Проклятие любви - Элизабет Штольц

Это платье из шелка и полуночи, с рукавами цвета обсидиана и подолом, расшитым миллионом маленьких страз. Помимо того, что оно маслянисто-гладкое, платье имеет смелый вырез на спине, открывающий ямочки над поясницей, словно ткани не хватило.

— Спасибо, — говорю я ей. Она кивает, ее янтарные глаза блестят от надежды. — Эмбер, — шепчу я в момент осознания. — Так я буду тебя называть. Потому что у тебя самые красивые глаза во вселенной. Глаза, которые кажутся такими знакомыми…

Эмбер кивает, смотрит на других и затем подводит меня к высокому зеркалу в другой части комнаты. В зеркале я замечаю, что платье оставляет мою обнаженную спину прикрытой лишь влажными волосами, которые так блестят от всего кондиционера, что я боюсь, они растекаются лужей позади меня.

— Ты выглядишь потрясающе, — говорит Эмбер, ее глаза расширяются, словно она запоминает мое великолепное платье.

Прежде чем я успеваю поблагодарить, остальные горничные приходят в движение, становясь вихрем движений вокруг меня. Они размазывают по моим векам жидкий огонь. Красят мои губы краской из лепестков роз. Наносят на щеки бронзатор и румяна.

— Сноу, — говорю я последней служанке, запечатлевая в памяти ее пронзительные глаза и бледные белые волосы. — Твои глаза такие суровые, что могут обморозить. Напомни мне никогда не переходить тебе дорогу.

Сноу смеется над этим, а затем сообщает мне, что она Алхимик, а значит, может управлять химическими соединениями и превращать что угодно в косметику. Я спрашиваю, может ли она превратить бутилированную пыльцу в сухой шампунь, и она подтверждает, что да, может. Хотя не может обещать, что у пользователя не будет побочных эффектов.

Эмбер сушит мои волосы взмахом запястья, затем заплетает их в косу на спине ловкими пальцами и с точностью эксперта, показывая, что она Шепчущая Ветер. Саншайн не использует свою магию, но судя по золотому мотку пряжи, вырезанному на ее руке, я могу лишь предположить, что это она сшила платье, которое на мне. Должно быть, она Ткач Одежд. Неудивительно, что королева стерла их воспоминания. Эти женщины слишком незаменимы, чтобы иметь мечты или амбиции, которые могли бы заставить их сердца блуждать за пределами этих стен. Только поистине злой человек мог бы запереть их в клетке.

— Как только я найду способ сбежать из этого места, я поклянусь забрать всех троих с собой, — клянусь я им.

— Мне жаль разочаровывать тебя, Ворона. — Встревоженный голос Сноу струится по моей коже, как свежие осадки. — Но никто не может свободно входить или выходить из этого замка без согласия королевы. Это значит, что ты теперь тоже здесь заключенная.

Ветер вырывается из меня так быстро, что я на мгновение задумываюсь, не выкачала ли Эмбер весь воздух из моих легких. Известно, что Шепчущие Ветер иногда крадут дыхание, хотя она кажется слишком милой для такого…

Нет, решаю я, этот украденный вздох, должно быть, моя собственная вина.

— Что ты имеешь в виду, я тоже здесь узница? — спрашиваю я.

Улыбка Эмбер сжата от сожаления.

— Что значит, я теперь тоже здесь заключенная? — спрашиваю я.

Улыбка Эмбер полна сожаления.

— Она хочет сказать, что как только человек ступает в этот замок, он принадлежит королеве. И, к сожалению, единственный способ по-настоящему освободиться — это…

Саншайн затыкает колпачок губной помады и прочищает горло.

— Ты не должна произносить такие изменнические вещи вслух, Сестра. Ты знаешь риск. — Ее взгляд устремляется на меня, и она хмурится. — Мы должны идти сейчас, Ворона. Нет времени. Я обещаю, что мы сделаем все возможное, чтобы защитить тебя, как мы всегда это делали.

— Меня зовут не Ворона, — отвечаю я.

В ответ она дарит мне слабую улыбку, словно не совсем верит мне.

Глава 11

Меня уводят обратно по коридору мягкие руки, туда, где уже стоят Регент и остальные. Он окидывает меня взглядом, когда я приближаюсь, и его садистская ухмылка становится шире от одобрения.

— Гораздо лучше. Бог Снов будет очень доволен.

— Отлично, — бурчу я, слова служанок эхом звучат в моей голове еще долго после того, как они сами скрылись в тенях. «Для меня честь получить имя от той, кому суждено спасти всех нас от богов». Что это, блядь, вообще значит?

Может, они съели слишком много Тенецвета — фрукта, похожего на сливу, чей ядовитый сок часто вызывает бред. Да, должно быть, так и есть. Это также объяснило бы, почему они кажутся такими знакомыми. Эффект Тенецвета исходит от них и просачивается в мой мозг.

— Теперь я понимаю, почему выбрали тебя, — говорит Максин с опасной улыбкой, ее великолепное платье сверкает, как полированные доспехи, под светом мерцающих канделябров.

— Раньше не понимала? — спрашиваю я.

— Нет, — признается она с пожиманием плеч.

Боги, она будет у меня бельмом на глазу. Я уже чувствую.

Регент поправляет бабочку и жестом приглашает нас следовать за ним по коридору.

— Сюда, леди, за мной! — говорит он. — Знайте, что, проходя по этим блистательным залам, каждый элемент декора, который вы здесь видите, отражает историю богов. — Он указывает на серию портретов над собой, его глаза сверкают от волнения. — Эта иллюстрация изображает момент, когда вселенная взорвалась, событие, породившее старых богинь в их чистейших формах. Обратите внимание, как все мазки разлетаются в разные стороны. Это было написано знаменитым художником Веспером Фростквиллом, Провидцем с божественным даром видеть сквозь пространство и время. К счастью для нас, он запечатлел свои видения на этих холстах до своей смерти.

Лили издает одобрительный воркующий звук, пока мы все следуем за Регентом за угол, ускоряя шаг, чтобы не заблудиться в бескрайнем коридоре.

— Эта иллюстрация изображает старых богинь после их создания, — продолжает он, неопределенно махнув рукой. — Их называют Мать Судьбы, Мать Времени, Мать Жизни и Мать Хаоса. Те самые божества, которые распутали пространство и время, придав им форму по своей воле и создав то, что мы теперь знаем как жизнь.

Мои легкие наполняются кислородом. Я очень мало слышала о старых богинях, вероятно, потому что новые боги стерли их из наших учебников истории и колыбельных, что объясняет мою внезапную трудность в осмыслении новости о настоящей личности Матери Хаоса.

— Старую женщину зовут Мать Хаоса, — поклялась Солара, а я была настолько глупа, что не спросила, кто она такая. Похоже, я ищу не ведьму, чтобы воссоединить меня и Солару во вселенной. Я ищу богиню. И не просто богиню. Одну из тех, кто создал вселенную.

И что хуже, ее имя — Хаос.

Новый план, Солара. К черту это.

Лили выглядит в восторге. Максин — так, будто сдерживает зевоту. А Белла