самые интересные. Но потом остановилась и уставилась в окно: какой смысл сидеть тут и читать, если меня ищут убийцы? Если они застанут меня за чтением книги и пристрелят, то все старания Келли пропадут зря.

Но не могу же я просто уйти. Или могу?

Днем я спустилась в гостиную и с удивлением посмотрела на стол, полный яств. Зачем Грета каждый раз готовит так, как будто с минуты на минуту ожидает пару десятков гостей? Еды было так много, что как бы я ни старалась съесть побольше, это совершенно не отражалось на общем количестве. Наверное, Грета была слишком трудолюбива, а я слишком застенчива, поэтому никто из нас не предпринял попыток экономии.

Так и прошел мой первый день в Хэйуорде — за чтением и размышлениями. Грета не тревожила, и пару раз я видела Германа, который копался в клумбах.

Утром я снова сидела в библиотеке. На коленях лежал первый том Пруста из семи, но я не читала, пытаясь выкинуть из головы сомнения.

Грета снова напугала неожиданным появлением, подойдя совершенно бесшумно и протягивая телефонную трубку. Отец интересовался, как у меня дела. Я очень хотела узнать — как долго мне придется оставаться здесь, запертой в четырех стенах, но он меня не понял, решив, что мне скучно, и предложил подключить телевизор. Разговор вышел осторожным, с паузами. В конце мы обменялись тактичными прощаниями. Глубоко вздохнув, я отдала трубку Грете, стараясь не касаться ее руки.

Отец не знает, что со мной делать, мы абсолютно чужие друг другу люди. Зачем я теряю время и даю убийцам возможность подобраться ближе? И не важно в чем именно причина: в способностях или в троне.

Следующий день начался точно так же. Я немного посидела у окна, размышляя, насколько уместным будет встретить рассвет на крыше. Решила ограничиться прогулкой. Когда, обследовав территорию на несколько миль вокруг дома, я вернулась к полудню, меня встретил укоризненный взгляд Греты и ее сухое:

— Мистер Рейнер просил вас не покидать пределов сада. Поздний завтрак подан в большой гостиной, мисс.

Потом я пыталась читать, но в голову лезли мысли об отце и Нике. Нашел ли он Келли? Когда я представляла, как она лежит где-то, одна, меня начинало мутить от негодования. И все больше терзали сомнения: стоит ли оставаться? Пока я гуляла, раз десять порывалась сбежать. Не понимаю, что меня останавливало. Оставаясь здесь, я навлекала опасность на отца и добавляла ему проблем. Одной мне будет проще скрываться в лесу и избегать разговоров о троне.

В гостиной я обнаружила включенный телевизор с приглушенным звуком. Сделав громче, я развлекалась тем, что пыталась найти что-нибудь интересное. Но немного послушав двух солидных джентльменов с бакенбардами, глубокомысленно рассуждающих о влиянии лодочников с Темзы на творчество Шекспира, а потом, посмотрев нелепое ток-шоу с карикатурными ведущими и абсурдным поведением участников, я выключила телевизор и поднялась к себе.

На кровати лежала моя старая рубашка, и ее рукава снова были на месте. Видимо, Грета постаралась. Я надела рубашку и стало спокойнее, словно она окутала уверенностью. Нож, кулон и деньги лежали в заднем кармане джинсов. Я посмотрела на дверь.

* * *

Из дома я выбралась очень осторожно, избегая Германа и Грету. Они доложили бы отцу, а я намеревалась уйти как можно дальше, прежде чем обнаружится мое отсутствие. Прячась в зарослях, я обернулась и посмотрела на дом. Лжец и обманщик, он пытался заманить меня в ловушку, но просчитался, ему нечего мне предложить. И нет смысла искать встречи с матерью. Какой бы ни была ее правда, она не вернет Келли и не изменит прошлое. Мне будет проще одной.

Есть масса мест, где я могу укрыться — почти все места по стране, где мы прятались с Келли. Даже после смерти она продолжает заботиться обо мне. Она предупреждала, что люди для меня опасны, и только сейчас я осознала насколько. Вот только отец…

Я остановилась.

Перебирая его эмоции, я ощутила вину. Он ведь точно так же, как и Келли, заботился о моей безопасности, надеялся когда-нибудь встретиться, а я его просто брошу? Пока я думала о нем, ноги сами понесли в обратную сторону.

В просвете деревьев снова проступила черепичная крыша. Если вернусь, придется принять его правила игры. Готова ли я довериться незнакомцу, сделать его частью своей жизни и позволить принимать решения за меня?

— Тереза!

Я вздрогнула. На долю секунды во мне вспыхнула надежда, что это Келли. Но голос не ее. В десяти шагах от меня стояла невысокая элегантно одетая женщина и протягивала ко мне руки.

— О, девочка моя, ты не представляешь, как я рада тебя видеть. Я так долго этого ждала.

Сердце зашлось в стаккато, когда она подошла ближе. Я словно в зеркало посмотрелась: то же лицо, фигура, рост, и даже такие же серо-голубые глаза. Только волосы светлые, и красота — абсолютная.

— Мама???

Она бросилась ко мне и начала гладить лицо, руки, плечи, ласково улыбаясь. Я отпрянула от неожиданности, но ее это не смутило, она просто схватила меня сильнее. Она испытывала волнение и нетерпение, но эмоции были слабые, как будто мне досталось только эхо.

— Ты такая красавица. Боже, посмотри на себя, ты совсем взрослая. Твой отец лишил меня материнства, вырвал из рук. Я мечтала о нашей встрече столько лет, — она тараторила, не переставая, не давая вставить ни слова, да и не ожидая моих комментариев. — Мне столько нужно тебе рассказать. Мы уедем прямо сейчас. Твоя жизнь изменится, я обещаю.

Она тянула за рукав, приглашая идти за ней. Я