Хозяйка класса Люкс - Ямиля Нарт

— Сложная работа, — заметил он. — Каждый кристалл огранен так, чтобы преломлять свет максимально эффективно

Продавец, пожилая женщина с умными глазами, увидев Лириана, не растерялась, а лишь оценивающе подняла бровь.

— Ваш спутник актер? Уши как настоящие.

— Что-то вроде того, — быстро ответила я. — Нам нужна вот эта модель.

Я показала на фотографию.

Массивная, бронзовая, с сотнями подвесок из муранского стекла, она стоила как небольшой автомобиль. Когда менеджер, затаив дыхание, включил ее, весь зал озарился теплым, мерцающим светом, а на стенах заплясали тысячи радужных зайчиков. Я посмотрела на Лириана.

— Да, — тихо сказал он. — Это оно. Это станет достойным солнцем для холла.

Мы купили ее. Доставка, как всегда, была на квартиру к родителям. Установку в этот раз решили не заказывать. Мама, увидев гигантские коробки, только вздохнула:

— Олюша, у тебя хоть потолки не рухнут от этой махины?

Следующим этапом было «объяснение» Дому, что от него требуется. Мы принесли все образцы в холл и разложили их на полу. Я положила руку на шершавую каменную кладку.

— Вот, смотри. Этот камень новый пол. Эти обои — для стен. А эта лампа — образец для светильников. И главное — вот эта люстра. Ее нужно собрать и повесить там, по центру.

Воздух в холле сгустился. Я чувствовала, как внимание Дома фокусируется на образцах. Каменный пол под нашими ногами начал медленно течь и перестраиваться. Грубый булыжник уступал место полированному мрамору с тонкими золотистыми прожилками, точно повторяющему наш образец. Процесс был гипнотическим: камень словно таял и застывал заново, уже в новой форме. Стены начали темнеть, покрываясь гладкой, теплой на ощупь древесиной. Из потолка «выросли» мощные колонны, облицованные тем же материалом.

Сначала возник диван, который перенесся прямо от входа, где мы его оставили, в центр холла. Следом появилась стойка ресепшн — массивная, из темного дерева, с врезанными в нее часами, чей циферблат был сделан из перламутра. Лириан лично проверил устойчивость стойки, приложив к ней усилие, которое, как мне показалось, могло опрокинуть небольшой автомобиль.

Фонтан в углу забил сам собой — Дом нашел источник воды и вывел его в виде изящной мраморной чаши, в которой струи переливались под светом.

Но самым впечатляющим было появление люстры. На темном своде потолка возникли массивные кованые крепления, и из них, словно вырастая из самого воздуха, начала формироваться сложная металлическая конструкция. К ней одна за другой прирастали хрустальные подвески, мерцающие и переливающиеся. Это было похоже на магический ритуал, который длился почти час. Когда процесс завершился, я дрожащей рукой нажала на выключатель, который Дом предусмотрительно «вырастил» рядом со стойкой.

Эффект был ошеломляющим. Сотни стеклянных подвесков заиграли всеми цветами радуги, а теплый свет лампочек, отражаясь в них, создал на стенах и потолке иллюзию мерцающих звезд. Холл преобразился. Из мрачного подземелья он превратился в роскошные, уютные и одновременно величественные апартаменты. Воздух наполнился мягким ароматом дерева и звуком воды. У колонн, как и планировалось, появились высокие растения в кадках, их листья увили теплые гирлянды. По сторонам встали небольшие, но удобные диванчики для ожидания.

Даже Лириан, видевший чудеса эльфийских мастеров, не смог сдержать тихого восхищенного вздоха.

— Потрясающе, — произнес он. — Дом не просто копирует. Он вдохновляется и адаптирует.

Следующей задачей стала организация его личного пространства. Мы поднялись в один из свободных покоев.

— Мне не требуется многое, Хранительница, — сказал Лириан, осматривая пустую комнату. — Коврик для медитаций. Стол, стул, вешалка для доспехов.

— И кровать, — твердо заявила я.

— Эльфы могут восстанавливать силы в состоянии бодрствующего транса. Кровать — излишество.

Мы нашли компромисс. Его комната располагалась рядом с моими апартаментами, «для оперативного реагирования в случае тревоги», как он выразился. Интерьер представлял собой сплав его аскетизма и моих представлений о комфорте. В комнате стояла прочная, но удобная кровать с ортопедическим матрасом (моё требование), простой деревянный стол и стул. Но вместо ковра на полу лежала циновка для медитации, а одну из стен Дом оформил как скалу, с которой струился маленький водопад — источник живой воды для омовений и сосредоточения. Окно, по желанию Лириана, показывало не пейзаж, а звёздное небо, но не земное, а какое-то иное, с причудливыми созвездиями.

Ближе к вечеру, когда мы с Лирианом обсуждали план по привлечению новых постояльцев, раздался знакомый гул входного сигнала. Но на этот раз он звучал иначе — прерывисто, с помехами. Я подошла и увидела, что изображение на экране загружается медленнее обычного. Фигуры проступали сквозь туман, словно пробиваясь сквозь плотную завесу. Наконец, я разглядела шесть коренастых, бородатых фигур в потрёпанной, но прочной броне. Они стояли, тесно прижавшись друг к другу, и оглядывались по сторонам с выражением крайней усталости и настороженности.

— Лириан, посмотри на это. Дом будто с трудом их «загружает».

Эльф подошел и внимательно посмотрел на экран. Его брови поползли вверх.

— Любопытно. Это весьма необычные гости. Судя по всему, они из мира-отголоска. Мира, рожденного силой коллективного воображения.

— Ты о чем?

— Мультивселенная, Ольга, структурирована сложно. Есть миры самодостаточные, первичные. А есть вторичные — созданные мыслями, легендами, сказками народов из других реальностей. Попасть из такого мира наружу чрезвычайно трудно. Они отделены незримой стеной. Тот факт, что Дом услышал их зов… это говорит об их сильной потребности в убежище.

Я открыла дверь. На пороге стояли шесть гномов. Но это были не веселые гномики из сказки. Это были суровые, испытанные боями воины. Их длинные бороды были заплетены в сложные косы, перехваченные металлическими кольцами. Одежда была практичной и прочной, из толстой кожи и грубой ткани, во многих местах залатанной. На поясах висели боевые топоры и молоты. Глаза гномов смотрели на нас с немым вызовом.

Глава 11. Немного о сервисе

Следующий день прошёл в суете. Лазурит оказался не просто спокойным големом, а настоящей рабочей лошадкой. Он без единой жалобы таскал мебель, когда я решила переставить гарнитур в одной из гостиных, помогал Грум-Гру разгружать провизию, привезенную с Земли, и даже научился аккуратно, своими каменными пальцами, складывать белье. Но больше всего меня трогало, как он взаимодействовал с феями. Крошечные создания, сначала побаивавшиеся его исполинских размеров, быстро поняли, что он — воплощение безмятежности. Они порхали вокруг него, садились ему на плечи, и он терпеливо сносил их щебет, изредка отвечая своим низким, гулким голосом, отчего они звонко смеялись.

Однако я понимала, что нельзя бесконечно эксплуатировать новый персонал, не создав для него нормальных условий. Особенно это