После развода с драконом. Будешь моей в 45 - Анна Солейн

Пр-р-роклятие.

Где ее носит теперь?

И как вышло, что исчезла метка? Она чем-то больна? У меня ведь метка осталась, и дракон все еще чует в ней свою.

На что она вообще живет все эти месяцы?

Она вообще — в порядке?

Почему не попросила о помощи?!

Мать ее!

— Ты так напряжен, — промурлыкала Офелия, отрываясь от моих губ и погладила пальцами плечи. — Ты знаешь… Я умею заваривать мятный чай — по секретному рецепту моей бабушки.

— Звучит заманчиво, — поднял брови я.

— Но я заварю его только мужу! — засмеялась Офелия тому, как ловко меня поймала. — Семейный рецепт должен оставаться с семье!

Ухмыльнувшись, я притянул ее к себе ближе, и тут вдруг краем глаза увидел мелькнувшую в коридоре тень.

Тео.

Сын не появлялся здесь уже несколько недель — в основном мы виделись на производстве “Дома Ферли”.

Если он сейчас заглянул, это значило — у него что-то важное.

— Мне надо отойти.

Раньше, чем Офелия успела ответить, я поднял ее и, встав, вышел в коридор.

— Какие-то новости? — спросил я у Тео, который держал в руках небольшое письмо, больше похожее на записку. — Что там у тебя?

Тео был моей правой рукой — ему я доверял безоговорочно. Он единственный знал, что Элли пропала, даже Лорейн я не рассказал. Конечно, я не привлекал Тео к поискам — так что вряд ли причина его прихода связана с Элли. Глупо. Почему я так всполошился? Еще немного — и я начну видеть ее силуэт в толпе.

Тео поднял на меня взгляд — я в который раз удивился тому, что у него глаза Элли, хоть и с вертикальными драконьими зрачками.

— Ну? Это из банка?

— Нет! — вспыхнул вдруг Тео и спрятал письмо за спину.

— Тео… — прищурился я. — Ты пришел сюда с каким-то письмом, чтобы его от меня спрятать?

Подавшись вперед, я завел руку ему за спину и выхватил бумажку.

Ну и что там? Банк все-таки отказал в ссуде, переговоры по которой я поручил Тео? Неприятно, но не смертельно, к тому же…

Я пробежался взглядом по ровным строчкам.

Элли.

Это письмо от Элли. Ее почерк.

— Гидеон? — нежно позвала Офелия, подходя ближе.

Главa 23

Я долго не решалась написать Тео — целых пять месяцев.

Ровно до того момента, как увидела заголовок в газете.

«Лорд Гидеон Ферли был замечен на благотворительном балу в обществе Офелии Блеквейн!»

Подавившись чаем, я закашлялась и согнулась пополам.

— Леди! — воскликнула Лина. — Леди, вы что! Дышите!

Перехватив сына одной рукой, она вскочила и принялась стучать по моей спине.

— По… полегче, — выдавила я. — И я же просила называть меня Элла. Какая я теперь леди?

Крохотный сын Лины взорвался плачем, как и всегда по утрам, так что ответа ее я не услышала. Наверняка она в очередной раз возразила, что обращаться ко мне по имени ей неловко.

Потому что я в два раза старше, вот уж спасибо.

Продышавшись, я впилась взглядом в газетную страницу, с которой на меня смотрел Гидеон. Тот же прищур золотых глаз (фото было черно-белым, но я-то отлично помнила, что они золотые), та же ухмылка, от которой я когда-то сходила с ума, знакомый костюм и шейный платок, который когда-то выбирала ему я.

Рядом с ним стояла Офелия — такая же, какой я ее запомнила. Копна золотистых волос, нежная улыбка, светлое платье. Офелия с торжествующим видом смотрела в камеру — точно так же, как смотрела на меня, когда я застала ее в кабинете Гидеона.

Сглотнув, я принялась читать.

“Лорд Гидеон Ферли”, ага… “Глава “Дома Ферли”", это тоже ясно, это тоже понятно. Бла-бла-бла, перечисление титулов и заслуг. Вот, наконец-то. “Благотворительный бал был организован для сбора средств на ремонт лечебниц для психически больных магов, в том числе…”

— Что там такое, леди? — прозвучал за моей спиной голос Лины, и я поспешила свернуть газету.

— Ничего! — выпалила я.

Ни к чему ей лишнее напоминание про лечебницы — она только-только перестала кричать во сне. Возможно, потому что вот уже четыре месяца ее маленький сын, Колин, не давал ей спать по ночам, так что проваливаться в кошмары у Лины не выходило.

Я обернулась с самым невинным видом, пряча газету за спину.

Лина недоверчиво нахмурилась. Она так и ходила по дому в одной только длинной ночной сорочке и растрепанная — не успела привести себя в порядок после бессонной ночи. Крохотный мальчик у нее на руках надрывался от плача. Вот ведь... легкие. Хотя я была рада, конечно: малыш родился здоровым, а остальное — ерунда.

— Леди…

— Элла, я же просила. Это просто… Я просто вспомнила, что у меня дела в лавке Гаррета перед открытием. Да! Там… нужно все проверить! Я… мне нужно идти! Я уже опаздываю! Прости, мне нужно!

Я вскочила, сжимая газету в руках, и рванула к выходу.

Дом, который я сняла месяц назад для нас с Линой, был крохотным, но сейчас расстояние от стола в гостиной до двери показалось мне непреодолимым.

— Леди, подождите! Подождите, я же должна вам… должна вам сегодня помочь и…

Очередной взрыв плача от сына не дал ей договорить.

— Ты должна присматривать за ребенком! — бросила я, поспешно натягивая туфли.

Ну какая помощь, ее сыну четыре месяца! Лина и так до самых родов пыталась работать наравне со мной — как будто боялась, что без этого я ее выгоню или вроде того.

— Леди…

— Прости, потом поговорим!

Перевести дух я смогла, только вылетев на улицу.

Дорогу до лавки Гаррета я не помнила. Только сунув ключ в дверь и скользнув внутрь, в темное и прохладное пока помещение, я смогла выдохнуть и снова открыла газету на нужной странице.

Чтобы рассмотреть буквы в куцем утреннем свете, мне пришлось подойти к окну. Руки тряслись.

“Благотворительный бал был организован для сбора средств на ремонт лечебниц для психически больных магов, в том числе для тех, кому нужны особые условия для содержания”.

Это для таких, как я и Лина?

Надо же, как интересно.

И кто организатор?

Закусив нижнюю губу, я продолжила читать.

“На балу появился лорд Гидеон Ферли — он впервые с момента развода с Элеонорой Ферли вышел в свет и, что примечательно, в одиночестве”.