Неизбежная тьма - Рейвен Вуд

— Мне просто интересно, что в этом такого важного.

Он бросает на меня взгляд краем глаза.

— О чем ты?

— Я о вопросах, которые ты мне задаешь. О том, что случилось шесть лет назад.

Его челюсть сжимается всего на долю секунды. Но когда он отвечает, его голос остается нейтральным. Невозмутимым.

— Мне просто нужны ответы на некоторые вопросы. Вот и все.

Мое сердце сжимается от внезапного, неожиданного приступа боли. О, держу пари, что так оно и есть. Ответы на такие вопросы, как "почему и за что мы убили твоих родителей той ночью, когда они ничего плохого нам не сделали?"

Часть меня жалеет, что я не могу ему все рассказать. Вряд ли это удовлетворит его, но по крайней мере, он получит нужный ему ответ.

Когда я думала о Рико последние шесть лет, я всегда представляла, что он живет прекрасной жизнью. Той жизнью, которую мне бы хотелось иметь. Но теперь, когда я здесь, теперь, когда я вижу, как сжимаются его челюсти и мерцают глаза, когда он говорит о той ночи, я понимаю, в каком аду, должно быть, оставила его.

Однажды ночью мы ворвались в его дом, убили его семью, но оставили его в живых, а затем исчезли, как призраки, не оставив после себя ни следов, ни объяснений. И с тех пор он каждый день скрывался.

Крошечный кусочек, который еще остался от моей давно убитой совести, пульсирует от боли. У него действительно есть все основания ненавидеть меня. Желать моей смерти. И единственная причина, по которой я еще не умерла, заключается в том, что он отчаянно хочет получить ответы на эти вопросы. А это значит, что я должна скрыть их от него любой ценой.

Он останавливает машину возле моего дома, но не выключает зажигание.

На востоке солнце только-только пытается подняться над горизонтом. Остальная часть жилого района вокруг нас тиха и неподвижна. Я перевожу взгляд с Рико на дверь.

— Ты меня отпускаешь? — Нерешительно спрашиваю я.

Он не сводит глаз с пустой дороги впереди и отвечает:

— Да.

— Спасибо.

Его глаза по-прежнему устремлены на дорогу, и он ничего не говорит.

Я отстегиваю ремень безопасности и медленно вылезаю из машины. Он не останавливает меня. Как только я закрываю за собой дверь, он тут же уезжает. Я делаю глубокий выдох.

Некоторое время я просто стою на месте, даже после того, как его машина скрывается из виду. Теплый утренний воздух, пахнущий камнем и соснами, наполняет мои легкие, когда я снова делаю глубокий вдох.

Потому что, возможно, мне наконец-то удалось навсегда одурачить этого прекрасного принца мафии.

Глава 14

Рико

Дверь в мою спальню распахивается настежь. Раздается такой грохот, что едва не дребезжат стекла, когда она врезается в стену в коридоре. Я резко вскакиваю, моя рука уже тянется к пистолету, прежде чем я понимаю, что точно знаю, кто это.

— Так, вставай, — приказывает Джейс, заходя в мою комнату в сопровождении Кейдена.

— Отвали, — отвечаю я и снова ложусь на спину.

Оранжевые и красные лучи заходящего солнца проникают в окна. Правда, еще слишком рано ложиться спать. Но я не спал почти всю ночь, пока похищал Изабеллу, а потом несколько часов сидел в лесу и наблюдал за ней, так что со вчерашнего дня я практически не спал. К тому же мне нужно было подумать.

Боль пронзает мое плечо, когда в него внезапно врезается что-то твердое. Я снова сажусь и хватаю предмет, который врезался в меня.

Подняв брови, я недоверчиво смотрю на Джейса, держа в руках длинный твердый предмет.

— Ты что, только что бросил в меня биту?

— Да. — Он выхватывает ее у меня из рук, ловко вращает ею в воздухе и направляет мне в грудь. — Вот что ты получаешь за то, что хандришь.

— Я не хандрю.

Кейден бросает на меня взгляд, бесстрастно опускаясь в одно из кресел у стены.

— Ты хандришь.

— Видишь? — Говорит Джейс, все еще направляя на меня биту.

— Убери биту от моего лица, — бормочу я.

Чертова ухмылка нарушителя спокойствия расплывается на губах Джейса, но он не убирает биту.

Я хватаю пистолет с прикроватной тумбочки и вскидываю руку, взмахивая оружием.

— Я сказал, убери биту от моего лица.

Кейден, сидящий в кресле, хихикает. Джейс лишь закатывает глаза, глядя на меня, но опускает свою чертову биту.

Мой матрас подпрыгивает, когда он вместо этого плюхается в изножье кровати, вытягивая руки над головой, положив биту сбоку. Его массивное тело занимает почти половину гребаного пространства, поэтому я пинаю его в бок. Он поднимает голову и, прищурившись, смотрит на меня. Медленными и угрожающими движениями он поднимает биту и предупреждающе направляет ее на меня. Я усмехаюсь.

Он улыбается мне и снова ложится на кровать.

Я подвигаюсь, чтобы сесть, и прислоняюсь спиной к темному деревянному изголовью кровати, а затем выжидающе смотрю на них обоих.

— Итак, вы чего-то хотели или просто пришли, чтобы вывести меня из себя?

— Ты зашел в тупик с Изабеллой, не так ли? — Сухо говорит Кейден. Но это скорее утверждение, чем вопрос.

Черт бы побрал его глаза, которые всегда видят слишком много.

Подтянув ноги, я упираюсь локтями в колени и глубоко вздыхаю.

— Да.

В комнате становится тихо, и эта тишина продолжает нарастать. В какой-то момент Джейс, кажется, собирается что-то сказать. Но Кейден бросает на него острый взгляд, и он снова закрывает рот. Я не знаю, смеяться мне или ругаться.

У Кейдена есть много способов разговорить людей. Это один из них. Он задает вопрос, на который собеседник не хочет отвечать, а затем просто молча сидит и смотрит на него своими темными глазами. Под этим взглядом жертва не выдерживает и начинает говорить, хотя и не хотела этого.

Я точно знаю, что он делает. Но каким-то образом это все еще работает. Чертов безжалостный ублюдок.

— Угрозы не работают, — говорю я, проводя пальцами по волосам, прежде чем снова поднять голову. — Унижение, удивление не работают. — Я с трудом выдыхаю. — Ничего, блять, не работает.

— Ты знаешь, что есть пословица о мухах и алкоголе? — Спрашивает Джейс, все еще растянувшись в изножье моей кровати.

Я хмуро смотрю на него.

— Что?

— Ну, знаешь, что на спирт можно поймать больше мух, чем на уксус, и все такое?

— На мед, — говорит Кейден.

— Что-то, дорогой? — Отвечает Джейс.

Из моей груди вырывается смех.

Сидя у стены, Кейден бросает мрачный взгляд на младшего брата.