Тик-Ток - Кэндис Робинсон

и красными простынями, а на изголовье был вырезан узор из завитков. Поставив пустую бутылку на его стол, она прошла в дальний угол комнаты. Норт вскарабкалась на кровать и утонула в матрасе — он был мягче всего, что она когда-либо чувствовала.

Тик-Ток наблюдал за ней, пока она похлопывала по месту рядом с собой, вспоминая, каково это было — целовать его.

Он хитро улыбнулся и сел на край матраса рядом с ней. В комнате всё плыло, но его она видела четко. Его губы были идеальной формы, и она вспомнила, какими приятными они были на вкус.

— Почему ты не зашел ко мне раньше? — Она поправила подушку за спиной.

— Тебе нужен был отдых, а мне нужно было подумать.

— Я хотела, чтобы ты зашел.

— Хм. И почему же? — Уголки его губ поползли вверх.

— Не знаю. — Она подняла руку и убрала прядь его шелковистых черных волос ему за ухо. Затем она придвинулась ближе, так что ее рот оказался совсем рядом с его губами.

— Я не буду тебя целовать, Норт.

— Почему нет? — Она отпрянула. Снова это чувство отверженности, как с Бёрчем. Ей захотелось зарыться поглубже в кровать и совсем исчезнуть.

— Ну, во-первых, ты выпила целую бутылку спиртного. — Он наклонился к ней, положив руку ей на плечо. — А во-вторых, тебя только что ударили ножом.

Она не смогла сдержать слез, которые снова потекли из глаз, когда она прижалась к его теплому телу, обнимая его за талию.

— Что если бы я могла поговорить с ней? Объяснить, что мой отец был проклят, что сейчас он другой, что в те времена пострадали и многие другие.

— Это бы ничего не изменило, — пробормотал Тик-Ток, притягивая ее ближе. Он легонько провел пальцем по ее щеке. — Ризмала пробилась наверх благодаря своей злопамятности. Мне никогда не было дела до чужого прошлого, пока люди разделяли мою цель и были мне верны. Любой, кто предаст, умрет от моей руки, и она это знала. Ей следовало забыть о том, что ты дочь Тина.

— Я хочу к нему, — Норт заплакала, уткнувшись в его грудь, и он обнял ее еще крепче. — И к маме.

— Мне жаль, — вздохнул он. — Обещаю, я верну тебя домой при первой же возможности после открытия портала.

— Почему ты так отчаянно хочешь его открыть?

Тик-Ток помедлил.

— Когда он откроется, ты, возможно, поймешь.

Тихое ворчание сорвалось с ее губ, но она была слишком измотана, чтобы спорить. Она устроилась у него на груди и закрыла глаза.

Тик-Ток нежно перебирал ее волосы.

— Когда всё закончится, тебе не придется больше меня видеть, если ты того пожелаешь.

Но какая-то часть ее вовсе этого не желала.

Глава 13

Тик-Ток

Посреди ночи Тик-Ток осторожно выбрался из-под спящей Норт. На его плече всё еще чувствовалось тепло от ее головы, а шелковистость ее волос заставляла его желать, чтобы он мог вечно пропускать эти пряди сквозь пальцы. Он посмотрел на нее сверху вниз, потирая странную новую ноющую боль в груди. Что происходит? Норт была его ключом к порталу, возможно, неплохим вариантом для интрижки, если всё к тому пойдет, но она не была тем, к кому стоило привязываться эмоционально. Она здесь ради цели — пленница, которая пытается соблазнить его, чтобы сбежать. Если бы она не была в стельку пьяна, когда заявилась к нему, Тик-Ток решил бы, что всё это часть ее грандиозного плана.

Тихо прихватив белую тунику со спинки стула, он выскользнул из каюты. Соленый прохладный воздух обжег кожу, пока он босиком шел к штурвалу. Гоблин Сайрикс стоял у руля, удерживая корабль на курсе. Крупные нижние зубы выступали изо рта, накрывая верхнюю губу. Глубокие шрамы на его оранжевой коже казались еще заметнее, а бугристые мускулы натягивали тесные рукава черной рубашки.

— Вечер добрый, капитан, — прохрипел Сайрикс.

Тик-Ток кивнул в знак приветствия, постукивая средним пальцем по золотой ладони. Клик, клик, клик.

— Нам нужно свернуть к Иса-Посо.

Глаза Сайрикса расширились:

— К Целине? Уже? Что-то случилось?

— Нет. — Просто одна девчонка вклинилась между ним и его планом. И он ненавидел это не так сильно, как следовало бы. Возможно, переспав с Целиной в обмен на видение, он сможет мыслить о Норт чуть более трезво. — Мне не удалось раздобыть щит, чтобы Солту было сложнее нас засечь, когда мы причалим, так что бесцельно блуждать по его территории слишком рискованно.

— В таком случае… — Сайрикс повернул штурвал, направляя корабль на запад, к морской ведьме.

Команда не хотела и не должна была оказываться в центре вражды Тик-Тока с фейри, который когда-то спас его от жизни в боли, фейри, которого он предал. Солт жаждал мести своему бывшему первому помощнику, ставшему предателем, так же как Тик-Ток жаждал мести за свое прошлое. Он понимал это, но если Солт настигнет «Искусительницу», нельзя было предсказать последствия. Ясно было одно: приятного будет мало.

Серебристые волны бились о корпус, и брызги воды оросили палубу. Сайрикс вытер капли с лица.

— Думаешь, ведьма даст тебе ответы?

В прошлый раз, когда он пытался навестить Целину раньше их ежегодной встречи, она прошипела ему в лицо проклятия и исчезла в море. Тик-Ток поморщился от этого воспоминания. На этот раз он не даст ей сбежать. Если она даст ему хотя бы малейшую зацепку, всё это скоро закончится. Ему нужна была лишь подсказка, что-то, что поможет пробудить силу Норт или укажет точное местонахождение портала. Портал откроется, месть свершится, и Норт сможет вернуться домой. Тогда он, наконец, обретет покой.

— Я должен попытаться, — пожал плечами Тик-Ток.

Он не стал дожидаться мнения гоблина, а зашагал обратно в свои покои и закрыл дверь с тихим стуком. Норт была в точности такой, какой он ее оставил — рот приоткрыт, вырывается тихое сопение, волосы рассыпаны по его подушке. Ее сладкий ванильный аромат останется здесь надолго после того, как она покинет его постель. Сердце забилось чаще при этой мысли. Черт. Что с ним не так?

Проведя рукой по лицу, он опустился на матрас и повернулся на бок, лицом к ней. Его золотые пальцы очерчивали в воздухе контуры лица спящей Норт, не касаясь, лишь находясь в миллиметре от кожи. Когда его средний палец случайно задел изгиб ее нижней губы, она плотно сжала рот. Он резко отдернул руку, когда ее глаза затрепетали и открылись.

— Тик-Ток? — пробормотала она.

Один уголок его рта приподнялся в ухмылке.

— Ты ожидала увидеть кого-то другого?

— Что ты здесь делаешь? — Она потерла кулаком веки.

— В своей собственной постели? —