Каллахан - Тесс Саммерс

Я и подумать не мог, что Брайан будет не против такого. Мои глаза округлились, в то время как рука Лэйни взлетела к груди, и она потребовала:

— Прошу прощения?!

Брайан пожал плечами:

— Он может спать в твоей кровати, а ты поспишь на надувном матрасе.

— Ооооох, — выдохнули мы с ней одновременно.

Да, так-то логичнее.

— А вы что подумали?

— Ну, если честно, я не совсем уверен. Поэтому и растерялся.

Лэйни была более прямой:

— Я думала, ты предлагаешь нам спать вместе.

Эта мысль, похоже, не шокировала Брайана так сильно, как я ожидал. Его ответ был совсем не таким, какого я ждал.

— Слушайте, вы оба — взрослые люди, давшие согласие. Делайте что хотите. Спите или... ну, в данном случае, трахните друг друга.

Лэйни ахнула:

— Брайан Майкл О'Шонесси! Ты этой самой пастью маму целуешь?

— Именно. И благодаря тому, сколько я работаю, она — единственная, кого я целую.

— Ну да, боги печений с предсказаниями на твоей стороне, — рассмеялся я.

— Ладно, решено. Адам остается здесь, в кровати Лэйни — а уж один он там будет или нет, решать вам.

Лэйни многозначительно ответила:

— Он будет один.

— Я не лягу в кровать Лэйни. Ей нужен отдых, она и так спит недостаточно. Надувной матрас — самое то.

Брайан встал и направился к двери:

— Сами там разберетесь. Нужно что-нибудь привезти вместе с матрасом?

— Давай я поеду с тобой, заберу одежду на завтра и туалетные принадлежности?

— Хорошая идея, — подхватила Лэйни, когда мы с ней тоже подошли к открытой двери, в которой стоял Брайан.

Он ткнул в нее пальцем:

— И не вздумай нас не впускать. Я не побрезгую и дверь выбить.

— Я почти уверена, что это противозаконно.

Брайан ухмыльнулся ей: — Проверка благополучия жильцов. Это оправдано.

Глава двадцать четвертая

Лэйни

Адам снова собирался ночевать в моей квартире после того, как мы поцеловались.

А потом он резко все прекратил.

Чего я не понимала, так это того, почему он так легко согласился с Брайаном и остался здесь. Да, он сказал, что хочет, чтобы мы были друзьями — предложение, которое я отвергла, — но не прошло и пяти часов, как я уже вела себя как подруга и развлекала его в своей гостиной. Но я также призналась ему, что хотела сделать в прошлый раз, когда он ночевал под моей крышей. Неужели это не заставило его задуматься?

Или он засомневался в своем решении?

Гордость не позволяла мне навязываться, но я была не прочь попытаться спровоцировать его на первый шаг.

Адам

Я почувствовал запах ее духов в ту же секунду, как она открыла дверь, и мой член тут же отозвался и встал.

Она переоделась в атласную пижаму королевского синего цвета: короткие шортики и рубашку на пуговицах. Мало того что ее ягодицы выглядывали из-под кружевной каймы шорт, так она еще и оставила две верхние пуговицы расстегнутыми, открывая отличный вид на ложбинку между грудей в бюстгальтере.

Я был почти уверен, что на губах у нее блеск.

Я просунул надувной матрас в дверь и, оказавшись внутри, она закрыла ее на замок.

Прежде чем толкнуть матрас в сторону гостиной, я выдавил:

— Итак, что бы ты делала, если бы Брайан помог мне занести его?

— О чем ты?

— Не прикидывайся дурочкой, Лэйни. Тебе это не идет.

Она прошествовала мимо меня с ухмылкой Чеширского кота. Ее длинные ноги и розовые ногти на пальцах звали меня, словно песня сирены.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

Я держался из последних сил и грубо провел пальцами по коротким волосам.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я.

— Нет, не понимаю. Просвети меня.

Ее пальцы теребили открытый воротник рубашки, приковывая мой взгляд к ее груди, и я подавил стон.

— Девочка, ты играешь с огнем.

Она пожала плечами и ответила, глядя мне прямо в глаза, что я принял как вызов:

— Вот почему я прихватила спички.

А я никогда не отступал перед вызовами.

Лэйни

Адам прислонил матрас к столу, поставил рядом рюкзак и решительно направился ко мне.

Инстинктивно я попятилась, пока не уперлась задом в спинку кресла в гостиной. От сурового выражения его лица мне захотелось бежать.

Но я подозревала, что ему может понравиться погоня.

Ему потребовалось всего три шага, чтобы зажать меня между своим телом и мебелью. Его руки легли мне на бедра, он наклонился и прошептал мне на ухо:

— Что бы ты делала, если бы Брайан помог мне с матрасом, а ты одета вот так?

От его дыхания на моей коже волосы на теле встали дыбом. Я чувствовала, что соски затвердели, но, к счастью, на мне был бюстгальтер для кормления, так что он не мог этого заметить.

Его требовательный тон заставил меня признаться:

— Я знала, что он не поднимется. Я видела, как он уехал.

— Значит, ты надела это для меня.

Естественно.

— А ты как думаешь?

Его руки переместились, обхватывая мою задницу, и он грубо сжал обнаженную плоть.

— Я не в силах сопротивляться тебе. Но ты и так это знала.

Я не знала, но моему самолюбию это польстило.

Тем не менее, я дерзко ответила:

— Не знаю... раньше у тебя это неплохо получалось.

— Я пытаюсь быть хорошим парнем.

— Тебе не обязательно стараться ради меня.

Его пальцы скользнули по фестончатому краю моих пижамных шорт и опасно приблизились к голой киске под тканью.

— Мне стоит отшлепать тебя за то, что ты такая чертовски соблазнительная.

Я почувствовала, как на лице расплывается ухмылка.

— Неужели ты думаешь, что я сочту твою порку наказанием? Скорее, прелюдией.

Я вела себя как капризная девчонка намеренно — подталкивая его сдаться и наконец трахнуть меня.

Он продолжал очерчивать край моих шорт, пока я мысленно умоляла его руку подняться на пару дюймов выше. Он этого не сделал.

— Это станет скандалом для нас обоих, — предупредил он, словно пытаясь убедить меня, что это плохая идея.

— Только если люди узнают.

— Как нам не попасться? Черт, я уверен, что полгорода знает, что я притащил надувной матрас к тебе в квартиру.

— Вот именно. Надувной матрас. Что подразумевает сон в разных кроватях. Им не обязательно знать о том, что происходит за закрытыми дверями, — я незаметно прижалась к нему сильнее. — Мы можем даже застелить его простынями и одеялом для видимости.

Мне не нравилось, как отчаянно я звучала — и чувствовала себя.

— Я не хочу быть твоим грязным маленьким секретом, Лэйни.

— Секретность делает все только горячее,