Вор в законе - Анастасия Шерр

Инна приподняла брови, уставилась на меня.

– Нет, это уже отношения, Айка. По-любому.

– Никакие не отношения! – вспыхнула я. – Ты тоже… Думай, что говоришь. Он сам сказал, что я ему не сдалась.

– Ага, а бегает он за тобой от скуки, да?

– Ну, вообще-то, да… Как бы… Он сам так сказал! Найдет кого-то поинтересней и отвалит. Вот.

Инна прыснула.

– Ну тебе самой не смешно? Он от тебя уже не отстанет. Это ж и ежу понятно. Раз уж дело дошло до продуктов и универа…

Я отвела взгляд в сторону. Стало неудобно перед подругой за свою простоту и глупость. Он ведь, и правда, как клещ в меня вцепился. А я все отрицаю. Дура, она и есть дура.

– Ну хоть с папой помирилась, – пожала плечами я, желая поменять тему.

– И как он?

– Ногу сломал. Я к нему приезжаю, еду готовлю, убираюсь. Он вроде как жалеет, что выгнал меня из дома. Предлагал вернуться.

Инна покачала головой.

– Не вздумай. Ты уже взрослая. Сама справишься. А то опять поругаетесь и опять тебе все сначала начинать. У тебя все есть, вот и учеба будет.

– Я тоже так подумала и отказалась. Но папу не брошу. Он все же папа.

– Ну да, – согласилась Инна. – Я рада за тебя. Похоже, у тебя в Новом году все складывается хорошо.

– А у тебя не складывается? – спросила я Инну. – Если Вадик хочет помириться, то может все не так уж и плохо? А этот ваш поцелуй с Бархой – это как у меня с Камалом. Стресс, случайность… Ну всякое же бывает.

Подруга взяла в ладони чашку с чаем, пожала плечами.

– Не было поцелуя. В смысле взаимного. Он меня поцеловал, я его оттолкнула. Все.

– А Вадиму не говорила?

– Нет, ты что? Чтобы он от ревности на потолок полез? И так попрекает меня этим горцем и его браслетом. Вот я и пришла к тебе поговорить насчет новой работы. Или ты хочешь остаться с Камалом?

– Нет, конечно! – воскликнула я. – Кто он мне такой? Нет у нас ничего и быть не может. Я с тобой. Завтра же и пойдем на поиски. Вместе, как и договаривались.

Инна отпила из чашки, скривилась.

– Это что такое?

– Валериана и пустырник.

– Мы уже до этого дошли? – усмехнулась.

– Да много стрессов в последнее время. Этот Байсаев еще. Как к себе домой приходит. Жрет из моего холодильника.

Инна захохотала. Запрокинув голову.

– Так он же тебе его и заполняет.

– Да ну тебя! Он еще и замки мне вскрывает, когда отказываюсь открывать дверь. Представляешь? Лезет, как к себе домой.

– Да, какие-то они неадекватные, – улыбка Инны испарилась. – Оба. Чего хотят, не понятно. Надо это прекращать.

– Согласна.

*****

Кам сел за стол, где Барха уже допивал утренний кофе. Ну как утренний. Время ближе к обеду, но для Бархи, любящего гульнуть по ночам, самое утро.

– Как дела? Опять сауна до утра и девочки?

Барха кивнул.

– Ага.

– А чего без настроения? Девочки страшные были?

– Да не вставляет меня больше, Кам. С тех пор, как с Инной познакомился, все остальное пресным стало.

– О, теперь ты меня поймешь, – Камал сделал знак Вике и та, виляя бедрами, приблизилась с дежурной улыбкой. – Кофе принеси и яичницу с сыром.

– Сию минуту, – Вика упорхнула, а Камал пожалел, что она не рыжая. Насколько бы проще все было.

– Я тебе немного подпорчу аппетит, – отозвался Барха.

– Что такое?

– Инна и Айя ищут себе новую работу. Мне знакомый из одного ночника позвонил, спрашивал нормальные ли они работницы.

Камал застыл.

– Я даже знаю, кто до этого додумался. Вот коза драная.

Барха ухмыльнулся.

– Я сказал, что мы их уволили за воровство из кассы.

– Правильно сделал. Устрой им рекламу по всем кабакам.

Глава 30

ГЛАВА 30

– Ты! Это ты все! Да ты… Знаешь, кто ты?! – я ворвалась в ресторан, еле сдерживаемая Инной. – Мы, значит, воровки, да?! А то, что ты со мной сделал, как называется?! Паршивый насильник! – я орала во все горло, пока пораженные Инна и Барха смотрели то на меня, то на Байсаева. Посетители и персонал тоже застыли в шоке. Но я от ярости не видела перед собой почти ничего. Лишь его лицо.

Он же, медленно поднявшись, двинулся на меня. А я, осознав, чем все это мне грозит, бросилась бежать. Я успела добраться до двери ресторана. Дернула за ручку, а дверь тут же захлопнулась. Я подняла взгляд на руку в татуировках, прижатую к двери. Сглотнула.

– А ты по ходу совсем тупая, да? – прозвучал его голос над моей головой. – Неубиваемой себя возомнила?

– Выпусти, иначе я заору!

– Еще не прооралась? – хриплый шепот мне на ухо и волосы больно натягиваются у корней. – Насильник я, да? Ты тварь неблагодарная. Сопля малолетняя. Думаешь, я вечно это терпеть буду? Все, рыжая. Ты нарвалась. Я выключаю доброго дяденьку, – толкнув дверь, он повел меня к своей машине, крепко держа за волосы.

– Отпустите ее! Что вы делаете?! – за нами бежала Инна, пыталась вырвать меня из его рук. – Камал Ахматович! Не надо! Отпустите ее!

Но Байсаев открыл дверь своего джипа, зашвырнул меня на заднее сидение, как тряпку, и захлопнул дверь.

Инна что-то еще кричала. Хватала его за руки, пока он шел к водительской двери.

Я остервенело дергала ручку, но Гад заблокировал двери.

В окно я видела, как Барха, обняв Инну за талию одной рукой, утаскивает ее вовнутрь ресторана. Она сопротивлялась и что-то кричала, отбивалась от Бархи, но тот, конечно же, оказался сильнее.

Я растерянно смотрела, как ресторан уплывает назад, а мы выезжаем на дорогу.

– Ты это… Ты что задумал? – спросила у Гада, но тот лишь зло усмехнулся. – Камал?

– О, так я уже Камал? Не насильник?

– Я… От злости сказала это. Хотя ты вообще-то… Ну, ладно. Пошутили и хватит. Мне домой надо! Слышишь? – толкнула его в