Моя за 30 дней. Я научу тебя любить - Анна Лапина

лезть, — заявляется она, фыркнув на мой вопрос. — Ты смотри, к этому Дорофееву не подходи. У них с Пашей сложные отношения. Воюют уже почти год без остановки. Но кто эта Екатерина Елизарова, я узнаю… Вдруг из-за нее все проблемы. Интересно же, — говорит не то себе, не то мне. Забирается обратно на кровать и взглядом предлагает продолжить наш киносеанс.

Нам удается посмотреть целых двадцать минут мультфильма, а после нас находят.

— Я должен был догадаться, что вас без присмотра лучше не оставлять, — вздыхает Паша, глядя на нашу идиллию. — Обе спрятались!

— Вообще-то я здесь твою невесту от взглядов потенциальных альфа-самцов охраняю, — бросает ему Лина, улыбнувшись. — Так что завтра утром требую свою оплату за услуги охраны.

— Поэтому сама валяешься с ней в кровати? — спрашивает Паша, улыбнувшись.

— Ну, мне можно, — заявляет Сабурова, махнув рукой. — Во-первых, она меня не привлекает. А во-вторых, уж у брата любовь я не уведу.

— Пойдемте в зал, — командным тоном приказывает этот деспот. — Быстро! Обе! Твои жалобные глазки на мне не сработают, Надя, — пресекает и мою попытку спастись от общества.

— Тиран! — бросаю ему я, вставая с кровати.

— И как ты его можешь любить после этого? — ворчит Лина и резко оборачивается ко мне. — Или ты его женишь на себе, а потом убьешь, чтобы заполучить его наследство? — довольно улыбается собственным мыслям. — Тогда я в доле! Помогу и брата убить, и закопать, и наследство получить, — заявляет она и первой покидает комнату.

— Иди уже, кровожадная, — хохочет Паша ей в спину. — Силушки-то хватит?

— А зачем мне сила? — оборачивается она к нему. — Я тебя из лука жизни лишу. Будет красиво! Яд и пистолет — не мои орудия.

Позволяю Паше приобнять меня за талию и утащить туда, где уже яблоку упасть негде.

Сестра с братом без конца препираются, но их беседы выглядят, как баловство.

Лина брата очень любит, и все ее шутки, лишь чтобы развлечься. А так она за него любого порвет. По взгляду ясно.

Мне вообще нравится Лина, как человек. Вроде и юная девушка, но не по годам умная и мудрая. Вроде и идет на уступки кому-то, но в то же время думает, что можно делать, а что нет. И эта ее любовь к брату…

— Ну и где вы были? — спрашивает нас с Линой Алиса Олеговна.

— Пудрили носики, — отвечает за нас Паша. — С трудом пудру у них отобрал.

— Лина, пойдем. Я познакомлю тебя с одним человеком, — заговорщицки шепчет Кристина Рустамовна и хочет взять внучку за руку, но Паша вновь спасает сестру.

Просто и без каких-либо сомнений, даже несмотря на то, что Лина вызвалась помогать мне организовывать убийство будущего мужа.

— Бабуль, она обещала этот танец мне, — произносит Паша и, взяв сестру за руку, ведет на танцпол.

— Ну, раз такое дело, то пойду я Богдана затащу, — говорит мне Кристина Рустамовна.

— А я Рустама. Пусть потрясет своей обвисшей пятой точкой, — хмыкает Алиса Олеговна и испаряется в одну секунду.

— А я… — смотрю им вслед.

Беру бокал с водой и аккуратно продвигаюсь к стенке, чтобы там подождать младших Сабуровых. Бросили меня на произвол судьбы! Но так оно и лучше. Не люблю быть в центре внимания.

— Не удалось укрыться? — звучит рядом голос Дорофеева.

— А? — оборачиваюсь к мужчине и инстинктивно делаю шаг назад, чувствуя от него некоторую опасность. Не стал бы безобидный человек дожидаться, пока другой останется один, чтобы подкараулить и завести с ним беседу. К тому же Лина говорила держаться от него подальше.

— Говорю, Паша вас нашел, Надежда? — уточняет он, улыбнувшись.

— Откуда вы знаете, кто я? — напряженно спрашиваю.

— Я знаю все о страсти Сабурова, — как-то коварно и злорадно ухмыляется он. — Я знаю о нем много… О сестре Серова в нашем обществе много сплетен ходит, но в основном, что вы главная страсть Пашеньки…

— Забавно, — прыскаю, надев маску, которая соответствует моему луку. — Тогда вы знаете, кто мой брат и как ревнив Паша. Поэтому вам следует отойти от меня на несколько шагов.

— Знаю, — мои слова его ни капли не пугают. — В особенности последнее. Показывал мне недавно характер… Настоящий львенок, но сил маловато.

— Мне не интересны ваши с ним дела, — важно заявляю, вспомнив слова Лины и то, какое поведение она мне советовала.

— А я все же настаиваю, — быстро берет меня за руку. Пытаюсь тотчас вырвать свою кисть из его хватки, но он не дает мне этого сделать, резко дернув в сторону выхода.

Бросаю взгляд на Пашу, в надежде, что он заметит и поможет, но мой жених увлечен сестрой и танцем, как и все, кого я знаю и кто мог бы мне помочь.

Черт!

— Отпустите! Я буду кричать, — прошу Дорофеева.

— Я лишь выведу вас на улицу, Надежда, — спокойно говорит, но своих действий не прекращает. — Мы будем среди людей. Мне просто нужно поговорить с вами.

— Пожалуйста, — молю его, погрязнув в страхе. И даже техники психолога не помогают собраться и взять себя в руки. — Давайте не будем? Пожалуйста.

— Ладно, — сдается он, указав на скамью. — Здесь разговор вас устроит, Надя?

Несколько секунд смотрю на скамейку, людей, которые то и дело проходят мимо, на дверь, ведущую на само торжество и… и сдаюсь.

— Говорите, — опускаюсь на скамейку, поглядывая на дверь зала, откуда может в любой момент появиться Паша.

Тогда я дам ему сигнал и он заберет меня.

Песня продлится еще несколько минут, а после Сабуровы заметят, что меня нет.

— Наша ссора с Павлом произошла банально из-за девушки, — начинает Дорофеев, сев рядом. — Понимаете ли, я влюбился в одну девушку. У нас даже случилась ночь любви, и мы ездили отдыхать, но сразу после этого отпуска я узнал, где она работает. И был неприятно удивлен, что ее босс, Пашенька, спрятал девушку от меня.

— Так просто он бы этого не сделал.

— Пашенька паникер у тебя. Да, мы поссорились, но она мне нужна.

— И что вы хотите от меня? — спрашиваю его, не сводя взгляда с людей.

— Я уверен, что Лина ничего делать не будет, а ты могла бы для меня добыть номер.

— А мне что с этого? — перевожу взгляд на него.

— Буду твоим должником.

— Надя! — звучит со стороны входа в зал, и Паша в секунду оказывается рядом.

Он оказывается рядом за несколько секунд.

— Надя! — хватает меня за руку, поднимает со скамейки и прячет себе за спину. — Какого черта, Дорофеев?!

— Все то же самое. Мне нужна моя Катя, — отвечает мужчина, поднявшись на ноги. — Ты даешь мне Катю — я не трогаю