Строптивая для бандита - Виктория Райн

пистолетом перед матёрыми вояками. Парни в ахере, но резких действий в её сторону не предпринимают. Костя подал знак, и все замерли в ожидании развязки, беспрепятственно пропуская девушку ко мне.

— Блядь, мыльная опера в сто пятьдесят первой серии или вторая часть «Марлезонского балета», — усмехнулся я.

Графиня легко одета, всклокочена и, кажется, похудела ещё больше, чем раньше. Впрочем, совсем неудивительно, потеря близких никогда не проходит бесследно. Налил себе еще порцию виски, первую как-то незаметно для себя уже прикончил, и с предвкушением ждал позднюю гостью. В очередной раз она ворвалась в кабинет едва не с ноги, распахивая дверь. Дежавю, совсем недавно она также бесстрашно отстаивала свою свободу.

— Это ты виноват в его смерти! Я хочу, чтобы ты отправился следом!

— И тебе здравствуй, — с нарастающим возбуждением поздоровался с этой амазонкой.

«Да ты шикарна моя девочка! Твой гнев поистине прекрасен! Горящие безумием глаза, чуть припухшие от частого закусывания губы. Я словно чокнутый Джокер любовался своей Харли Квинн. Не мог оторвать взгляда и усмирить нарастающую эрекцию».

— Валиев, есть последняя воля или может завещание уже давно готово?

Дуло пистолета было направлено примерно мне в лоб. Чуть отклонил голову вбок, её руки дрогнули, но она не опустила оружие.

Вцепилась в рукоять своими тонкими пальцами пытаясь не потерять настрой и выполнить угрозу. Только мне было очевидно, что держать револьвер ей приходится второй раз в жизни. Первый, видимо, был, когда она по счастливой для неё случайности выхватила ствол у Кости.

— Насмотрелась сериалов кукла? Кто тебя учил так держать пушку?

— Заткнись! Мне глубоко плевать на все оправдания, которые у тебя, как у опытного шулера запрятаны в рукаве! Я знаю, что это твой поздний звонок отцу привёл его к очередному сердечному приступу! Только ты виноват в его смерти!

Отставив в сторону стакан, я встал и пошёл к ней навстречу. Лира неуверенно сделала шаг назад.

— Стой, где стоишь! Иначе я выстрелю!

— Валяй. Мне уже давно насрать на собственную жизнь. Я не боюсь смерти, Лира. Иногда именно она спасение, или решение многих проблем, — уткнулся грудью в дуло практически игрушечного револьвера.

— Валиев, я, конечно, в курсе, что ты псих, но не знала, что настолько. А если у меня дрогнет рука? Неужели так сильно доверяешь мне или сомневаешься, что мне хватит духа грохнуть тебя? Руслан, мне больше нечего терять.

— Нет. Просто мне совершенно нестрашно. Я мог уже раз десять забрать эту «зажигалку» из твоих рук. Если бы я дал отмашку парням, они разоружили бы тебя ещё у ворот.

— Тогда ты полный идиот, что впустил меня так далеко, — послышался щелчок снятого предохранителя.

— Ты права. Только я недалеко, а, кажется, слишком глубоко впустил тебя… Смотри мне в глаза, когда выстрелишь. Если я всё ещё буду дышать, то не раздумывая добей контрольным в голову. Иначе… Я выживу, Лира. И когда я приду за тобой, а сомнений в этом быть не может, ты не сможешь спрятаться даже в космосе.

— В этот раз я тебя точно пристрелю, — насколько могла чётко произнесла она.

— Не мешкай, Лира. Иначе добычей можешь стать ты.

Глава 18

Лира.

Руслан поднёс мою руку с наведённым на него пистолетом и уткнул дуло прямо себе в лоб. Усмешка, прочертившая губы мужчины больше походила на оскал, но мне было не страшно. Скорее наоборот, она и придавала смелости, не позволяла обнаружить ему мой страх и растерянность.

— Ты сумасшедший! — выдохнула от его поступка и ладони, в которых было зажато оружие, дрогнули.

— Неужели ты думаешь, что я получил этот город за красивые глаза? Поверь, мне пришлось выгрызать его зубами и рвать противников на части едва не голыми руками.

Его уверенный, но вмиг став пьянящим шёпот, проникал под кожу, до вставших волосков на руках. Взгляд тёмных как ночь зрачков, заполнивших почти всю радужку, заставлял разбегаться по телу новому и неведомому мне минутой раньше возбуждению.

Глаза в глаза, но весь организм кричал об опасности, что представляет собой этот мужчина. Это не желторотый однокурсник и далеко не простой избалованный мажор, из которых раньше состоял круг моего общения. Передо мной «матёрый волк», имеющий за спиной стаю.

«Не показывай хищнику, что боишься его, иначе почувствовав твою слабость, он тут же вцепится в глотку».

— Почему ты медлишь, Лира? Вот я, прямо перед тобой. Исходя из прослеживающейся в твоих действиях логики, причина смерти Степана Алексеевича — я. Стреляй. Стань такой же убийцей, как и тот, кого ты решилась лишишь жизни.

Поверь, город вздохнёт с облегчением, но это единственное, что ему дадут. Тебя посадят. Бизнес, который твой отец налаживал годами, развалится. За моё место начнётся грызня и в нашем городе станет невыносимо не только жить, но и существовать.

На долгие пару секунд я зависла. Понимала, что его слова не лишены здравого смысла. Раз уж простая горничная помогала мне прийти в себя и заикнулась не только о своей жизни, которая может измениться, если я не возьму себя в руки, то что и говорить о простых работягах. Они действительно кормят свои семьи на то, что зарабатывают сети наших фирм.

— Знаешь, Валиев. Я не буду марать об тебя руки. Ты прав, всё равно кто-то из твоих же «подчинённых» однажды грохнет тебя.

С каким-то запоздалым облегчением выдохнула и стала опускать пистолет, но Руслан перехватил руку.

— Я предупреждал тебя, Лира…

В эту же секунду он дёрнул меня к себе за полы жакета и впился в губы выпивающим саму суть поцелуем. Как эта же деталь гардероба не пошла по швам от его напора, а позже он оказался на полу, я не знаю. Остатки разума, который благополучно покинул меня, бросив наедине с Русланом, сосредоточились лишь на его губах.

Они обдавали жаром, нетерпением и поглощали всю меня без остатка. Пару секунд на то, чтобы перевести дыхание и вот уже мои растрёпанные волосы в его кулаке, рука плавно ведёт вверх по бедру и шелковая сорочка, что временно служила мне платьем, предательски ползёт выше изначального расположения. Ещё немного и окажется собранным комком ткани на талии.

Исчезло всё. Остались лишь его шершавые ладони, что вовсю хозяйничали по моему телу и неровное дыхание, которое с трудом передавало кислород в организм. Пистолет выпал из рук, каким чудом он не выстрелил, ведь я снимала его с предохранителя, даже не представляю.

Миг и я уже опоясываю Валиева своими ногами. Пара шагов, и я слышу, как разлетается вдребезги стакан, видимо тот, из которого