Холодное сердце - Кристина Лин

от удара штукатурку, я немного успокаиваюсь. Но делу этим не помочь. Нужно просто как-то продержаться здесь ещё год. Что он может мне сделать в конце концов? Уволить? Хотел бы, уже б уволил. А раз не уволил, значит, я ему для чего то нужна. Боже, надеюсь, не для того, чтобы повышать свою самооценку, унижая меня при каждом удобном случае.

Усилием воли прекращаю свой внутренний монолог и возвращаюсь к работе. Нет другого способа отключить мозг от личной жизни, кроме изучения финансовой отчётности. Время пролетает незаметно, час за часом. Я успеваю переделать кучу работы, когда раздаётся стук в двери.

— Войдите, — поднимаю глаза на вошедшего Марка Олеговича. Он приветливо мне улыбается, и я улыбаюсь в ответ. Вот кто относится ко мне по-человечески.

— Может, сходим выпить кофе, — предлагает он с порога. А я думаю о том, что прямо сейчас не отказалась бы от кофе. Особенно, если в приятной компании.

— Не откажусь, — говорю ему, и он довольно улыбается.

— Тут недалеко есть приличное кафе. Вкусный кофе, а пирожные просто улёт. — Предлагает, не понимая, что для меня даже запах этих пирожных сродни пытке. Борьба за стройность никогда не бывает без жертв. И хорошо, если жертвами падут лишние килограммы, а не моя сила воли.

— У меня много работы, — все, что угодно, только бы уйти от соблазна. — Может, сходим в наш офисный кафетерий? Не хочу отлучаться надолго.

— Что, совсем тебя замучил наш директор? — от воспоминания о недавнем разговоре с Вадимом, меня передергивает. Тряхнув головой, отгоняю от себя все непрошенные мысли.

— Не без этого, — отвечаю, закатив глаза, и Марк очень по-доброму смеётся в ответ.

— На самом деле, он не так плох, как кажется. Ты просто плохо его знаешь.

Нет, не так. Я его совсем не знаю. Когда-то давно, я была уверена, что знаю его. Но этого мстительного засранца, которого встретила теперь, я точно не знаю.

— А ты его знаешь, значит? — улыбаюсь лукаво.

— Знаю. И очень хорошо. Мы учились вместе.

Мне трудно представить каким Вадим был в юности. Наверняка, он был заносчивым занудой.

— Не представляю его в юности. — В задумчивости я не замечаю, что произнесла это вслух.

— Если захочешь, расскажу за кофе.

В кафетерии беру себе чёрный американо, сахара одна ложка — даже тут себя ограничиваю. Марк выбирает себе эспрессо. Он сидит напротив меня, поглядывая на меня с улыбкой. Я чувствую, что нравлюсь ему, и что он не против более близкого знакомства. Конечно, я против отношений на работе. И, конечно, эти отношения, если я решусь на них, заранее обречены на провал. Даже, если не брать в расчёт то, что он мой коллега, и я всегда выберу работу, а не его. А такой выбор рано или поздно станет. И мой выбор ещё ни одного мужчину не обрадовал. Но, стоит ему узнать, что у меня есть ребёнок, как я увижу его сверкающие в пробеге пятки. Говорят, что дети — это наша сила. А на деле, никто не хочет брать на себя ответственность за чужого ребёнка.

Нет, я не питаю иллюзий насчёт мужчин. И не жду от них благородства. Просто иногда мне хочется, чтобы меня принимали такой, как есть. А не только любовались тщательно встроенной картинкой. В тот же миг заглушаю в себе незваные эмоции. Выработанный за годы работы на должностях разного уровня цинизм не даёт моим мыслям уплыть на розовое облако фантазий.

Марк, будто невзначай, накрывает мою руку своей. Он приятно гладит мою ладонь большим пальцем, запуская по телу табун мурашек.

Я смотрю на его руку, на красивые длинные пальцы. Потом поднимаю взгляд и натыкаюсь на человека за стеклом кофейни.

Вадим стоит за стеклом и смотрит на нас с Марком. И, наверное, хорошо, что Марк сидит к нему спиной и не видит этот взгляд, в котором столько ненависти и обиды, что я невольно одергиваю руку и отворачиваюсь в сторону.

Глава 7. Вадим

С трудом отлипаю от чертова стекла, и возвращаюсь в свой кабинет. Идея выпить кофе оказалась не самой удачной. Когда увидел в кафе этих двоих, кофе резко перехотелось.

С ним она другая. Так искренне улыбается, не смотрит настороженно и напряженно.

Это понимание больно бьет по самолюбию, лупит, словно хлыстом.

Два года ничего. Два года спокойствия и привычной жизни, в которой много комфорта и полно женщин. А теперь я, словно зомби, плетусь в кабинет и закрываюсь там от всего мира, как в берлоге.

Два года я по крупицам стирал из памяти ее образ, не позволяя себе даже мысленно возвращаться в прошлое. И мне это даже удалось. Почти. Интересно, а что она делал все это время?

До конца рабочего дня осталось полчаса. Еще есть время пересмотреть договор, который я планирую подписать. Вот только мне не сидится на месте. Фантазия уже рисует красочные картины их будущих с Марком свиданий. А то, что он профи во всем, что касается женщин, сомнений у меня не вызывает. Конечно, она не устоит перед ним.

Рычу, как раненный зверь, срываюсь с кресла и выхожу из кабинета. Не думая, куда и зачем, только бросив секретарю краткое:

— До завтра меня не будет.

— Хорошо, Вадим Анатольевич, — слышу позади робкое.

Спускаюсь на парковку и сажусь за руль своего авто. Еду домой, но на полпути сворачиваю в сторону. Два часа я бесцельно катаюсь по городу, а потом, сам не понимая как, оказываюсь возле дома Риты. Зачем я приехал сюда? Сам не знаю. Знаю только, что одури хочу ее увидеть. И плевать, что будет потом. Просто убедиться, что она не с ним.

Поднимаюсь на лифте на нужный этаж. Знакомый подъезд и знакомая дверь. Словно, и не было этих лет. На мгновение мне кажется, что я никуда и не уезжал. Вот сейчас нажму на кнопку звонка, и она откроем мне. На ней будет только ее шелковый халат, который почти ничего не скрывает.

Долго не решаюсь нажать на звонок. Все воспоминания, которые я заглушал в себе эти два года, обрушились разом, разрывая сердце на части. И я стою перед дверью квартиры оглушенный всеми эмоциями, которые так тщательно в себе подавлял.

Внезапно двери открываются, и на пороге появляется какая-то женщина. Она испуганно смотрит на меня.

— Вы что-то хотели? — спрашивает меня. А я совсем не ожидал, что откроет двери вовсе не Рита. Отшатываюсь от нее, как от заразной. Она смотрит на меня, как на ненормального. Наверное, именно