Магия вокруг нас, или Второй шанс на жизнь - Раяна Спорт

Комнату, в которую я разместилась с Лусией, не желая оставаться одна в столь злачном месте, была столь мала, что впору было бы назвать ее кладовкой, а стены до того тонкими, что можно было услышать любые шумы, и даже разговоры, не напрягая слух.

К тому же, проходя мимо кухни, видела, как мыши спокойно бегают от стола к столу, явно не боясь за свою жизнь. А не для кого не секрет, что мыши – главные рассадники многих болезней.

Я побоялась есть местную кухню, поэтому нам пришлось довольствоваться тем, что Лусия прихватила из дома в Валенсии. Кто знает, какая в этом мире медицина и могут ли местные эскулапы лечить мышиную лихорадку.

Переодевшись, легли спать. Только вот в чем дело: если я сильно утомлюсь, то мой организм, вместо того чтобы отдыхать и видеть сны, включает последние запасы своей энергии. В итоге ни сна, ни бодрости. Чего, конечно, не скажешь о служанке. Она захрапела чуть ли не сразу, едва ее голова коснулась тощей подушки.

Прошло без малого несколько часов, когда я, не выдержав, встала с кровати и, накинув плащ, покинула «покои». Если бы я была дома, то в такую бессонную ночь я бы выпила крепкого кофе без сахара и сливок. Вот и сейчас стоило только о нем подумать, как организм благодарно выдохнул. Не знаю как другие, но на меня он производит обратный эффект.

Это было опасно, особенно после вчерашней ночи, при воспоминании о которой дергалась по любому поводу и без, но все же решила, что лучше уж рискнуть и заснуть, чем вообще не спать, а на утро приехать в новый дом и свалиться без задних ног.

И все же, самым странным было неудержимое желание ввязаться во что-нибудь эдакое. Вместо того, чтобы тихонько осваиваться в комнате Виктории, изучая этот новый мир, меня постоянно тянуло на приключения. Видимо, усидеть на месте – это не про меня. Взять хотя бы ту же готовку или ночную вылазку.

И вот спрашивается, куда я смотрела, когда выходила на улицу?! Такое нелогичное поведение меня саму обескураживало и даже пугало. Но я ничего не могла с собой поделать. Наверное, моя отнюдь не молодая душа просто пытается приспособиться к этому юному телу. Другого объяснения у меня просто нет.

И ведь это только начало! Я чувствовала, как внутри меня зреет что-то большее, чем просто желание приключений. Это было какое-то предчувствие, смутное, но настойчивое, словно тихий шепот, зовущий меня куда-то.

Может, это и есть та самая адаптация? Душа, привыкшая к одному ритму, пытается найти себя в совершенно новом, более быстром и энергичном. И этот поиск выражается в необъяснимой тяге к действию, к риску, к неизведанному.

Я пыталась анализировать, вспоминать, что меня так манило в прошлой жизни. Но воспоминания были обрывочными, как кадры старого фильма. Я помнила усталость, рутину, стремление к покою. И вот теперь, получив шанс на новую жизнь, я вдруг бегу от этого покоя, как от огня. Парадокс, да и только.

Но, может быть, именно в этом и заключается смысл? Не повторять ошибок прошлого, не упустить возможность прожить эту жизнь по-другому, более ярко и насыщенно. И если для этого нужно ввязываться в авантюры, то так тому и быть. Главное – не терять голову и помнить, что за все приходится платить.

И все же, этот внутренний зуд, это неудержимое желание действовать, немного пугало. Я боялась, что моя тяга к приключениям приведет меня к беде. Но еще больше я боялась, что если я подавлю это желание, то потеряю что-то важное, что-то, что еще не изведано мной...

Внизу было все еще шумно от парочки постояльцев, что продолжали пить. Вот ведь неудача. Надеяться, что они ко мне не пристанут, можно было лишь путем грубости.

- Чем обязан? – обратился молодой бармен или как там его тут называют? Увы, не знаю.

- А есть у вас кофе? – спокойно спросила у него, стараясь не обращать внимания на мужчин за барным столиком, что слегка притихли при моем появлении.

- Могу лишь предложить пиво, ром и может быть сангрию, если поискать в закромах, - усмехнулся приятного вида парень. – И кофе тоже, - чуть тише добавил он.

- Была бы рада последнему, - улыбнулась, на что бармен печально выдохнул и поплелся, видимо, на кухню.

Я же села на высокий стул и прижалась спиной к стене. Так я защитила от опасности спину и могла без опаски следить за пьяными постояльцами, а в случае угрозы быстро ретироваться к лестнице.

Бармен немного замешкался, отчего мне пришлось стать свидетельницей пьяного разговора двух мужчин, которые больше не обращали на меня никакого внимания.

- Я те зуб даю, лично своими глазами видел, как он продавал, - клялся высокий мужчина более низкому.

- Так почему его все еще не посадили? – отпивая пиво спросил другой.

- Так он же кузен Маурисио, чего ему бояться-то…

«Опять это имя» - испугалась я. Хотя это мог быть любой другой Маурисио этой страны.

Те двое все продолжали пить и болтать, исключительно редко бросая в мою сторону похотливые взгляды.

- И прям-таки привозит из заграницы рабов и продает? – переспросил для пущей уверенности низкорослый мужчина.

- Да! Говорю же, сам лично видел! Да он особо-то и не скрывался, - пожал плечами высокий, эмоционально размахивая руками во время своей реплики.

- Да он с детства был еще тем говнюком, - мысль по-своему нашла выход в голове низкого.

- Помню. Мать родную даже продал бы, согласен, - кивнул высокий.

- И ведь покупают, - уголки пухлых губ низкорослого поползли вниз в знак подтверждения в такт с качанием головы.

- Извращенцы всегда были и будут, а такие как Серж будут им поставлять товар.

Понятия не имея, о чем говорят эти двое, я не сразу сообразила, что бармен уже поставил передо мной чашечку свежесваренного кофе.

Это был не тот напиток, на который я рассчитывала. Все же мир иной, да и сварен он был не мной.

- Слышите, да? – окликнули меня мужчины, на что мне пришлось все же отвлечься от напитка.

- Простите, - улыбнулась, не понимая, о чем идет речь.

- Говорю, не ходите на этот гребаный рынок. Там одни