Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Знаешь, приятель… С одной стороны, я хочу осудить тебя за то, что ты сделал. Ведь ты поступил омерзительно по отношению к своей семье. Но с другой… Я реально сочувствую тебе… Ты пережил такой ужас, который никому не пожелаешь пережить. Это и правда ужасно…

— Ты не веришь мне?

— Нет… Я верю тебе… И рад, что ты все-таки смог пойти против воли дяди и спасти себя, брата и ту девушку от гибели. Несмотря на все, что было до этого, тогда ты смог проявить какую-то силу.

— Я не буду обижаться, если ты начнешь осуждать меня. — Эдвард виновато склоняет голову, лишь иногда испуганно поглядывая на Кристофера. — Ты вправе считать меня ужасным человеком.

— Не буду делать вид, что все твои поступки правильные. Хоть ты – мой друг, я не могу закрыть глаза на все твои делишки.

— Если хочешь, то я могу уйти из твоей квартиры и больше не общаться с тобой. Только дай мне знать. И не беспокойся, с жильем и работой я что-нибудь придумаю. Я найду другие способы устроиться в жизни… Ведь мне не привыкать жить в тяжелых условиях. Я с семнадцати лет так живу. Ничего страшного.

— Нет-нет, все в порядке, — спокойно говорит Кристофер, выставив руку ладонью к Эдварду. — Не надо никуда уходить.

— Ты тоже возненавидишь меня так же, как и вся моя семья и некоторые мои друзья?

— Если бы дело касалось меня, и ты поступил так отвратительно со мной, то я бы однозначно начал ненавидеть тебя и разорвал бы нашу дружбу. Я не буду вмешиваться и вставать на чью-то сторону. Разбирайся со своей семьей сам. А я буду сохранять нейтралитет . Но скажу одно: самое главное – тебе вовремя удалось понять свои ошибки и хоть как-то исправить некоторые из них.

— Это определенно дает мне облегчение, — тихо говорит Эдвард, чуточку успокоившись, но все еще выглядя очень напряженным.

— Возможно, со временем другие тоже поймут тебя. По крайней мере, поймут, что ты не хотел вредить своей семье и вел себя так лишь из страха перед своим дядей.

— Ах, Крис… — Эдвард сгибается пополам и опирается локтями о колени. — Может, ты и понял, но другие точно не поймут. Они никогда не простят мне всего, что я сделал. Уверен, что все снова вспомнили о моих грехах и начали осуждать меня.

— А может, они все поймут, когда немного успокоятся? Ведь теперь твоя семья знает всю правду и только лишь должна принять ее.

— Сомневаюсь. Больше никто не захочет разговаривать со мной: ни отец с матерью, ни брат и его невеста, ни бывшая девушка, ни их общие друзья… Уж на прощение Терренса и Наталии я точно не могу рассчитывать. Один считает, что я предал его и наплевал на его чувства, а другая злится из-за всех моих оскорблений и унижений.

— Нет, ну обиду Наталии я еще могу понять, хотя, как уже было мною сказано, она сама должна была понимать, к чему привело бы ее молчание. Но неужели ты реально думаешь, что Терренс не сможет простить тебя?

— Теперь я не могу говорить, что не предавал брата. Когда я попытался убить Терренса, то уже предал его. Даже если я сказал брату о желании дяди заставить меня сделать это задолго до той встречи.

— Но ведь ты сам сказал, что с трудом уговорил его и свою невесту своего брата помочь тебе, когда твою бывшую похитили.

— Ракель было проще уговорить. Ради подруги она была готова забыть обо всем. А вот с Терренсом все было гораздо сложнее. Он был готов вышвырнуть меня из дома, как собачку. И сделал бы это, если бы Кэмерон не приструнила его. Правда, это не остановило его от того, чтобы наброситься на меня с кулаками. Но я не отвечал ему. Потому что знал, что был виноват перед ним. Не имел права что-то отрицать. Не хотел провоцировать еще один скандал.

— Но ведь он согласился .

— Сомневаюсь, что он хотел помочь мне. Его просто уговорила Ракель. А уж ради нее мой брат готов на все. Даже переступить через гордость и обиду. Он обожает эту девушку и по уши влюблен в нее. До сих пор помню, как Терренс страдал, когда они едва не расстались. Эта долгая и неприятная история, но она закончилась хорошо, и они спасли свои отношения.

Глава 32.3

— Мне кажется, ты ошибаешься , приятель. Если бы Терренс не хотел видеть тебя и мечтал выгнать из дома, то Ракель не была бы для него указом. Он бы схватил тебя за шиворот и выставил за дверь. Твой брат не стал бы кого-то слушать, особенно девушку. Будучи в состоянии ярости, он бы просто заткнул ей рот и приказал стоять в сторонке, и она бы ничего не смогла сделать.

— Нет, Крис, все это время он терпел меня только ради своей невесты. Даже мама, которая переживает из-за того, что мы разругались, не смогла бы вразумить его.

— А как вы с братом общались до того, как поссорились?

— Очень хорошо. Мы прекрасно ладили и отлично понимали друг друга. Это человек всегда был для меня лучшим другом, которого я высоко ценю и уважаю за то, кто он есть, и чего ему удалось добиться. Однажды он принял меня как друга и позволил мне стать ему близким человеком. Но я реально сомневаюсь, что Терренс примет меня и как своего брата.

— А как он себя вел после того, как ты сдался и не стал убивать его?

— Удивительно, но слишком хорошо. Он ничуть не обиделся на то, что я чуть не выстрелил в него. Не поверил дяде, когда тот обвинил меня в убийстве Николаса. Терренс даже не позволить мне выстрелить в самого себя, когда дядя предложил мне сделать это, мотивируя это тем, что я не смогу жить спокойно после того, что произошло.

— Не фига себе! — удивляется Кристофер. — И после этого ты