Пара для Рождественского Дракона - Зои Чант

настоящей. Уголки её рта могли быть приподняты, но глаза выглядели усталыми. «Её рождественская улыбка?» — печально подумал Джаспер, вспоминая всё, что она говорила о притворстве этого праздника.

Двойные смены за неделю до Рождества? — думал он, баюкая в руках свой спешл Рудольф. — Это безумие. Даже я считаю, что это безумие. Неудивительно, что вчера вечером она засыпала на ходу.

Он сверился с часами. Пять минут до конца её смены. Он уже видел, как ушел мистер Белл; Эбигейл осталась в магазине одна. Он купил кофе и для неё тоже и не хотел, чтобы он остыл.

Его дракон рвался к ней, но он знал, что она не скажет «спасибо», если он будет отвлекать её, пока она пытается выпроводить последних покупателей.

Наконец последние задержавшиеся посетители вышли за дверь, и основной свет в магазине погас. Джаспер всё еще видел силуэт Эбигейл, подсвеченный огнями магазинной елки, пока она делала последний обход. Она заперла дверь, опустила защитную решетку и подошла к кассовому компьютеру, чтобы сделать несколько последних нажатий.

Затем она подняла взгляд.

Джаспер был в двадцати, может, тридцати футах. Эбигейл стояла спиной к мигающим гирляндам елки; он не видел её лица. Но он знал, что она его увидела, потому что его дракон внезапно начал колотить в грудь, требуя выпустить его наружу.

Не сейчас! — Джаспер подавил его, но кожа искрилась, словно он был на грани превращения. Он сжал кулаки, концентрируясь на том, чтобы они оставались руками, а не вытягивались в когтистые лапы.

Эбигейл подняла руку и помахала ему. Джаспер едва взял себя в руки, прежде чем она скрылась в глубине магазина.

— Джаспер! — Эбигейл появилась сбоку от магазина, подзывая его. Джаспер подбежал к ней через площадь и притянул в свои объятия, стараясь держать два стакана с кофе ровно. На ней было пальто, которое он ей купил, но она не потрудилась его застегнуть, и он видел под ним её рабочую униформу.

Эбигейл поцеловала его и отстранилась, её щеки порозовели.

— Думала, никогда не избавлюсь от этих двух последних покупателей. Надеюсь, ты недолго ждал.

— Целую вечность. Я промерз до костей. — он ткнулся носом в её ушко. — Только мысль о том, что ты меня согреешь, удержала меня от того, чтобы сдаться и превратиться в снеговика. А еще этот нелепый напиток.

Он поднял два стакана перед ней. Бровь Эбигейл поползла вверх.

— Что это?

— Кофе.

— Ты уверен? — она сняла крышку с того стакана, который он ей протянул. — Кофе и… что-то красное?

— Попробуй.

Она бросила на него сомневающийся взгляд, но сделала глоток. Джаспер ждал, пока она слизнет сливки с губ.

— Это определенно не кофе, — объявила она. — Но… неплохо. Это что, коктейльная вишня?

— Это «Сюрприз Рудольфа», — объяснил Джаспер. Эбигейл скорчила страдальческую мину. — …Это его нос.

Эбигейл закатила глаза. Она дотянулась и выудила вишню из напитка, а затем прикусила губу, её глаза встретились с глазами Джаспера.

— Хочешь?

Она поднесла вишню к губам Джаспера. Сахар взорвался на его языке — приторно-сладкий, безошибочно узнаваемый вкус засахаренной красной вишни. Рот Джаспера наполнился слюной, и он сглотнул.

— Но остальное я допью сама, — сказала Эбигейл с дразнящей улыбкой. — Спасибо.

Джаспер облизал губы и кашлянул.

— Раз уж ты отвечаешь за сегодняшние развлечения, я решил, что меньшее, что я могу сделать — это принести кофе.

— В этот раз я не усну на тебе, обещаю. — Эбигейл сделала еще глоток пенистого сливочного напитка и поморщилась. — Не думаю, что это вообще находилось рядом с кофейными зернами. Но сахар поможет.

— Лишь бы ты не заснула до того, как скажешь мне, куда мы едем. — Джаспер запахнул пальто Эбигейл. Намеки на её тело под куцым костюмом эльфа были соблазнительны, но он не хотел, чтобы она замерзла. Пора выдвигаться. Не могу дождаться, когда увижу, что запланировала моя пара…

Голос Эбигейл прервал его мысли.

— Мы никуда не едем.

Джаспер нахмурился. Эбигейл улыбалась — и она уже закрыла магазин, так что дело не в том, что ей нужно работать сегодня сверхурочно. Но в её улыбке была какая-то неуверенность, будто она уже начала жалеть о том, какую бы схему ни придумала.

Он не мог этого допустить.

— Какой план? — спросил он, потягивая за лацканы пальто Эбигейл, пока она не прижалась к нему. Она уткнулась носом в его шарф.

— Я хочу тебе кое-что показать, — пробормотала она, её голос был приглушен шарфом. — Боже, сейчас это кажется такой глупой затеей…

— Ни одна твоя идея не может быть глупой, — заверил её Джаспер. Она фыркнула и запрокинула голову, чтобы он увидел, как она закатывает глаза.

— Ты так говоришь только потому, что еще не слышал её. — Эбигейл закусила губу и зажмурилась. — Ладно. К черту всё. Иди за мной.

Она снова поцеловала его, а затем схватила за руку и потащила в переулок. Она остановилась в дальнем конце и выудила связку ключей из кармана.

— Тебе нельзя никому рассказывать, что мы это сделали, — предупредила она с нервной усмешкой. Она понизила голос, поворачивая ключ в замке. — Меньше всего мне нужно, чтобы мистер Белл превратил мою дурацкую идею в какой-нибудь новый аттракцион для магазина в следующем году.

Она распахнула дверь и повернулась к Джасперу.

— Готов заглянуть за кулисы?

Задние комнаты магазина были тесными и маленькими, совсем не похожими на яркое, сверкающее пространство для покупателей. Разобранные картонные коробки и поддоны выстроились вдоль стен у входа со стороны переулка, а дальше их сменили высокие штабеля коробок с товаром. Груды были навалены так плотно, что Джаспер едва мог идти прямо, не натыкаясь на что-нибудь. После того как башня из праздничных банок для печенья чуть не обрушилась на него, он плотно скрестил руки на груди и пошел по проходам боком.

— У вас всё еще так много товара прямо перед Рождеством?

Эбигейл юркнула за угол. Её голос доносился из-за штабелей.

— Сочельник — самый загруженный торговый день в году здесь. Все вдруг понимают, что забыли купить подарок от Санты для своего не самого любимого ребенка, или внезапно объявляется лишний родственник, готовый испортить праздник, если за ним не ухаживать и в хвост, и в гриву…

Джаспер осторожно последовал за ней за угол и обнаружил, что она снимает свою сумку с крючка на стене. Она заглянула внутрь, что-то проверяя, и быстро закрыла её, бросив на него нервную ухмылку.

— Восхищаешься нашей комнатой отдыха? Смотри, в этом году у нас даже есть сиденье.

Она отошла в сторону, открыв низкую деревянную скамью, притиснутую к стене. Она уже была занята: