Бывшая жена дракона. Право на сына - Северина Рэй

– Вот где твое место, Дарина. Никто тебе не поможет, и ты полностью в моей власти. Даже Ардену нет до тебя никакого дела. Я могу бить тебя сколько угодно, а он даже и пальцем не шевельнет, чтобы тебя спасти. Чтобы ты знала, он даже выговор мне вчера не сделал. Ты понимаешь, о чем это говорит? Я, конечно, переживала в начале, что он снова хочет сделать тебя своей любовницей, да и меня пугало то, что вы истинная пара, но вчера я успокоилась. Ты мой подарок на свадьбу. Твоим появлением в нашем доме он хочет показать, что ты для него ничего не значишь и отныне в его жизни буду царить только я. Так что не питай иллюзий, он просто отдал тебя мне в услужение. Неужели ты не поняла, что твое наказание на рауте было всего лишь предлогом? Так будет всегда, Дарина. Смирись.

В отличие от вчерашнего происшествия, в этот раз я не замерла и не оцепенела, поэтому подняла руку, посмотрела на свою ладонь и резко влепила этой зарвавшейся девчонку ответную пощечину.

Николетту постигла та же участь, что меня вчера. Она замерла, словно была в шоке и не ожидала от меня подобного. Она посмотрела на меня с таким потрясением, что я сразу поняла: ее никто никогда не бил. И тем приятнее мне было стать первой.

– Закрой свой рот, Николетта! Еще раз коснешься меня хоть пальцем, получишь в ответ удар не меньшей силы. Ты меня поняла?

Она, наконец, вышла из оцепенения и, яростно закричав, толкнула меня в грудь, да с такой силой, что я чуть не упала на пол, но удержалась в последний момент.

Я кинулась на нее в ответ и толкнула уже сильнее, после чего мы кубарем покатились по полу, избивая друг друга и потягивая за волосы. Было больно, но я продолжала выплескивать свой гнев на полную.

Мы кричали, рычали, кусались и били друг друга ногами. Кажется, по всему моему телу пойдут синяки, но мне было совершенно всё равно. Я, наконец, выпустила ярость, которая скопилось в моем солнечном сплетении, не находя выхода.

– Что здесь происходит, черт возьми?! – вдруг прозвучал мужской голос, а затем нас обоих разняли, раскидывая по разным сторонам.

В порыве всплеска гнева я не сразу поняла, что это был не Арден.

А когда вскинула голову вверх, то увидела лорда Яниса, отца Николетты. И смотрел он на меня с бешенством в глазах, как на букашку, посмевшую испачкать его рубашку и покуситься на то, что находится под его защитой.

А после меня ослепила боль.

Глава 13

Лорд Янис, кажется, не сдерживал силу удара, поскольку мою щеку буквально обожгло огнем. После этого буквально через несколько секунд в комнату забежала его жена, быстро оценила обстановку и подбежала ко мне, пиная больно вбок.

Не знаю, что стукнуло в голову лорду Янису, но он быстро ее оттащил, что-то выговаривая и ругаясь на жену.

Из-за того, что мое лицо горело, а голова кружилась, я практически ничего не соображала и даже не понимала, что творится вокруг меня. Не верилось, что меня буквально избили, причем сделал это лорд Янис.

Я готова была расплакаться, но главное, что царило в моей душе, так это страх. Если они подобным образом поступили со мной, то Мир, который сейчас был с Ханной, находился в опасности. Оставалось уповать лишь на то, что они побоятся трогать его из-за Ардена. Пусть он дал понять, что со мной можно обращаться, как с обычной прислугой, это не означало, что он не разозлится, если что-то случится с его сыном.

– Так, ладно, давайте ее в подвал. Если что, скажем, что она ушла к отцу и передала, что вернется через несколько дней. За это время синяки с ее тела как раз сойдут. Вызовите нашего лекаря и никому ни слова! Только Ириса может об этом знать.

Отец семейства отдал распоряжения жене и дочери, а затем подхватил меня на руки.

– И что мы будем с ней делать? Зачем ее лечить? Пусть так заживет, мы никакой прислуге таких услуг не предоставляем. Ишь, еще личного лекаря ей подавай, – возмутилась его жена, но Янис таким взглядом посмотрел на нее, что она моментально заткнулась.

– Папа, я не понимаю, зачем нам звать ей лекаря и держать в подвале? Просто оставим ее так. Я пожалуюсь Ардену, что она напала на меня, а ты меня защитил. Ведь это правда.

– Вы обе дуры, если не понимаете элементарного. Нужно, чтобы с ее тела сошли синяки от моего кулака и ударов Николетты. Всё остальное ерунда, скажем, если вдруг всё вскроется, что она упала с лестницы, и мы побоялись, что обвинят нас.

– Но, папа, она и правда напала на меня, я даже не совру своему мужу. Не понимаю, зачем так шифроваться.

– Скажи мне, моя дорогая дочь, сегодня твой муж ночевал в твоей спальне?

Всё то время, пока шел разговор, меня несли куда-то вниз, видимо, в подвал.

– Нет, пап, не ночевал. При чем тут это? Ты тоже часто не спал с мамой. В этом ведь ничего такого нет, – растерянно ответила Николетта.

Я бы усмехнулась и рассмеялась, если бы у меня так сильно не болела и не кровоточила губа. Кажется, девочка, действительно, не понимала, что если муж не ночует в спальне, то что-то здесь не так. Либо он ее так воспитывает, либо у него другая.

Жаль, что я этого не поняла еще в первый год брака. Просто у меня в семье так же, как и у Николетты, было заведено совсем по-другому. У моего отца была личная спальня, куда никому нельзя было входить, а Римма спала отдельно. Где они встречались, когда им нужна была близость, я не знала и, честно говоря, этим не интересовалась.

Спустя время, понаблюдав за другими парами, к концу брака я начала осознавать, что что-то в этом было не так, а тогда, наоборот, радовалась, что изредка Арден спал в спальне.

Мне казалось, что он просто любит меня больше, чем мой отец Римму, а на самом деле, всё это было не нормой.

– Я тебя люблю, Николетта, ты ведь моя дочь, но такая же непроходимая тупица, как и твоя мать. Если муж не ночует в спальне, значит, что-то в ваших отношениях не так.