После развода. Исцеление любовью - Лисавета Челищева

Она неохотно садится, и одеяло сползает с неё, открывая мне вид на её прекрасную, полную грудь.

Я встаю, подхожу к комоду, вытаскивая футболку и шорты для себя и футболку с парой спортивных штанов с резинкой на талии для неё. Нам требуется всего около десяти минут, чтобы одеться, и ещё несколько минут, чтобы найти её одежду с прошлой ночи.

Ни для кого из нас не было сюрпризом то, что мальчики уже проснулись, и ещё меньше — то, что у Егор уже был готов вопрос, как только мы переступили порог.

— По шкале от одного до десяти, как вы оцените прошлую ночь?

Он заканчивает свою колкость, запихивая в рот ложку каши, но я ловлю ухмылку этого маленького засранца.

— И тебе доброе утро, сынок. Ни стыда, ни совести. Ни опрятного внешнего вида.

Я улыбаюсь в ответ на комментарий Насти, и Егор дарит мне кивок, одобряя её ответ так же сильно, как и я.

Настя идёт варить кофе, пока я сижу с мальчиками на островке кухни и спрашиваю их, как прошла их ночь, что открывает мне историю, которую я, возможно, был недостаточно готов слушать сейчас, но я слушаю с неослабевающим вниманием.

— Дедушка храпит громко... как динозавр! — Комментарий Коли сопровождается его собственным рёвом, попыткой изобразить дедушку.

— Я играл в видеоигры, пока дедушка не уснул. — Егор бросает это, быстро запихивая в рот последний кусок каши.

Настя разливает нам по чашке кофе, подаёт мне мою, и мы выходим на террасу. Она всё ещё в моей одежде, и выглядит чертовски сексуально в ней.

Она садится на скамейку, прислонившись к перилам, и как только я сажусь рядом с ней, она прижимается ко мне.

— Мальчики, кажется, совершенно не были смущены нашим появлением вместе. — Мои слова вызывают у Насти мягкий смех, и она снова улыбается мне.

— Они точно не были. Если честно, я думаю, Егор с самого начала болел за то, чтобы мы были вместе. Он толкал меня к тебе ещё со второй футбольной игры.

— Ого... а ему точно десять?

— Точно. Напомни мне поблагодарить его потом.

Прошло три месяца с тех пор, как мы с Настей официально стали парой, и дела идут... ну, просто потрясающе. Это не только секс, хотя это, без сомнения, фантастика, но и всё остальное. Она всегда спрашивает о моём дне, сидит со мной и помогает мне систематизировать информацию для презентаций по охране, мы проводим время с мальчиками, и она всегда старается планировать дела так, чтобы Ника не оставалась одна дома слишком долго.

У меня с Егором есть связь, источник которой я не совсем понимаю, но я ценю и уважаю её всей душой. Коля был в восторге от того, что мы проводим всё время вместе. Дома, на пляже, в городе, куда бы мы ни пошли, этот парень счастлив, пока мы вместе.

Мальчики пошли в школу несколько недель назад, и это тоже было здорово. Они оба быстро нашли друзей и хорошо адаптируются, но моя любимая часть — забирать их каждый день.

Настя отвозит их по утрам, но я настоял на том, чтобы забирать их по пути домой из офиса. Я люблю слушать об их дне: как Коля всё объясняет с его обычным взволнованным тоном и как Егор рассказывает детали так, будто он изо всех сил старается не казаться взволнованным.

Мы брали мальчиков на катер моего отца, а Олег и мои родители тоже были с нами. Мои родители обожают их, и они абсолютно влюбились в мальчиков. Мы приглашали их приехать на выходные уже дважды, потому что моя мама настаивала на том, чтобы поближе познакомиться с Настей и мальчиками.

Всё было просто идеально.

Глава 21

Глава 21

НАСТЯ

Я обожала проводить утро в доме Матвея. Приходилось, конечно, просыпаться неприлично рано, чтобы успевать перебежать в свой дом до подъема мальчиков. Но оно того абсолютно стоило.

Раздался стук, а затем скрип открывающейся двери.

— Можно к тебе? — спросил Матвей — голос хриплый, тихий и чересчур насмешливый.

— Заходи.

Шторка в душе чуть отодвинулась, и он просунул голову внутрь.

— Есть место для одного?

Я вскинула бровь.

— Тебе точно найдется.

Он шагнул за мою спину, большой, тёплый и до жути слишком комфортно чувствующий себя в душе со мной.

Сначала мы мылись в тишине, без напряжения, просто лёгкость кожи на коже. Его руки были на удивление нежными. Он намылил мне спину, смыл с волос шампунь. Касался меня, гладил всё тело.

Это ощущалось... странно по-домашнему.

Завернувшись в полотенца, всё ещё влажные, мы потянулись обратно на кухню.

— Кофе? — я включила кофемашину, не дожидаясь ответа.

— Давай. Покрепче, чтобы даже мёртвого разбудить, — усмехнулся он, запрыгивая на столешницу. Матвей сидел там с голой грудью, полотенце опасно и высоко поднималось на бёдрах, и выглядел он до неприличия довольным, но при этом чертовски соблазнительным.

— Осторожнее, — сказала я, глядя на лужу, образующуюся под ним. — Не поскользнись потом.

— Оно того стоит, — парировал он, поднимая кружку, словно произнося тост. — Лучший кофе, который я пил. Спасибо!

— Очевидно, тебе мало надо для счастливого утра.

— Нужно кое-что ещё, — многозначительно заметил он, стрельнув глазами в сторону спальни.

Я закатила глаза и повернулась к плите, где готовила яичницу.

— Я очень голоден, — сказал он, потягиваясь, будто позируя для рекламы. — Будто месяц не ел.

Выглядел он при этом как сытый кот после жаркой ночи.

Я покачала головой, но не смогла сдержать