Мой главный враг - теперь мой фиктивный парень?! - Валерия Блэк

— Нравится здесь?

Вопрос прозвучал спокойно.

Без обычного подвоха.

Я провела пальцами по тёплой шерсти Арчи.

— Да.

— Даже с моей семьёй?

Я посмотрела на него.

— Особенно с твоей семьёй.

Он улыбнулся.

Совсем иначе, чем обычно.

Тише.

— Им ты тоже нравишься.

— Твоя бабушка уже сообщила.

— Бабушка обычно не ошибается в людях.

— Это сейчас был комплимент?

— Не привыкай.

Я усмехнулась.

— Слава богу. А то ещё испугаюсь.

Несколько секунд мы сидели молча.

Не неловко.

За эти несколько дней я слишком быстро привыкла к тому, что Глеб может находиться рядом и не пытаться каждые тридцать секунд довести меня до желания придушить его салфеткой.

И именно это было опаснее всего.

Потому что с раздражением я умела справляться.

С тем, что происходило сейчас, — значительно хуже.

Арчи тяжело вздохнул у моих ног.

Глеб наклонился и протянул руку, чтобы почесать его за ухом.

В ту же секунду я провела пальцами по шерсти на собачьей голове.

Наши руки встретились.

Совсем легко.

Я подняла глаза.

Глеб тоже.

Никто не отдёрнул пальцы сразу.

Всего одно короткое касание.

Совершенно невинное.

Но после ночного разговора на кухне, сегодняшнего открытия с его работой и всех этих новых сторон Орлова оно ощущалось совсем иначе.

Я первой убрала ладонь и потянулась за чашкой.

Глеб ничего не сказал.

Только уголок его рта едва заметно поднялся.

Вот это мне уже нравилось значительно меньше.

Потому что до конца нашей фиктивной недели оставалось ещё три дня.

Глава 11. Глеб

Во вторник вечером я понял, что неделя пошла совсем не так, как я рассчитывал.

Изначально всё выглядело достаточно просто: привезти Соколову к семье, убедить родителей, что мы действительно встречаемся, провести рядом семь дней и за это время хотя бы немного изменить её мнение обо мне.

В идеале — перестать быть в её голове самодовольным мажором, который существует исключительно ради первого места в рейтинге и возможности доводить её пошлыми шутками.

В худшем случае я всё равно получал целую неделю рядом с женщиной, которую хотел уже давно.

План мне нравился.

Проблема обнаружилась на четвёртый день, когда Лиза начала чувствовать себя в этом доме слишком естественно.

Она смеялась с бабушкой, спокойно разговаривала с отцом, помогала маме, слушала Мишу с таким серьёзным лицом, будто информация о том, какая машинка быстрее, действительно могла повлиять на её дальнейшую жизнь.

А вечером сидела рядом со мной на диване и гладила Арчи.

Я лежал поверх покрывала в своей комнате, закинув одну руку за голову, и смотрел в потолок.

Окно было приоткрыто. После жаркого дня воздух наконец стал прохладнее, шторы едва двигались от сквозняка, а из сада доносились приглушённые голоса — родители ещё сидели на террасе с Натальей и Сергеем. Где-то внизу коротко гавкнул Арчи.

Телефон завибрировал на тумбочке.

Я протянул руку.

Денис.

Денис: Мы завтра во сколько?

Я: После двух.

Ответ появился сразу.

Денис: Даня тоже едет.

Я задержал взгляд на экране.

Я: Пусть.

Три точки вспыхнули практически мгновенно.

Денис: Очень великодушно.

Я: Что тебе надо?

Денис: Посмотреть на твою девушку.

Я усмехнулся.

Я: Ты её видел.

Денис: Тогда она была твоим главным университетским раздражителем.

Я: Она и сейчас.

Денис: Романтика.

Я заблокировал телефон.

Через секунду он снова завибрировал.

Денис: Она знает, что ты два года на неё пялишься?

