Котики для Снежной Королевы - Эльвира Осетина

Почти осторожно.

И от этого прикосновения по телу разлилось странное тепло.

— Аргус…

— Ты хочешь, чтобы я говорил правду? — тихо спросил он.

— Да.

— Тогда перестань так на меня смотреть.

Я улыбнулась.

— Не могу… уже не могу…

Он тихо выругался себе под нос.

А потом наклонился и поцеловал меня.

Поцелуй был сначала коротким.

Будто он всё ещё сомневался.

Но потом… будто что-то внутри него окончательно сорвалось.

Его ладонь легла на мою шею, другая — на спину, и он притянул меня ближе.

Мир вокруг словно растворился.

Я даже не заметила, как обвила руками его плечи.

Как сильнее прижалась к нему.

Как поцелуй стал глубже… горячее… отчаяннее.

Трон подо мной был ледяным.

Но тело вдруг будто охватило пламя.

Аргус отстранился на секунду, тяжело дыша.

Его глаза стали почти чёрными.

— Валерия…

Я провела пальцами по его губам.

— Теперь ты расскажешь?

Он посмотрел на меня долгим, странным взглядом.

А потом тихо сказал:

— Нет.

— Что?

Он усмехнулся. Так, что дрожь пробежала по всему моему телу, и я не поняла от страха или предвкушения?

— Сначала я должен насладиться тобой.

И в его глазах мелькнул тот самый опасный, хищный огонь.

Тот самый, от которого у меня перехватило дыхание.

Следующий его поцелуй был очень агрессивным. Словно он наказывал меня за что-то. Но я тоже не из робкого десятка, и сама отвечала также страстно и агрессивно. Наши языки словно два воина столкнулись в смертельной схватке.

Вот только победителей и проигравших не было.

Аргус, не стал медлить, он резко отстранился, расстегнул брюки, вытащил свой набухший здоровенный член, задрал мне ноги, так что я съехала и чуть не упала с трона, но он меня придержал, и насадил на свой жезл с такой силой, что я взвизгнула от неожиданности, а затем он наклонился, и уперевшись в мой лоб, зло прорычал:

— Смотри мне в глаза! Не смей отворачиваться!

И начал так жестко меня трахать, что из моей головы выветрилось всё на свете. Кажется, я даже себя забыла, и просто стонала, и кричала, при этом еще и требовала, чтобы он входил меня глубже и сильнее.

Его звериная мощь, и грубая сила, задевали во мне нечто глубинное, подсознательное. Я буквально рассыпалась в его объятиях, и взбиралась по невидимой скале удовольствия всё выше и выше.

Если Мерис был — сама нежность, то его брат был его полной противоположностью.

И это знание меня еще сильнее заводило.

В конце концов от сильнейших толчков мой мозг окончательно закоротило, и я разлетелась вдребезги. Именно так я ощутила свой оргазм.

А Аргус сразу же последовал за мной, кончив также ярко, при этом зло целуя меня в губы, и раня своими отросшими клыками.

Но мне было слишком хорошо, что я, кажется, еще раз кончила от всего происходящего.

А может быть и нет.

И пришла в себя лишь, сидя на троне, и наблюдая за тем, как Аргус поправляет свои брюки, а на его лице играет самодовольная улыбка.

— Моя королева, ты выиграла, — сказал он, заставив меня сфокусироваться на мужчине. — Если бы ты перенесла Кая, то в момент переноса он бы просто рассыпался. Потому что ты так и не сняла с него своё же проклятие. И да, к слову, он всё понимает, слышит и видит. И это тоже часть твоего личного проклятия. А еще ему постоянно холодно, и он постоянно испытывает голод и жажду, но есть и пить ему нельзя, иначе он сразу же заледенеет и превратиться в статую. И расколдовать его можешь только ты одна. Больше никто.

Глава 11

Запахнув свой халат и усевшись поудобнее на трон, который вдруг стал мягким креслом, я еще и ноги подобрала, и какое-то время переваривала слова своего стража. А когда до меня дошел их полный смысл, то с ужасом посмотрела на Кая.

— Он понимал, что мы сейчас сексом занимались? — протянула я, охрипшим голосом, который кажется сорвала, пока орала от оргазма.

— Да, моя королева, — продолжил насмешливо улыбаться мой страж, при этом еще и невидимую пылинку со своей жилетки стряхнул, делая вид, что в этом нет ничего особенного.

— И зачем? Ты же знал… — пробормотала я, чувствуя себя совершенно не в своей тарелке.

Я, конечно, злодейка, но не настолько же… а само проклятие. О боги… Просто жесть какая-то. Средневековая пытка, не иначе.

— Захотелось, — пожал плечами Аргус.

— Подожди, — я зарылась пальцами в растрепанные волосы. — Но по сказке, его же Герда расколдовала! Она же его вернула!

— По сказке? — хмыкнул мой страж, смотря на меня, с умилением, как на несмышленое дитя. — Ты серьезно думаешь, что в этой сказке написана правда?

— А разве нет?

— То, что там был Кай и Герда, и ты, моя королева — это правда. Всё остальное — фикция, которую придумал Кай, когда ты его отпустила.

— Это сам Кай придумал это сказку? — в шоке уставилась я на Аргуса. — Но это же сказка Андерсона. Писатель такой был. Сказки для детей придумывал.

— Эта «история» была придумана Каем по меркам мира, в котором он и ты позже жили, более тысячи лет назад. Чтобы как-то оправдать своё отсутствие. Все-таки он был конунгом. Просто люди передавали её из уст в уста, и постепенно она превратилась в сказку. Письменности тогда особо не было. А история осталась, превратившись позже в сказку. Эту сказку услышал известный писатель возможно в детстве, и записал, уже став взрослым, добавив уже собственных фантазий. Ну, а так как он был детским писателем, то и главных героев превратил в детей. Хотя Кай с Гердой были взрослыми. Более того, они были мужем и женой.

— Так я, получается, похитила верховного правителя викингов? — протянула я, смотря на Кая.

Сейчас он и близко на викинга не тянул. И уж тем более на верховного правителя. Обычный среднестатистический мужчина, славянской внешности. Мверу спортивный. И близко не здоровяк. Викингов я представляла более статными, высокими и мускулистыми. Вон, тот же Корунг — оборотень, больше на викинга похоже, чем Кай.

— Нет, ты никого не похищала, моя королева. Он сам к тебе упорно лез, чтобы стать твоим мужем. Постоянно так и вился возле тебя. Искал повод, чтобы чаще бывать при дворе.

— Но он же человек, вы же сами говорили, что к людям мне нельзя приближаться?

— Кай был потомком Тора. Этот бог однажды попал на землю, и жил с человеческой женщиной. Она нарожала ему несколько детей. Вот Кай и был потомком одного