Измена. Любовь адвоката - Анна Гром

меня. Может быть, где-то говорила больше, чем я, и много говорила о себе, ставила себя в пример, но тогда меня это не настораживало. Этой был мой первый визит к психологу, у меня не было опыта. Очень много мы общались о моих детских травмах, о моей юности, о замужестве. Потом мы множество сессий посвятили моему супругу.

Шумская спрашивала меня очень подробно о нём. От того, что он ест на завтрак вплоть до того, какую позу он предпочитает в сексе. Ещё тогда мне показалось, что эти вопросы не имели большого отношения к моей проблеме, но я всегда была послушной ученицей и безоговорочно ей доверяла и, естественно, делала всё, что она мне скажет.

Она давала мне прямые советы и руководство к действию и даже практически готовые сценарии разговоров с мужем. Меня это тогда тоже насторожило, потому что, насколько я тогда знала, психологи так не работают. Но я подумала, что у Юлии какой-то свой метод, не зря же она так успешна, у неё ведь столько положительных отзывов на сайте.

Из-за её советов я вела себя странно и неестественно, что ещё больше отдаляло меня от мужа: я даже всерьёз крутила воронки изобилия и делала медитации на рост женской энергии, чтобы больше привлекать своего супруга. Изменила причёску, макияж, одежду, начала выглядеть как-то глупо и вульгарно. Начала ходить в ночные клубы, чтобы вызвать у него ревность. Всё по совету Юлии. Но этим я только увеличивала пропасть между мной и мужем, как потом выяснилось. К молчаливому отдалению добавились ссоры и непонимание. Да я и сама не понимала, что делаю. Будто загипнотизированная я слушала только Юлию, а не свой разум.

Потом Юлия предложила мне семейную терапию. Конечно, я с радостью подхватила эту идею. Я уговаривала мужа два месяца, и вот, наконец, он сдался. И это была моя большая ошибка.

Мы посетили три сессия вдвоём. Потом мой муж обрадовал меня тем, что решил сам пойти на терапию, чтобы разобраться в себе и понять, что между нами происходит. Он стал ходить к Шумской чаще, чем я к ней. И возвращался неизменно довольный. Наши отношения теплее не становились, скорее наоборот. Я начала ощущать явное пренебрежение ко мне и от этого нервничала ещё больше.

На сессиях с Юлией я теперь начала ощущать непонятное: завуалированные насмешки, подколы и странные взгляды с её стороны. Я уходила с сессий не на крыльях, как писали в отзывах её клиентки, а будто оплёванная, выжатая, как лимон. Потом, однажды дома я залезла в телефон мужа и увидела сообщения от контакта «Психолог». Эти сообщения я сумела сфотографировать на свой телефон. Чтобы потом меня не обвинили в фантазиях психически нестабильной женщины.

Судя по сообщениям, у моего мужа и Юлии Шумской завязался роман. Который длился, по моим подсчётам, чуть меньше полугода.

То, что я пережила, не передать словами. Это сильно отразилось на моём здоровье, и сейчас я в прямом смысле борюсь за жизнь. Я винила во всём себя. Я ничего не могла с этим поделать. Я мониторила её соцсети, где она показывала свою счастливую полную жизнь, пока под одним из постов я не нашла комментарий «Лживая сука. Она обманщица. Не доверяйте ей. Она угробила моё психическое здоровье. Она не знает, что делает!». Я успела заскринить это сообщение, пока его не затёрли. Я нашла эту женщину по никнейму. Написала ей. И поняла, что я не одна. Жертв «терапии» Юлии Шумской уже как минимум две».

– А со мной уже три. Статью надо будет подсократить, сейчас лонгриды читают очень плохо. Но в целом… Такая вот история. Мы будем подавать в суд коллективно. Знаю, тебе за это дело браться нельзя и это не твой профиль. Посоветуешь хорошего адвоката?

– Можно и на уголовку вытянуть, – оторвавшись от чтения, ответил Олег. – Что случилось с этими женщинами?

– Со второй я ещё не общалась. Жду её контакты. А первая больна раком. Утверждает, что болезнь спровоцирована сильным стрессом, так как ранее никаких признаков болезни у неё не было.

– Пусть лечащий врач сделает максимально подробное описание заболевание, и медэкспертиза тоже будет нужна. Я скажу, куда лучше обратится.

За вчерашний вечер Олег будто похудел и осунулся. Цвет лица стал серым, щёки запали, а под глазами появились синяки. Меня беспокоило его здоровье. То напряжение, которому он подвергался в последние месяцы, не могло не сказаться на его состоянии.

Мы был вместе, мы держались вместе во всей этой истории, я не могла отставить всё подальше и не принимать близко к сердцу. Олег с каждым днём значил для меня всё больше и больше. Мне было до боли в сердце жаль его дочь. Воспитывающаяся в обеспеченной, благополучной с виду семье, Алёна получила серьёзнейший удар по психике, не хуже, чем я, выросшая в коммуналке с алкашами. Я всегда считала себя закалённой, да и то мне было тяжело. Дочь Олега явно не из таких. Не могут тепличные дети держать удар.

Я вышла на крыльцо, спустилась по каменистому склону к озерцу. Прекрасный вид. Чистый воздух. Полное умиротворение. Жаль, что не могу я сейчас оценить эти чудесные пейзажи в полной мере. На душе у меня висел камень. Не камень, а огромный булыжник. В этом месяце завершается финансирование пансионата Ланским, и заступает финансирование от Олега. Мне нужно добыть деньги. Работать активно, закладывать украшения.

Сеть ловила здесь не очень, но я всё-таки набрала телефон бабулиной сиделки. Надо предупредить, что завтра я приеду, узнать, что нужно. Телефон не отвечал. Я оторвала трубку от уха, посмотрела, как пляшут столбики связи, подняла трубку выше, будто так смогу поймать волну. Ну звонок-то всё равно проходил! Может, занята?

Я позвонила ещё раз, потом ещё. Поднялась по камням наверх, к крыльцу. Полазила в телефонной книге, набрала номер директора пансионата. Она тоже не взяла. Да что ж такое-то!

Через минуту мне перезвонили.

– Майя Михайловна, прошу прощения, была на совещании. Я могу вам чем-то ещё помочь?

Меня насторожило это «Ещё».

– Я хотела узнать о состоянии бабули. Не смогла дозвонится до сиделки. Хотела бы завтра приехать…

– Подождите, вас что, не оповестили?!

С этой секунды я будто нырнула в ледяную воду и наглоталась её полные лёгкие и сейчас камнем шла ко дну. Меня не оповестили…

Меня. Не. Оповестили.

Глава 27

– О чём меня не оповестили? – холодным тоном спросила я.

– Я сразу позвонила Игорю Михайловичу, – залепетала она что-то бессвязное. – Вы