Я медленно выдохнул.

Нет.

До конца — нет.

Вчера ночью Соколова сама спросила, почему я столько времени к ней цепляюсь. Я ответил настолько прямо, насколько мог, не превращая разговор в признание, после которого она закроется в комнате до пятницы и будет выходить только за едой.

Она поняла.

По крайней мере часть.

Сегодня смотрела иначе.

В кабинете особенно.

Сначала на рабочие таблицы, потом на меня, а потом почему-то на очки так долго, что я едва не спросил, не хочет ли она забрать их себе.

Не спросил.

Я умею держать рот закрытым.

Иногда.

Телефон снова завибрировал.

На этот раз Лиза.

Лиза: Арчи сидит у моей двери.

Я улыбнулся.

Я: Поздравляю. Он выбрал тебя.

Через несколько секунд пришло новое сообщение.

Лиза: Он скулит.

Я: Открой.

Ответа некоторое время не было.

Потом:

Лиза: Он зашёл.

Я: Всё. Теперь ты его женщина.

Три точки появились сразу.

Лиза: Может, хотя бы собака в этом доме не будет пошло формулировать?

Я рассмеялся вслух.

Я: Это я. Собака приличная.

Лиза: Забери его.

Я сел на кровати.

Я: Не хочешь спать втроём?

Ответ прилетел мгновенно.

Лиза: ГЛЕБ.

Вот ради этого я и писал.

Я поднялся с кровати, натянул белую футболку и вышел в коридор.

Комната Лизы находилась прямо напротив моей. Её дверь была открыта, а Арчи лежал поперёк порога, вытянув передние лапы в коридор.

Сама Соколова стояла рядом босиком, в коротких домашних шортах и большой серой футболке. Волосы были собраны на затылке кое-как, несколько прядей выбились и падали вдоль лица.

Я остановился в двух шагах от собаки.

— Я пришёл выполнять просьбу пострадавшей стороны.

Лиза скрестила руки на груди.

— Очень своевременно. До этого ты десять минут издевался в сообщениях.

— Не десять.

— Суть не меняется.

Я посмотрел на Арчи.

— Зато он доволен.

— Он уже занял половину моей комнаты.

— Не преувеличивай. Арчи большой, но кровать у тебя ещё больше.

Лиза прищурилась.

— Если ты сейчас снова предложишь нам совместный сон, я закрою дверь вместе с твоей головой.

— Какая ты негостеприимная.

— Я вообще-то гостья.

— В моей комнате ты бы такой проблемы не имела.

Она несколько секунд молча смотрела на меня.

— Орлов.

— Всё, молчу.

Я присел перед Арчи и похлопал его ладонью по боку.

— Пошли.

Собака подняла глаза.

И снова положила морду на лапы.

Лиза медленно улыбнулась.

— Очень авторитетно.

— Он устал.

— Конечно. Сначала три дня гостил, потом покакал в бабушкины пионы. Насыщенная жизнь.

Я ещё раз погладил Арчи по шее.

— Вставай.

Он тяжело вздохнул.

Не двинулся.

Лиза облокотилась плечом о дверной косяк.

— Кажется, после сегодняшнего «не срать» он понял, что твои угрозы не работают.

Я поднялся.

— Тогда оставляй себе.

Её улыбка стала шире.

И вот это было плохо.

Соколова обычно улыбалась мне после того, как удачно уколола, выиграла спор или собиралась сделать что-нибудь неприятное.

Сейчас просто улыбалась.

Без защиты.

Я задержал взгляд дольше, чем собирался.

Она заметила.

Конечно.

— Что? — спросила Лиза.

— Ничего.

— Ты странно смотришь.

— Нормально.

— Так обычно говорят люди, которые смотрят как раз ненормально.

Я усмехнулся.

— Завтра друзья приедут.

Лиза чуть выпрямилась.

— Какие?

— Денис. Ты его видела