Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Об этом я и говорю! Обсуждать эту ситуацию, жалеть Терренса и Ракель с Наталией и осуждать Эдварда мы можем сколько угодно. Только вряд ли им это поможет.

— Я тоже так думаю. — Даниэль скромно улыбается. — Так что предлагаю все-таки оставить их в покое и поговорить о чем-то более приятном. Все-таки я вытащил тебя из дома не для того, чтобы мы говорили о проблемах МакКлайфов. А чтобы ты успокоилась с мыслью, что твоя подруга жива и здорова.

— Ты прав, — слегка улыбается Анна и окидывает взглядом все, что видит. — Лучше и правда закрыть эту тему. А иначе я сойду с ума.

— А я не хочу этого. — Даниэль мягко проводит рукой по щеке Анны и убирает с ее глаз пару прядей волос. — Я хочу, чтобы ты была счастливая, веселая и здоровая.

— Не сомневаюсь, что ты поможешь мне в этом.

— Разумеется, моя принцесса. Для этого я и пригласил тебя прогуляться по городу и полюбоваться всей этой красотой.

— Здесь и правда очень красиво, — скромно улыбается Анна. — Просто изумительное место…

— Не могу не согласиться. — Даниэль закидывает свою руку вокруг шеи Анны, притянув ее поближе к себе. — Моя прекрасная девушка гуляет в прекрасном месте. Все как и должно быть.

— Ах, Даниэль…

Анна со скромной улыбкой опускает глаза вниз, обвивает руками талию Даниэля и прижимается к нему как можно ближе. Молодые люди продолжают свой путь и некоторое время идут в полной тишине, посылая друг другу нежные взгляды и милые улыбки или с интересом осматривая удивительной красоты местность, в которой они сейчас находятся.

— Все-таки отличное я выбрал местечко для прогулки, — с широкой улыбкой говорит Даниэль. — Во-первых, здесь обычно мало кто бывает. А во-вторых, мы можем хорошо провести время и насладиться обществом друг друга.

— А еще здесь очень красивый вид на закат солнца, — с легкой улыбкой добавляет Анна, обратив внимание на невероятной красоты неба, окрашенное в разноцветные цвета. — Всегда любила наблюдать за тем, как солнце садится за горизонт… Это выглядит так красиво…

— Согласен, выглядит и правда впечатляюще. — Даниэль начинает смотреть то на закат, то на волосы Анны, по которым он проводит кончиками пальцев. — А этот цвет неба для меня ассоциируется с твоими волосами… Точнее, с их цветом… Ярко-красный.

— Это не мой родной цвет волос, — признается Анна. — Мой натуральный цвет – каштановый. Но однажды одна девочка посоветовала мне перекрасить их в рыжий. Мне подобрали такой классный оттенок, что я больше не захотела никакой другой.

— Уверен, ты бы выглядела сногсшибательно с любым цветом волос.

— Слава богу, родители не запрещали мне красить волосы и стричь их. Конечно, за мальчишескую прическу или лысую голову они меня прибили бы. Но я бы ни за что не стала остригать все свои волосы.

— А у тебя всегда были длинные волосы? Или ты когда-нибудь носила короткие?

— Нет, у меня всегда были длинные волосы. Один раз их длина вообще достигала моей поясницы. Но в последние несколько лет я предпочитаю волосы именно такой длины и такого цвета. Не очень длинные, не очень короткие.

— Понятно… — Даниэль все еще продолжает проводить кончиками пальцем по волосам Анны и перебирать их, рассматривая каждую прядь с легкой улыбкой на лице. — Какая же красота… Могу вечно перебирать твои мягкие волосы… А еще они так вкусно пахнут.

— Как и я – твои, — скромно улыбается Анна и дотрагивается до волос Даниэля у него на виске. — Я ассоциирую их с темным шоколадом.

— Мне говорили это с самого детства, а многие в шутку говорили, что хотят съесть мои шоколадные волосы, — тихо хихикает Даниэль. — Мама всегда восхищалась ими и отмечала, то у моего отца были такие же. И это правда. Они были такого же шоколадного оттенка, но чуть менее густыми. Но тут думаю, уже было дело в возрасте, ибо мама говорила, что в молодости у папы была роскошная шевелюра.

— Наверное, когда кто-то ел кусочек шоколадки, то все обязательно шутили про твои волосы.

— Было такое. Один мой приятель постоянно таскал с собой маленькие шоколадки и подшучивал надо мной, когда ел их.

— А ты мог бы смеяться над собой и пошутить про волосы, поедая шоколадку.

— Вообще-то, я равнодушен к шоколаду. Не знаю, меня никогда не тянуло на сладкое… С самого детства… Я могу съесть какой-нибудь тортик, печенье или эклер с чашкой кофе, но для меня это будет обычной едой. Есть те, кто буквально сходят с ума, если не съедят что-то сладкое, но я не из тех людей.

— А вот мне нравится темный шоколад, хотя я не употребляю его слишком часто. С удовольствием съем маленький кусочек, но не буду объедаться.

— Вот и со мной то же самое. Не могу сказать, что ненавижу сладкое, но все же я никогда не был зависим от шоколада и сахара.

— Понятно.

В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, во время которой Анна и Даниэль останавливаются возле края обрыва, с которого начинают наблюдать за шикарным видом на гористую местность, что располагается где-то вдали, приобняв друг друга обеими руками и всей душой наслаждаясь тем теплом, что исходит от любимого человека.

— Слушай, а тебе никогда не хотелось покорить вершины высоких гор? — проявляет интерес Анна.

— Только если для того, чтобы посмотреть на мир с огромной высоты, — задумчиво отвечает Даниэль. — А так не очень, если честно… Чем выше поднимаешься, тем холоднее становится. И тем меньше кислорода на каждой новой высоте. Не подходит для меня… Потому что я предпочитаю теплую погоду и лето…

— Это все потому, что ты родился летом двадцатого августа? — скромно хихикает Анна.

— Как и ты. Но пятнадцатого июля.

— Теплую погоду и лето я тоже люблю. Хотя бы за то,