Миллиардер. Отданная за долги - Анна Раф

целует меня с настоящей животной страстью, так, как не целовал до этого никогда. От умелых ласк его языка мой пульс сходит с ума, а кожа под его пальцами начинает полыхать настоящим огнём.

Боже, я сама начинаю чувствовать себя податливой куклой в его сильных руках!

Его запах сводит меня с ума. А, что если он решит зайти дальше?! Ему ведь ничего это не стоит… Вполне может прижать меня своим телом к сиденью, и…

Нет, нет, он не сделает этого! Не так… Не на заднем сидении…

От подобных мыслей у меня перехватывает дыхание.

Ева, только дыши, не забывай дышать! Делаю глубокий вдох, и…

Громов меня отпускает. Однако его горящие глаза всё ещё бесстыже блуждают по моему телу, задерживаясь на губах и области декольте. Под натиском его взора я чувствую себя обнажённой и смущенно закрываю себя руками.

— Успокоилась?

— Д-да, кажется, — сбивчиво говорю я, краснея.

— А теперь послушай меня внимательно, — мужчина вновь стал серьёзным, — Я понимаю, что тебе не нравится вся эта ситуация. Но будь добра улыбаться на камеру так, чтобы это не вызвало ни у кого вопросов. Постарайся ни с кем не разговаривать, молчи. Это важно! Если кто-то будет излишне любопытен или настойчив — смело посылай ко мне. Я разберусь сам.

К моменту конца его речи, машина тормозит около потрясающей красоты замка. Огромная площадка украшена миллионами всевозможных цветов, названий которых я не знала. Множество небольших фонариков создавали атмосферу настоящего романтического торжества.

Как только мы вышли из машины, глаза тут же ослепляют очередные вспышки фотоаппаратов. Отовсюду слышны овации, и видны довольные лица улыбающихся гостей. Кажется, здесь людей ещё больше, чем было в ЗАГСе…

Мужчины одеты в дорогущие костюмы, а женщины блистают в потрясающих платьях от именитых дизайнеров и драгоценных украшениях. Да здесь собрались все сливки общества! Вижу даже каких-то знаменитостей, которых видела с экрана телевизора. С ума сойти…

Под шумные возгласы проходим в зал, убранство которого вызывает восторг. Декораторы — абсолютные профессионалы, их умению обустраивать праздничное пространство стоит отдать должное, потому что зрелище невероятное!

Садимся на свои места, и гости сразу начинают произносить тосты. Вот один седовласый мужчина в сером костюме желает нашему молодому семейству успехов и скорейшего пополнения. Какая-то женщина в ярком красном платье тоже желает скорейшего рождения наследника…

При мысли о детях бокал в моей предательски дрожащей руке начинает выскальзывать из пальцев.

Внезапно импозантный ведущий просит нас пройти в центр зала и исполнить первый танец молодых. Внутри меня что-то обрывается. Танец? Какой танец? Я ведь ничего не знаю!

Какой позор!

— Успокойся. Я буду вести, просто слушай меня, — уверенно говорит Громов и, взяв меня за талию, выводит нашу пару в центр зала.

Надеюсь, он знает, что делает…

Гости замолкают. Вместо них зал заполняет невозможно красивая мелодия, исполняемая живым оркестром.

Чувствую уверенную и крепкую руку на своей талии. Мужчина разворачивает меня и притягивает к себе. Смотря в его смеющиеся глаза, я забываю о том, что на нас сейчас направлены сотни взглядов. Сейчас всё пространство словно сжалось до нас одних, танцующих под чарующую нежную мелодию.

Шаг. Ещё шаг. Мужские руки на моей талии прожигают моё тело насквозь. Я не могу оторвать взгляда от моего мужа, который уверенно, но грациозно, словно хищная пантера, ведёт меня за собой. Я даже забыла о том, что совсем не умею танцевать — настолько легко с ним в этот момент.

Поворот. Взмываю в воздух в его руках, и впервые за весь день вдыхаю полной грудью. Такое странное чувство… Всего две недели назад он был пугающим и чёрствым незнакомцем, а сейчас — этот человек мой законный муж, который кружит меня в первом белом танце.

Громов мягко опускает меня на пол, и внезапно целует. Я зарываюсь рукой в его густые волосы на затылке и отвечаю на этот поцелуй. Как много нежности и силы. Не знаю, но у меня почему-то голова кругом… То ли от невероятного танца, то ли от Громова. Такого пленительного. Не оставившего мне выбора…

Музыка стихает и под крики «Браво» мы возвращаемся на места. Громов вновь держит меня одной рукой, пока я на ватных ногах пытаюсь создавать ощущение того, что иду сама.

— А ты молодец, — улыбается мне Виктор, — Хорошо держишься.

— Если бы ты не поддерживал меня всё время, я бы точно упала где-нибудь в обморок от таких событий. Спасибо тебе…

Виктор берёт меня за руку и мягко целует холодные пальцы. Когда я читала книги в детстве, подобные жесты всегда казались мне какими-то обезоруживающими. Так оказалось и в жизни. Этот скромный жест вызвал в моей душе ураган эмоций.

— Ты — моя жена. Я всегда буду для тебя опорой, — улыбается Громов и снова начинает внимательно смотреть в зал, как будто выискивая кого-то.

Пока гости танцуют, решаю отлучиться в уборную и встаю со своего места. Заметив это, Громов хватает меня за руку.

— Мне нужно отойти, — пытаюсь отпроситься я, в безуспешных попытках выдернуть кисть из цепкой хватки Громова.

— Куда?

— В уборную, блин! — вспылила я, — Неужели надо что-то объяснять тут?

— Я с тобой.

— Ну уж нет! Хотя бы пару минут, дай мне побыть одной, — умоляю я, — Я вернусь очень быстро.

Несколько секунд подумав, Виктор кивает, и я выхожу из банкетного зала. Боже, как сложно найти уборную в этом настоящем дворце с его коридорами и закоулками!

В плохо освещённом коридоре, наконец, нахожу необходимую мне комнату.

Мчусь к большому умывальнику, чтобы сполоснуть руки прохладной водой. Гляжу на отражение в зеркале и вижу привлекательную темноволосую девушку с потрясающим макияжем и причёской. Что бы не сказала мне Марина — она явно хороший специалист в своём деле. Созданный утром образ не испортился ни на каплю к вечеру. Шокированные глаза всё-таки выдают моё неспокойное настроение, но в целом я выгляжу как обычная невеста.

Наклоняюсь к раковине ещё раз, и краем уха слышу какой-то шорох за спиной. Кто это может быть? В душе вновь начинает зарождаться страх. По спине бегут мурашки. За мной ведь никто не шёл. Или мне показалось?

Встаю и вскрикиваю от ужаса. В зеркале за моей спиной стоят две огромные мужские тени.

Кто это? Отпустите!

— На помощь! — истошно кричу я, но тщетно.

Меня хватают за руки и закрывают рот, обрывая мой вопль. Я крепко схвачена и не могу выбраться, как бы не пыталась!

— Ну что же, милочка. Ты выбрала не того богатея, — слышу мерзкий скрипучий голос, от которого кровь стынет