Аленький цветочек. Снять заклятие Яги - Елена Ха

и снять заклятие Яги, но она лишь подарила мне свое перо. Это было еще до того, как мы… Алена, но почему ты согласилась быть со мной? Ты знала, что я чудовище, думала, что я встречаюсь с другой, и все равно согласилась! Почему?

Аленка снова прильнула к своему любимому и горячо зашептала, пытаясь передать хотя бы крупицу тех чувств, что она испытывала по отношению к этому заблудившемуся в себе мужчине:

— Я хотела тебя утешить, принести в твою жизнь хоть крупицу радости, отблагодарить за добро. Ведь ты очень хороший, заботливый, справедливый. В твоем доме я узнала, что такое семья, я была счастлива…

Матвей приподнял покрасневшее от смущения личико девушки за подбородок, заглянул в ее горящие глаза, все, что она сейчас сказала, в них можно было прочитать. В ее искренности и чистоте нельзя было усомниться.

— Ты звездочка, солнечный лучик, осветивший тьму в моей душе. Не уверен, что заслуживаю тебя, но никому не отдам, не смогу! — проговорил мужчина и решительно поцеловал нежные, как лепестки мака, губы. Он был стремителен, будто боялся встретить отпор, но девичий ротик податливо открылся ему навстречу, а нежные руки обвили шею, хрупкое тело доверчиво прижалось. От этой взаимности страсть мужчины выплеснулась наружу огненным столпом, он подхватил любимую под ягодицы и прижал к стене, жадно лаская ее грудь, бедра и торопливо задирая подол сарафана.

— Они тут милуются, понимаешь ли, а Ягиня и Кощей там, в полоне страдают? — раздался визгливый голос рядом.

Матвей тут же поставил девушку на место и обернулся. Из двери торчала зеленая голова Змея Горыныча и сердито хмурила шипастые брови. Мужчина среагировал, как настоящий охотник: быстро осмотревшись, он взялся за ухват и направил его на вмиг растерявшуюся голову.

— А ну, пошла прочь, нечисть поганая! — грозно гаркнул Матвей.

Змей обиженно выпустил дымок из ноздрей и буркнул:

— А сам-то ты кто?

— Как есть нечисть, да еще и предатель! — раздалось снаружи.

— Дезертир! — высказались там же.

Матвей растерянно посмотрел на Аленку, она положила на его могучую грудь ладошки и просительно заглянула в его глаза:

— Любимый, Горыныч верный друг Ягини Берендеевны. Он переживает, но в чем-то он прав. Ты, убив око Кощея, сам им стал. Тебе теперь век служить ему, охранять границы царства, следить за порядком да поручения всякие выполнять. Только тогда в тебе будет гармония, и ты сможешь быть счастливым.

— И что? Ты пойдешь замуж за око Кощеево? — продолжая хмуриться, с опаской спросил Матвей.

Мужчина, не отрываясь, смотрел в глаза своей ненаглядной. Было видно, с каким трепетом он ждет ее ответа. Аленушка не сразу поверила, что все правильно расслышала. Матвей позвал ее замуж? Счастье не хотело умещаться в маленьком сердечке, рвалось наружу радостными криками, пляской, но все это было сейчас неуместно: Змей рядом переживал за Ягиню. Да и что подумает о ней Матвей?.. Девушке стоило немалых усилий справиться с первыми восторгами, но заметив, что мужчина рядом занервничал из-за затянувшейся паузы, опустил глаза в пол и сжал кулаки, она поспешила ответить как можно более убедительно:

— Я пойду за тебя, Матвей! — улыбнулась ему Алена, — И неважно, чем ты будешь заниматься: охотиться или Темное царство охранять. Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, Аленушка, душа моя. Но как я могу служить злу?

— Кощей, хоть мужик и вредный, но щедрый и око свое бережет, — раздался голос снаружи.

— Ну и Яга, если что, за тебя заступится, — буркнула голова внутри.

— И никакого зла он не творит. Просто любит уединение, вот и выбрал себе непроходимые леса да болота во владения. В них и без магии дурак пропадет, а умный не сунется, — вещала третья голова с улицы.

— Хватит лясы точить. Разбираться с Кощеем сам потом будешь, а сейчас иди и с Соловьем сразись! — буркнула голова в домике и сердито сверкнула глазами.

Матвей опять глянул на Аленку, та кивнула, и он сдался:

— Ладно, жди меня здесь! Я быстро слетаю, разберусь с разбойником и вернусь.

— Я с тобой пойду! — воскликнула Аленка и мертвой хваткой вцепилась в локоть богатыря-ворона.

— Нет, Аленка! Там опасно! — возмутился Матвей.

— Бабам на поле боя не место, — поддакнула голова Змея, все еще торчащая в домике.

Получив неожиданную поддержку от Горыныча, мужчина закивал и повторил:

— Побудь здесь.

Аленка уперла одну руку в бок, а вторую подняла повыше и заговорила:

— Как ты в огромном замке будешь Ягиню искать? А у меня с ней связь! Вот! — потрясая кулачком перед носом мужчины, вкрадчиво сообщила девушка.

И действительно вокруг тонкого девичьего запястья едва уловимо засверкала серебром нить.

— Она привязала тебя к себе? — возмутился Матвей.

— Да, но зато мы теперь сможем ее найти! — порадовала всех Аленка.

— Ура! — откликнулись две головы снаружи.

— Но как ты доберешься до замка? Матвей станет вороном и сможет незамеченным туда просочиться. А ты? Еще Кощей на подступах к своему логову понаставил ловушек, смертельно опасных, между прочим! Соловей за ними наверняка приглядывает, — проворчала голова внутри.

Две «уличные» головы тяжко вздохнули. Матвей нахмурился. Но тут из-за печи вылетела метла, поднырнула между ног Аленки, та едва успела схватиться за древко, а шустрое транспортное средство уже вынесло ее из домика, хорошо Змей проворный попался, успел голову высунуть.

Девушка от страха зажмурилась и дышала через раз, боясь свалиться. Пальцы, сжимающие метлу, побелели от напряжения. Но полет проходил вполне спокойно, и Аленка решилась приоткрыть один глаз, а второй уже сам открылся от восторга. Она летела над макушками столетних елей, вокруг расстилалось голубое бескрайнее небо, а рядом возвышались два зеленых холма. На одном из которых мрачным наростом торчал темно-серый замок с множеством острых башенок. Он был собран из огромных каменных глыб, и его бугристая неровная поверхность делала его похожим на невиданное чудовище, живое и опасное.

Рядом с Аленкой, раскинув на метр широкие черные крылья и поймав воздушные потоки, планировал ворон, он то и дело поворачивал в сторону девушки свой мощный клюв, и она отчетливо читала в его смоляных глазах-пуговках осуждение. С другой стороны от Алены летел трехголовый Змей Горыныч, который быстро-быстро махал своими маленькими крылышками. Смотреть на это было смешно и страшно, становилось боязно за сохранность Ягусиного приятеля. Вообще, было непонятно, как такие маленькие крылышки удерживают в воздухе такую пузатую тушку.

Вот такая эскадра стремительно приближалась к логову Соловья-разбойника, наивно полагая, что их не заметят. Но тот, кто захватил замок самого Кощея, видимо, не мог быть простаком. Когда спасательный отряд уже начал снижаться, чтобы выбрать место для посадки, из