Опекун для хулиганки - Диана Фад

— представляет меня Рита. — Это Кики, ты ее уже знаешь, ее муж Ярослав, а это Екатерина Брагина. Она как обычно отдала своего мужа в жертву моему. Их сын Ваня где-то бегает. У нас тут домашний детский сад по выходным частенько образовывается.

Где этот неуловимый Ваня я уже не вижу, смотрю на Кики. Она такая красивая! Я еще в клинике заметила, какая она красавица, а сейчас при прическе и в вечернем платье глаз не отвести. Всегда хотела быть блондинкой, а эта женщина будто без возраста и улыбка такая приятная. Даже суровый муж на ее фоне меркнет.

— Грачев, — рявкает он, протягивая мне руку.

— Угу, — теряюсь я.

— Ну что ты пугаешь девушку, Ярослав, — с укором смотрит на мужа Кики. — Не обращай на него внимания, он не привык к нормальному обществу.

Все смеются, а я понимаю, что оказалась в очень большой семье. Тут все друг друга знают и отношения настолько теплые между ними, что мне невольно завидно. Столько друзей вместил этот дом, что его просто переполняет радостью и весельем. Очень теплая обстановка, я в таких семьях еще не была.

— Дорогие гости, прошу всех за стол! — кричит хозяин дома. — Чем Бог послал, как говорится, ну и что Рита с Машей приготовили.

— Ну скажешь тоже, — смеется Маргарита. — Половина на доставке из ресторана.

— Зачем ты сказала? — притворно возмущается Любимов. — Я бы неделю гордился и вспоминал, как все нахваливали твою стряпню.

— И все это ради сводничества, — фыркает Брагин, которого я еще не видела.

Мужчины только подошли и с ними хмурый опекун под руку с приятной молодой женщиной.

— Не только, — хитро прищуривается Любимов. — У нас с Ритулей будет ребенок.

— Какая прелесть! — хлопает в ладоши Соня.

— Ага, как кролики, — подмигивает ей Сергей. — Ну что, выпьем, товарищи. Я многодетный отец почти в пятой степени.

Глава 25

— Замечательный вечер, — сказала я опекуну, когда мы ехали в машине домой. — Твои коллеги очень интересные люди и такие дружные.

— Есть такое, — немногословно отвечает дядя Жека, подруливая к дому.

— А Ирина? Тебе понравилась новая знакомая, точнее, кандидатка на твое сердце? — усмехнулась я, выходя из машины.

— А тебе? — уставился на меня опекун.

— Ну а я тут при чем? — удивилась я. — Тебе с ней жить и растить детей.

— Никого я растить не собираюсь, и вообще тебя это не касается, — буркнул опекун, открывая ворота. — Ты слишком молодая еще, чтобы понимать.

— С чего ты взял? Да и не такая и большая разница у нас в возрасте, чтобы ты тыкал мне своим жизненным опытом. Может, у меня его и побольше?

— У тебя? — приподнимает брови опекун. — Что-то незаметно.

— Знаешь, что, ты никогда не женишься, хочешь узнать почему? — сержусь я.

— Да мне как-то ровно на твое мнение…

— Неправда, ты только делаешь вид, что такой суровый и тебе никто не нужен. На самом деле у тебя есть сердце, и оно вот здесь!

Тычу пальчиком прямо в грудь в районе сердца опекуна, отчего он вздрагивает.

— А не женишься ты, потому что ни одна нормальная женщина не выйдет за тебя замуж.

Разворачиваюсь и иду к дому, слыша за своей спиной тихое ругательство. Ну а что, я не права? С таким характером, как у дяди Жеки, он точно никогда не женится.

Выпускаю погулять Басю, да и сама иду в сад, чтобы немного успокоиться и привести в порядок мысли. Вечер мне действительно понравился, да и все люди, которые были там. Интересные, веселые, знают, чего хотят, в отличие от моего опекуна. Этот сам не знает и меня сбивает с пути. Впрочем, какой у меня путь? Я тоже не знаю. Но твердо уверена, что хочу семью, детей, вот такой вот большой дом. Это главное для меня. Жить так, как было в детстве с моими родителями. Дом, где жила любовь и слышался смех.

Наши покупки так и свалены в прихожей, поэтому снимаю пальто и прямо в платье начинаю разбирать. Настроение немного поднимается, когда перебираю милые вещички, которые так нужны этому дому. Мне кажется, что я купила все, что может внести женщина, когда входит в дом. То, что создает неповторимый уют, когда появляется женская рука, которая с любовью развешивает веселые прихватки в виде зайчиков, расставляет красивые тарелки, убирает на полку кружки в цветочек.

Полки в шкафчиках заполняются нужными предметами, на стене появляются крючки с половниками, лопатками… Женщина занимается уютом, где бы она ни была, создает вокруг себя атмосферу дома, куда хочется возвращаться, чтобы отдохнуть от каждодневной суеты, переключиться на что-то свое, родное, мир, который принадлежит только тебе, ну или вам двоим.

— Сколько хлама, — недовольный голос опекуна выдергивает меня из своего умиротворения, когда я занимаюсь обустройством быта. — Гнездование какое-то.

— Что⁈ — поворачиваюсь к нему со скалкой в руке.

— Гнездо, говорю, вьешь, — ухмыляется тот, и я даже не знаю, как это получилось.

Скалка сама вырвалась из моих рук и полетела прямо дяде Жеке в лоб. Тот ойкнул, крякнул и осел на пол, закатив глаза. Стою и смотрю на поверженного врага, а сердце бьется так, что того гляди из груди выскочит. Подбегаю к опекуну и опускаюсь на колени. На лбу прямо на глазах красная шишка зреет. Что делать, я знаю, достаю быстро из морозилки курицу и, обернув полотенцем, прикладываю к больному месту. Наклоняюсь, слушаю дыхание, вроде дышит. Еще не хватало собственного опекуна прибить.

— Это что было? — приходит в себя дядя Жека, смотрит на меня мутным взглядом. — Что-то прилетело вроде…

— И еще прилетит, если про гнездо скажешь, — хмуро отвечаю ему, убирая с шишки курицу.

Н-да, рог вырос, теперь проблема, как опекуна к зеркалу не пустить. Но поздно, тот уже голову свою ощупывает и на шишку натыкается.

— Это что⁈ — ревет он, а я быстро вскакиваю с пола, кидаю курицу, которая с грохотом катится в угол кухни, и бегу к себе в комнату.

Мало ли, мне моя жизнь еще нужна.

— Открой! Кому сказал⁈ — рвется в комнату опекун, но я же не дура.

— Да щаз, мне