После развода. Исцеление любовью - Лисавета Челищева

— Они взяли анализ крови... и они сказали... — прежде чем она успевает закончить, дверь открывается, и медсестра заходит в кабинет и любезно улыбается Насте.

— Анастасия, вы готовы?

Настя слабо кивает, но её глаза не отрываются от моих, и мне больно видеть, как она выглядит испуганной.

Я смотрю, как медсестра готовит какое-то оборудование, но всё становится на свои места только тогда, когда она поднимает футболку Насти и закатывает резинку её спортивных штанов вниз до талии, прежде чем засунуть под них полотенце.

— …Настя?

Это всё, что нужно... простое произнесение её имени... и падает первая слеза по моей щеке.

Медсестра, которая, кажется, совершенно не обращает внимания на напряжение в палате, выдавливает гель на живот Насти, затем включает монитор на тележке и берёт датчик сбоку.

Я смотрю, как она нажимает на живот, и медленно проводит датчиком, пока на экране не начинает формироваться изображение.

— Ну, вот оно. Сердцебиение хорошее... измерения показывают, что срок около девяти недель... уровень околоплодных вод идеальный. Всё в порядке, у вас очень здоровый ребёнок.

Настя кивает, но не может произнести ни слова, когда смотрит, как медсестра вытирает гель с её живота, затем выкатывает тележку из палаты, закрывая за собой дверь.

— Ты беременна? — Боже, мой голос едва слышен шёпотом.

— Я не знала... Я не планировала этого...

Чёрт... она думает, что я расстроен?!

— Настя... любимая... Я не знаю, что ты чувствуешь по этому поводу, но... Я люблю тебя. Я должен был сказать это раньше, но я не хотел торопиться. Я ужасно боялся сделать что-то, что может заставить меня потерять тебя. Я хочу этого, Настя... но... если ты не хочешь... если ты не готова... Я хочу поддержать тебя... но... Я хочу этого. — Это грустная, но пугающая правда.

— Я люблю тебя тоже... и я хочу этого.

Это не похоже на то, как я себе это представлял, но... я действительно хочу этого.

Я наклоняюсь и прижимаюсь губами к её лбу, в то время как моя рука автоматически опускается на её всё ещё плоский живот — живот, который скрывает в себе часть будущего, которое я никогда не думал, что у меня будет.

Когда я держал её за руку и смотрел на монитор, на котором билось крошечное сердечко, я понял: всё, что было до этого момента — боль, предательство, одиночество, — было лишь подготовкой к этому мгновению.

Глава 23

Глава 23

Поездка домой пока была тихой, но у меня на уме было то, что я больше не могу сдерживать. Поэтому я перестаю пытаться.

— Я хочу, чтобы ты и мальчики переехали ко мне.

Ну, это не такое уж и грандиозное заявление, которое я собирался сделать, но... вот оно.

— Нам не нужно торопиться, Матвей. У нас есть время.

Я думал, что это простая просьба, но теперь я понимаю, как это может выглядеть для неё... как мужчина, который торопится, потому что чувствует давление или загнан в угол.

— Я не тороплюсь, Насть. Я серьёзен. Я хочу, чтобы ты и мальчики переехали ко мне, и это не из-за ребёнка. Правда в том, что когда я смотрю на своё будущее, я вижу в нём только вас троих. Ребёнок просто ускорил сроки в моих планах, потому что я хочу, чтобы моя семья жила под одной крышей. Моей крышей.

Я держал её руку с тех пор, как мы выехали с больничной парковки, поэтому я нежно сжимаю её.

— Ты действительно этого хочешь? — Она так хорошо справилась с преодолением неуверенности и боли, которые причинил ей бывший муж, но такие моменты, как этот, ясно дают понять, что они пытаются вернуться. Но я отказываюсь давать им пространство для дыхания.

— Я никогда не был более уверен ни в чём, Насть. Я знаю, это страшно, и всё происходит быстрее, чем я ожидал, но я точно знаю, чего я хочу. Я думаю, вопрос в том... чего хочешь ты? — Я спрашиваю не жестоко, а осторожно и честно.

Я смотрел на неё и видел, как в её глазах борются страх и надежда. Я знал, что она боится повторить прошлое. Но я также знал, что мы — не прошлое. Мы — новый шанс для нас обоих. И если она сомневалась, я был готов ждать.

— Я думаю, нам нужно сначала поговорить с мальчиками. А чего хочу я... это ты... жить с тобой... растить эту семью вместе с тобой. — Её голос такой тихий, пока она наблюдает за моей реакцией. Той, что сопровождается яркой улыбкой.

— Тогда давай поговорим с мальчиками и твоим отцом за ужином. Всё обсудим.

Мы провели выходные, перевозя вещи Насти и мальчиков в мой дом — решение, которое было принято за три минуты, пока мы ужинали, и получило забавную поддержку там, где мы ожидали хаоса и сопротивления. Хотя отец Насти и мальчики были удивлены новостью о ребёнке, никто не был ни капельки расстроен.

Переезд занял всю субботу и большую часть воскресенья, но мы перевезли и распаковали все вещи, и мальчики получили свои собственные спальни, а Настя, конечно, переехала в мою. В моём доме с четырьмя спальнями, который раньше казался мне слишком большим для одного, теперь стало уютно, и это было лучшим чувством. Я ещё не говорил ей об этом, но я планирую переделать четвёртую комнату, ту, что ближе к нам, в детскую.

Я также составил для неё план сюрприза, который будет завершён завтра вечером, пока она будет работать над правкой книги, которую нужно закончить к концу недели. Она месяцами работала над своим проектом за обеденным столом, но после завтрашнего вечера у неё будет свой собственный рабочий стол в моём кабинете на первом этаже, где она сможет комфортно работать, и её никто не будет беспокоить.

После тринадцати лет жизни в