Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

от меня после того, как узнавали, что между нами произошло. Я потерял всех, кто мог бы поддержать меня. А все из-за моей агрессии и неспособности контролировать себя… Нежелания делиться с кем-то своими проблемами… Мыслью, что я должен сам во всем разбираться.

— Я понимаю.

— Однако мне нельзя было сдаваться. Я должен был идти до конца. Тем более, что большая часть пути уже была пройдена. Моя жизнь всегда была сложной, и я был вынужден рассчитывать лишь на себя. Я уже привык находиться в какой-то борьбе… Привык постоянно находиться в напряжении… Хотя в последнее время чувствую, что жутко устал от этого и хочу немного расслабиться.

— Наверное, мы оба виноваты в этой ситуации, — с грустью во взгляде отвечает Наталия. — И мне безумно жаль, что я скрывала всю правду… Ведь молчание убивало меня. Едва не разрушило отношения со всеми моими близкими… Оставшись одной, я бы не выдержала это и предпочла бы умереть . И вряд ли кто-то узнал об этом.

— Нет, прошу, не говори о смерти, тем более своей, — вздрагивает Эдвард, покрепче обняв Наталию за плечи и прижав поближе к себе. — Никогда… Я слышать ничего не хочу об этом!

— Просто говорю правду. Была такой жуткой трусихой, что едва не загнала себя в могилу.

— Тем не менее ты смогла преодолеть себя. — Эдвард замолкает на пару секунд и скромно улыбается. — И я горжусь тобой. Ты вела себя более, чем достойно, несмотря на ситуацию, которая с тобой произошла.

— Пришлось взять себя в руки, — тяжело вздыхает Наталия. — Что мне еще оставалось сделать, когда я была совсем одна, и когда мне не на кого было рассчитывать?

— Я прекрасно понимаю, насколько это тяжело – преодолевать свои страхи и поворачиваться к ним лицом. Буквально смотреть им в глаза.

— Но и ты тоже это сделал. — Наталия со скромной улыбкой медленно переводит взгляд на Эдварда. — Я тоже горжусь тобой, ибо ты смог признать свои ошибки и выполнить обещание, данное мне, когда те типы окружили нас. А также ты смог доказать, что семья для тебя очень важна, и у тебя никогда не было никаких плохих намерений по отношению к ней. Ты доказал, что твое сердце не отравлено ядом злости, ненависти и эгоизма.

— Семья всегда была для меня очень важна. Я бы никогда даже не подумал о том, чтобы променять ее на что-либо. Моя война с дядей была бесполезной , но я вступил в нее ради своих близких. Ради того, чтобы спасти их и забрать то, что должно принадлежать им. Я не хотел отдавать дяде то наследство, которое по праву принадлежит мне, брату и отцу.

— Я верю, Эдвард, — мягко говорит Наталия. — Знаю, что ты хотел получить свое и имел право бороться. Хотя теперь, когда выяснилось, что твой отец жив, а дядя арестован, то этому наследству уже ничто не угрожает.

— Ты права… — задумчиво отвечает Эдвард. — К счастью, мой отец жив… А значит, четыре миллиона долларов на счете в банке и часть акций компании принадлежат ему . Несмотря на попытки дяди заполучить и это…

— Поэтому я могу думать, что отчасти тебе удалось осуществить задуманное, ведь наследство осталось при законном обладателе.

— Может быть. А если отцу удастся вернуть оставшиеся доли акций, то он станет полноправным владельцем компании и сможет работать там. И раз отец обмолвился, что он может доказать тот факт, что дядя Майкл намеренно лишил его кресла главного управляющего, это могло бы стать хорошим козырем в его руках.

— Уверена, что у него все получится, — скромно улыбается Наталия. — Теперь настало время восстановить справедливость, которой мы так долго ждали.

— Я верю, что отец сможет вернуть себе то, что должно принадлежать ему. Он должен .

Наталия кивает с легкой улыбкой на лице и опускает глаза куда-то вниз, задумавшись о чем-то своем. Да и Эдвард погружается в какие-то свои мысли, уставив свой взгляд куда-то вдаль. В воздухе воцаряется небольшая пауза, во время которой они смотрят то куда-то вдаль, то на свои ноги, то на свои руки, то друг на друга, пока кто-то один этого не замечает. Но в какой-то момент девушка решает немного неуверенно нарушить эту паузу после того, как долгое время с грустью во взгляде рассматривает мужчину:

— Знаешь, что меня немного удивляет?

— Что? — Эдвард медленно переводит взгляд на Наталию.

— То, что мы с тобой уже давно не выясняем отношения. Не оскорбляем, не унижаем, ни виним во всех грехах…

— А что тут странного? Лично я больше не вижу смысла ругаться! Теперь я знаю правду, понял свою ошибку и больше не хочу ее повторять.

— Я знаю. Просто… Просто… — Наталия на пару секунд замолкает и бросает короткий взгляд в сторону. — Честно говоря, я уже как-то привыкла к нашим ссорам. К тому, что после них меня трясет от злости. Что мне хочется не то рвать и метать, не то плакать и говорить, что я плохая… Что я чувствую себя заведенной и разбитой одновременно…

— Но теперь у нас уже нет причин выяснять отношения.

— Просто мне совсем непривычно спокойно разговаривать с тобой. — Наталия опускает взгляд вниз, как будто она в чем-то виновата. — Все жду, когда ты снова начнешь издеваться надо мной…

— Нет, милая, не надо так говорить, — мягко возражает Эдвард, приобнимает Наталию за плечи и нежно поглаживает их. — Я больше не скажу ничего подобного. Теперь у меня нет никаких сомнений в том, что ты очень хороший человек, который ради своих близких пойдет на все . Лично для меня ты – образец для подражания в том, как надо дружить и любить тех, кто тебе дорог.

— Пару недель назад ты бы точно не сказал этого, — тихо усмехается Наталия. — Тогда я была для тебя мерзкой проституткой, меняющая мужиков как перчатки. Или нимфоманкой…

— Наталия, прошу тебя, не вспоминай все, что тогда было, — с жалостью во взгляде умоляет Эдвард. — Я же уже сказал, что мне безумно больно вспоминать это…

— Знаю…